Развивая внимание, память, мышление, вы развиваете интуицию!
Проект «Go-Ra»
Изучение факторов, влияющих на качество решений, принимаемых
в условиях неопределенности.

Врата сновидений. Карлос Кастанеда. 

Рассказывая о мире, оставленном нам в наследство доном Хуаном, мы наилучшим образом выражаем ему свою благодарность и преданность…К.К. :) 

     Еще одним прорывом, который, по утверждению древних магов, имел фундаментальное значение и о котором дон Хуан рассказывал мне самым подробным образом, было сделанное древними магами открытие того, что точка сборки очень легко смещается во время сна.

      Это открытие повлекло за собой еще одно: сны обусловлены смещением точки сборки. Маги древних времен увидели - чем значительнее сдвиг, тем более необычные сны видит человек, и наоборот, чем более необычные сны видит человек, тем значительнее сдвиг точки сборки.

     Дон Хуан рассказал, что эти наблюдения привели к разработке древними магами весьма экстравагантных приемов смещения точки сборки, таких как употребление внутрь растений, вызывающих изменение состояния сознания, а также использование с этой целью состояний голода, крайней усталости и стрессовых ситуаций.

     Особое же внимание они уделили разработке практики управления снами. Тем самым, вероятно, даже не подозревая об этом, они создали метод, получивший впоследствии название практики сновидения.

      - Скажем так, искусство сновидения есть практический путь, посредством которого маги используют обычные сны.

     - Сновидение должно быть испытано, иначе просто невозможно понять - что же это такое. Простое наблюдение снов не есть сновидение. Полет мысли, представление желаемого и любое действие по созданию картин в воображении - тоже не то.

      Сновидение раскрывает перед нами возможность восприятия других миров.

      Мы можем описывать эти миры, но не способны описать то, что позволяет нам их воспринимать. И в то же время нам дано ощутить, каким образом сновидение открывает перед нами вход в иные сферы бытия.

      Я бы сказал, что сновидение - это ощущение, процесс, протекающий в теле, и осознание, возникающее в уме.

    - Маги рассматривают сновидение как исключительно сложное искусство, - сказал дон Хуан, - искусство намеренного смещения точки сборки из ее привычного положения с целью расширения диапазона восприятия и углубления его интенсивности.

    И он рассказал, что в основу своего искусства сновидения древние маги-видящие положили пять особенностей энергетического потока человеческих существ.

     Во-первых, древние маги увидели, что те энергетические волокна, которые проходят непосредственно сквозь точку сборки, могут быть собраны в адекватное восприятие.

     Во-вторых, они увидели, что если точка сборки смещается в новое положение, то, независимо от того, насколько мало ее смещение, сквозь нее начинают проходить новые, ранее не задействованные волокна. Тем самым изменяется осознание, и новые, ранее не задействованные поля энергии собираются в устойчивое связное восприятие.

    В-третьих, они увидели, что, когда человек видит обычные сны, точка сборки легко смещается в новые положения вдоль поверхности светящегося яйца и внутрь него.

    В-четвертых, они увидели, что можно заставить точку сборки смещаться в положения, находящиеся вне светящегося яйца - в большой внешней вселенной.

   И в-пятых, они увидели, что посредством соответствующей дисциплины во время обычного сна и созерцания обычных сновидений можно выработать и систематически практиковать целенаправленное смещение точки сборки.

      Чтобы поставить точки над i и не возмущаться особым дополнительным оттенком слова «магия», определимся, что в данной работе, когда речь идет о «магии», имеется в виду нечто совершенно абстрактное: способность, которую развили некоторые люди для расширения пределов обычного восприятия. В таком случае абстрактная характеристика магии исключает какие-либо позитивные или негативные оттенки названий, используемых для обозначения людей, занимающихся практической магией.

        Расширение пределов обычного восприятия – концепция по разрушению непрочного, но все же весьма устойчивого щита человеческих представлений о том, что из себя представляют люди и чем они могут быть. Но, к сожалению, попытки такого рода, являются ментальными усилиями. Очень тяжело измениться только под влиянием новых мыслей или новых идей.

      Способность исследовать происходящее в сновидениях является нашей врожденной способностью, как, скажем, способность ходить. Человек от природы - двуногое существо, но какие усилия нам приходится прилагать, чтобы научиться ходить!

       Маги считают, что в нашем мире обычных дел есть люди, которые проникают в неизвестное в поисках других видов реальности.

      Прежде чем приступить к своему первому уроку по искусству сновидения, дон Хуан остановился на том, как, постепенно прогрессируя, развивается способность человека управлять вторым вниманием.

 Первые врата сновидения

     Сначала человек просто испытывает любопытство, не особенно веря в то, что овладение вторым вниманием является для него реальной возможностью.

    Затем второе внимание превращается в нечто, порождающее ощущение, - теперь уже человек начинает его чувствовать.

    И в конце концов оно развивается в новое состояние бытия, практическую реальность.

    Второе внимание становится выдающейся силой, нашим пропуском в удивительные миры, образы которых до этого не могли явиться нам даже в наших самых необузданных фантазиях.

    Являясь результатом смещения точки сборки, второе внимание не может развиться естественным образом, само по себе. Оно формируется под действием намерения. Таким образом, сначала человек должен генерировать намерение развить второе внимание.

     При этом второе внимание остается не более чем идеей. Но, в конце концов, человек вырабатывает намерение сохранять второе внимание как устойчивое контролируемое смещение точки сборки.

   - Итак, мы начнем с первого шага , - сказал дон Хуан, приступая к изложению искусства сновидения. - Я намерен обучить тебя практике настройки сновидения.

   - Что такое настройка сновидения? И, какая разница между вниманием сновидения и вторым вниманием?

    - Второе внимание подобно океану, а внимание сновидения - впадающей в него реке. Второе внимание - это состояние осознания полноценных миров, таких же полноценных, как наш.

    А внимание сновидения - это состояние осознания отдельных объектов, присутствующих в сновидении.

       Сновидение требует исключительной трезвости. Нельзя допускать ни одного неверного движения. Сновидение есть процесс пробуждения, обретения контроля.        Внимание сновидения нуждается в систематической тренировке, ибо оно есть дверь в сферу второго внимания.

      Настроить сновидение - значит обрести практическую способность точно управлять общим ходом развития ситуации в сновидении.

     Например, тебе снится, что ты - в учебном классе. В данном случае настройка сновидения будет заключаться в том, что ты не дашь ситуации, развивающейся во сне, переметнуться в другое место. Ты не перепрыгнешь из класса в горы. Другими словами, ты контролируешь вид класса и не позволяешь ему исчезнуть до тех пор, пока сам того не захочешь.

     Этот тип контроля ничем не отличается от контроля, которым мы обладаем в любой ситуации нашей повседневной жизни.

     Маги привыкают к этому и пользуются контролем сновидения, когда им это необходимо. Для того, чтобы выработать привычку контролировать сны, тебе необходимо начать с чего-нибудь очень простого.

     Сегодня ночью ты должен будешь смотреть во сне на свои руки.

      Дон Хуан предложил мне относиться к заданию, как к занятному приключению – своего рода забаве, - а не, как к чему-то серьёзному и утомительному.

    - Всю свою серьезность ты можешь вкладывать в наши беседы о сновидении, - продолжал дон Хуан. - Объяснения всегда требуют глубокого осмысления. Ты можешь быть тяжелым и мрачным - это нормально. Но, созерцая сны, будь легче перышка.

     Безусловно, практика сновидения требует целостности и серьезного отношения, но качество серьезности здесь несколько иное - это серьезность беззаботного смеха, каким смеется человек, которому не о чем беспокоиться в этом мире. Только при выполнении этого условия искусство видеть сны превращает их в сновидения.

      Дон Хуан уверял, что руки он выбрал произвольно. Объектом для фиксации взгляда во сне могли бы быть не руки, а что угодно другое, все равно прием бы работал.

     Смысл задачи заключается не в том, чтобы отыскать в увиденном сне определенный предмет, а в том, чтобы задействовать свое внимание сновидения.

     Дон Хуан описал внимание сновидения как контроль, который человек обретает над сном, фиксируя точку сборки в любом новом положении, где она оказывается, вследствие ее смещения во сне.

    Более обобщенно он назвал внимание сновидения непостижимой гранью осознания, которая всегда существует сама по себе, ожидая момента, когда мы соблазним ее целью.

    Внимание сновидения - это скрытая потенциальная возможность, инструмент, который каждый из нас хранит в резерве. Однако возможности применить этот инструмент в повседневной жизни нам, как правило, так никогда и не предоставляется.

    Первые мои попытки взглянуть во сне на свои руки окончились полным провалом. После нескольких месяцев безуспешных усилий я прекратил это занятие и в очередной раз пожаловался дону Хуану на абсурдность поставленной им передо мной задачи.

    - Существует семь врат, - сказал мне в ответ дон Хуан. - Сновидящий должен открыть их - все семь, по очереди. Сейчас ты стоишь перед первыми вратами. И, если ты намерен овладеть искусством сновидения, тебе предстоит их открыть.

    - Почему ты раньше ничего мне об этом не говорил?

    - Было бессмысленно рассказывать тебе о вратах сновидения прежде, чем ты уткнешься лбом в первые из них. Теперь ты знаешь: они реально существуют, и они являются препятствиями, которые необходимо преодолеть.

     Дон Хуан объяснил, что в энергетическом потоке вселенной имеются входы и выходы, и что в конкретном случае сновидения входов - семь. Сновидящий воспринимает их как препятствия, которые и были названы магами семью вратами сновидения.

   - Первые врата - это особый порог. Преодолевается он посредством осознания особого ощущения, возникающего перед тем, как человек проваливается в глубокий сон, - говорил дон Хуан. - Это ощущение сродни чувству приятной тяжести, которая не дает нам открыть глаза. Мы достигаем врат в то самое мгновение, когда осознаем, что засыпаем, паря во тьме и ощущении тяжести.

   - Но как я могу осознать, что засыпаю? Существуют ли какие-либо специальные приемы?

   - Нет. Никаких специальных приемов. Просто намерение осознать, что засыпаешь.

   - Но откуда мне взять такое намерение?

    - Намерение - это «вещь», о которой очень сложно сказать что-нибудь вразумительное.

      Маг формирует намерение совершить то, что он намерен совершить, просто за счет того, что он намеревается это совершить.

  - Но это же ничего не значащая бессмыслица, дон Хуан.

     - А ты отнесись к ней повнимательнее. Ведь когда-нибудь тебе самому придется все это объяснять. Мое утверждение кажется тебе бессмысленным потому, что ты не рассматриваешь его в соответствующем контексте.

     Как любой рационально мыслящий человек, ты относишь понимание исключительно к сфере рассудочного здравого смысла, то есть - к сфере ума.

    Но в моем утверждении речь идет о намерении. Поэтому с точки зрения мага понимание этой формулировки относится к сфере функций энергетического тела.

    Когда ты формируешь намерение заставить энергетическое тело осознать, что ты засыпаешь, заставить нужно не себя, а свое энергетическое тело. Причем скорее не заставить, а просто позволить ему осознать, что ты засыпаешь.

     Ибо намерение - это желание, в котором отсутствует желание, действие, в котором отсутствует деяние. Намереваться - значит, хотеть, не желая, делать, не делая.

     Маги считают, что если у человека возникает намерение понять эту формулировку, его энергетическое тело понимает ее совсем иначе, чем это мог бы сделать его ум. Весь фокус в том, чтобы добраться до энергетического тела. А для этого нужна энергия.

   - В каких терминах понимает такую формулировку энергетическое тело, дон Хуан?

- Как ощущение, чувство в теле, которое очень тяжело описать. Чтобы узнать, о чем я говорю, тебе необходимо самому это почувствовать.

     - Прими вызов намерения, - продолжал дон Хуан. - Молча, с полной определенностью и без единой мысли, убеди себя в том, что ты достиг своего энергетического тела, что ты - сновидящий. Сделав это, ты автоматически научишься осознавать момент засыпания.

      Ты убеждаешь себя в том, что ты - сновидящий, хотя никогда ранее сновидение не практиковал, и ты становишься в этом убежденным - и то, и другое суть одно и то же намерение.

     Намерение - это гораздо проще, и в то же время - бесконечно сложнее. Для его формирования требуются ВООБРАЖЕНИЕ, ДИСЦИПЛИНА И УСТРЕМЛЕННОСТЬ.

      В данном случае, вознамериться означает обрести непреложное внутреннее знание того, что ты - сновидящий. Это должно быть знание, принадлежащее телу. Каждой его клеткой ты должен чувствовать, что ты - сновидящий.

      - Когда сновидящему предлагают найти во сне определенный объект, это - уловка. Истинная же цель состоит в осознании момента засыпания.

     А это, как ни странно, достигается не посредством установки на осознание момента засыпания, но посредством установки на устойчивую фиксацию во сне какого-либо конкретного образа.

      Дон Хуан рассказал, что сновидящий бросает короткие целенаправленные взгляды на все, что присутствует в сновидении. А тот объект, на котором устойчиво сфокусировано его внимание, является лишь своего рода точкой отсчета.

      С нее сновидящий переводит взгляд, чтобы посмотреть на другие объекты, присутствующие в содержимом сна, как можно чаще возвращаясь обратно - к точке отсчета.

        Как-то однажды дон Хуан вдруг неожиданно вернулся к прерванному разговору. Он сказал:

     - Сейчас я еще раз расскажу тебе, что следует делать во сне, чтобы пройти сквозь первые врата сновидения.

     - Сфокусируй взгляд на чем-нибудь, что ты выберешь в качестве точки отсчета. Затем переводи взгляд на другие объекты, мгновение смотри на них, сразу же возвращаясь к точке отсчета. Помни: если ты бросаешь лишь короткие взгляды, образы не сдвигаются.

     - Что это значит - пройти сквозь первые врата сновидения?

     - Мы достигаем первых врат, когда осознаем мгновение засыпания либо когда видим фантастически реальный сон.

      После того, как мы их достигли, нам необходимо пройти сквозь них, обретя способность сохранять образ любого объекта, присутствующего в содержимом наших снов.

      - Мне почти удается устойчиво созерцать объекты в моих снах, но они слишком быстро рассеиваются, - сказал я.

     - Именно об этом я и говорю. Прием использование точки отсчета был разработан магами с целью компенсации такого качества сновидений, как мимолетность.

      Каждый раз, когда ты выделяешь точку отсчета и бросаешь на нее взгляд, ты испытываешь прилив энергии.

      Поэтому для начала не пытайся взглянуть на большое количество объектов. Четырех будет достаточно. Потом постепенно ты будешь расширять диапазон, пока не научишься разглядывать все, что захочешь. Но всегда, как только образы начинают сдвигаться и ты чувствуешь, что утрачиваешь контроль, немедленно возвращайся к точке отсчета и начинай сначала.

 

     - Самым поразительным явлением из всего, что происходит со сновидящим, оказывается то, что по достижении первых врат сновидения, они достигают также и энергетического тела.

     - Что такое энергетическое тело?

     - Двойник физического тела. Призрачная форма, составленная чистой энергией.

     - Но разве физическое тело не состоит из энергий?

     - Состоит. Различие в том, что энергетическое тело - это только форма, не имеющая массы. Являясь чистой энергией, оно способно совершать действия, выходящие за пределы возможностей физического тела.

     - Например, дон Хуан?

     - Например, в мгновение ока перемещаться в любой конец вселенной. Сновидение есть искусство закалки энергетического тела, искусство придания ему гибкости и координации посредством постепенной тренировки.

       Практикуя сновидение, мы уплотняем энергетическое тело, пока оно не становится воспринимающей единицей.

      Восприятие, которым обладает энергетическое тело, - независимо, хотя и подвержено влиянию со стороны нашего обычного повседневного восприятия.

      Энергетическое тело воспринимает в своей собственной отдельной сфере.

      - Что это за сфера, дон Хуан?

      - Энергия. Энергетическое тело воспринимает энергию как собственно энергию.

        В процессе сновидения оно может обращаться с энергией тремя различными способами: воспринимать потоки энергии, использовать энергию в качестве толкателя, чтобы, подобно ракете, перелететь в какие-нибудь совершенно неожиданные пространства, или воспринимать так, как мы обычно воспринимаем мир.

     - Что значит воспринимать потоки энергии?

     - Это значит видеть. Энергетическое тело видит энергию, непосредственно воспринимая ее то ли как свет, то ли как своего рода вибрирующий поток, то ли как неоднородность пространства. Или же оно прямо чувствует ее как встряску или некое ощущение, которое может быть даже болью.

    - А тот другой способ, о котором ты говорил, дон Хуан? Использование энергии в качестве толкателя?

    - Энергия - сфера существования и восприятия энергетического тела. Поэтому для него не составляет труда пользоваться существующими во вселенной энергетическими потоками для перемещения. Все, что для этого требуется - выделить эти потоки и идти с ними.

      Он еще раз повторил, что намеренно контролируемое достижение первых врат сновидения есть путь к энергетическому телу.

     Но сохранение этого достижения зависит только от количества энергии. Маги получают необходимую для этого энергию, разумно перераспределяя ту имеющуюся у них энергию, которая используется ими для восприятия нашего мира повседневности.

      Когда я потребовал, чтобы дон Хуан выразился яснее, он добавил, что каждый человек обладает определенным количеством изначальной энергии. Это количество - вся энергия, которая у нас есть. И всю ее мы используем для того, чтобы воспринимать столь поглощающий нас обычный мир и справляться с возникающими в нем проблемами.

    Несколько раз он с нажимом повторил, что больше нам взять энергию неоткуда, поскольку вся имеющаяся у нас энергия уже задействована, ни капли ее не остается на экстраординарное восприятие, каковым, в частности, является сновидение.

    - И что же нам остается? - спросил я.

    - Нам остается лишь одно - стать скрягами в отношении энергии, добывая ее любыми доступными способами везде, где только возможно.

    Затем дон Хуан рассказал о том, что у магов есть особый метод добычи энергии. Они разумно перераспределяют свою энергию, сокращая ее расход за счет устранения из своей жизни всего, что считают лишним. Этот метод получил название "пути воина".

      Первые врата сновидения являются естественным препятствием и преодолеваются автоматически просто за счет увеличения уровня энергии.

      Высвобождение внимания сновидения является естественным следствием корректировки образа жизни. Поскольку нет никакого внешнего источника энергии, к которому мы могли бы подключиться, то для получения толчка нам остается лишь тем или иным способом перераспределять ту энергию, которой мы реально располагаем.

 Вторые врата сновидения

       Тренировка внимания сновидения является весьма существенной вещью. Однако с точки зрения ума тренировка осознания на уровне сновидения кажется чем-то невозможным.

      Дон Хуан объяснял, что основой такой тренировки является настойчивость. Рано или поздно, - говорил он, - под воздействием этой настойчивости защитные барьеры ума разрушаются, и на сцену выходит внимание сновидения.

      По мере практики сосредоточения и удержания внимания сновидения на объектах сновидения, я начал чувствовать какую-то очень необычную уверенность в себе. Она была настолько странной, что я обратился к дону Хуану за разъяснением.

     - Ощущение уверенности в себе дает тебе именно вхождение в сферу второго внимания, - пояснил он.

      - Теперь от тебя требуется еще более трезвый подход. Будь очень осмотрителен, продвигайся медленно, но неуклонно, и ни в коем случае не разговаривай об этом.

     Просто действуй!

    Дон Хуан настаивал, что именно путь мага является наилучшей "смазкой" для приведения в действие механизма перераспределения энергии, и в этом смысле наиболее важным, наиболее эффективным достижением на пути мага является потеря чувства собственной важности.

     Дон Хуан был убежден, что это абсолютно необходимо для достижения успеха в любом действии мага, и настаивал, чтобы ученики уделяли особое внимание выполнению этого требования, утверждая, что чувство собственной важности является не только главнейшим и опаснейшим врагом мага, но и роковым барьером для всего человечества.

    Дон Хуан считал, именно на удовлетворение чувства собственной важности уходит подавляющая часть нашей энергии.

     С особой очевидностью это проявляется в нашей постоянной обеспокоенности тем, как нас воспримут, как нам себя подать, какое впечатление мы производим. Нас всегда чрезвычайно сильно волнует, понравимся ли мы окружающим, признают ли нас и будут ли нами восхищаться.

      Если бы нам удалось хотя бы частично избавиться от чувства собственной важности, с нами произошли бы два необычайных события.

      Первое - высвободилась бы энергия, которой питается наша иллюзия собственного величия. Второе - появилась бы свободная энергия, достаточная для проникновения в сферу второго внимания, что позволило бы нам хотя бы мельком взглянуть на истинное величие вселенной.

       Новая способность рассматривать объекты снов "короткими взглядами" сопровождалась постоянными напоминаниями самому себе о том, чтобы это делать.

     - Я без конца болтаю сам с собой во сне, напоминая себе о том, что нужно рассматривать объекты, - пожаловался я дону Хуану. В целом я старался придерживаться нашего соглашения обсуждать искусство сновидения только по его инициативе. Однако данный случай показался мне слишком серьезным.

     - А это случайно не звучит так, будто говоришь не ты, а кто-то другой? - спросил дон Хуан.

     - Подумать только - именно так! Это действительно звучит так, словно говорю не я.

     - Тогда это - не ты. Но время для объяснения этого явления еще не пришло.

     - Это происходит с каждым сновидящим? - спросил я у дона Хуана, когда мы встретились в очередной раз.

    - С некоторыми, - безразличным тоном ответил он.

    Я начал было пространно рассказывать о том, как все это было странно, но дон Хуан оборвал мою тираду, сказав:

   - Теперь ты готов приблизиться ко вторым вратам сновидения.

   - Вторые врата сновидения достигаются тогда, когда ты "просыпаешься" из одного сна в другом сне.

     Ты можешь иметь столько параллельных сновидений, сколько захочешь. Или столько, сколько сможешь. Главное - в одинаковой степени все их контролировать и "проснуться" в одном из них, а не в нашем мире известного.

Меня охватила паника.

    - Уж не хотел ли ты сказать, что я никогда не проснусь в этом мире? - спросил я.

    - Нет, этого я не говорил. Но раз уж ты затронул эту тему, я вынужден сказать тебе, что такое тоже возможно.

      Маги древности имели обыкновение так поступать. Они никогда не просыпались в этом мире известного. Так поступили и некоторые из магов моей линии.

       Конечно, это можно сделать, но я бы не советовал. Я хочу, чтобы по окончании практики сновидения ты проснулся самым обычным и естественным образом. Но вот во время практики тебе должно присниться, что ты проснулся в другом сне.

      Все дело в самоконтроле, и он ничем принципиально не отличается от самоконтроля, которым мы пользуемся в повседневной жизни.

      - Существует одна проблема, связанная со вторыми вратами сновидения, - сказал он. - И она может быть очень и очень серьезной. Все зависит от особенностей характера. И если нам присуща тенденция идти на поводу у нашей склонности цепляться за вещи и привязываться к ситуациям, - у нас могут возникнуть серьезные затруднения.

     - Каким образом, дон Хуан?

     - А ты подумай. Ведь тебе уже приходилось, исследуя содержимое снов, испытывать необычный манящий интерес, странное удовольствие. Теперь представь себе: ты переходишь от одного сновидения к другому, все разглядываешь, исследуешь каждую деталь. Нетрудно понять, что таким образом можно забраться в смертельные глубины, откуда нет выхода. Особенно если человеку свойственно индульгирование.

    - Неужели тело или мозг естественным образом не среагируют и не пресекут это?

    - Пресекут, если это естественный, то есть нормальный сон. Но в нашем случае о нормальном сне речь не идет. Мы говорим о сновидении.

       А сновидящий, преодолевший первые врата сновидения, достиг осознания энергетического тела. И именно энергетическое тело проходит сквозь вторые врата сновидения, перескакивая из одного сна в другой.

      - Что же из всего этого следует, дон Хуан?

      - То, что после преодоления вторых врат сновидения тебе следует сформировать намерение обрести еще более жесткий и трезвый контроль над вниманием сновидения, потому что оно - единственный предохранительный клапан для сновидящего.

     - Что такое предохранительный клапан?

     - Тебе еще предстоит обнаружить, что истинной целью сновидения является совершенствование энергетического тела.

      А совершенное энергетическое тело обладает, кроме всего прочего, настолько четким контролем над вниманием сновидения, что может остановиться по знаку последнего там, где это необходимо. Это и есть тот предохранительный клапан, который имеется в распоряжении сновидящих.

      И не важно, насколько глубоко погрузился сновидящий и в какой степени он индульгирует в данный конкретный момент, внимание сновидения должно выбросить его на поверхность, как только в этом возникает необходимость.

      Преодоление вторых врат сновидения - это очень серьезно. Для этого необходимо усилие, необходима строжайшая дисциплина.

    - Я говорил тебе, что необходимо проснуться в другом сне, - сказал Дон Хуан,- но имелось в виду несколько иное: нужно последовательно и точно менять сны.

     Затем дон Хуан сказал, что существует два корректных способа преодоления вторых врат сновидения. Первый - проснуться в другом сне, то есть увидеть во сне, что видишь сон и во сне же увидеть, что проснулся. Второй - использовать объекты сновидения для переключения на другой сон.

       «Я же занялся отработкой обоих описанных им способов. Либо мне снилось, что у меня был сон, в котором мне снилось, что я проснулся, либо, как будто глядя сквозь объектив электронного фотоувеличителя, я переходил от чего-нибудь, непосредственно доступного моему вниманию сновидения, к чему-либо не столь доступному. Иногда я применял второй способ в слегка измененном варианте: я вглядывался в какой-нибудь из объектов сновидения до тех пор, пока он не начинал изменять форму, втягивая меня тем самым сквозь звенящий вихрь в другой сон. Однако мне никогда не удавалось предугадать заранее, каким из трех способов я воспользуюсь в данном конкретном сновидении.

      Заканчивались же мои тренировки по отработке искусства сновидения либо тем, что я "выскакивал" из внимания сновидения и просыпался, либо тем, что я проваливался в темный, глубокий беспробудный сон.

     Все шло гладко. Единственное, что меня беспокоило, - это все чаще повторявшееся ощущение некоторой помехи, что-то вроде приступов страха или дискомфорта.

  - Ты прикоснулся к самой опасной грани магического знания, настоящему кошмару, истинному страху, - начал он.

   - Я обязан прямо сказать тебе об этом, не церемонясь с твоим любимым рационализмом. С этой гранью неизбежно сталкивается каждый маг. Боюсь, что если бы я тебя не предупредил, то на этом этапе ты вполне мог бы сорваться и запаниковать, считая, что где-то допущена ошибка.

       Дон Хуан очень серьезно объяснил мне, что жизнь и сознание как энергетические категории не являются исключительным свойством живых организмов.

      Маги увидели, что существует два типа сознательных существ, скитающихся по этой земле - органические существа и существа неорганические.

      Сравнивая их друг с другом, маги увидели, что и те, и другие являются сгустками свечения, сквозь которые во всех мыслимых направлениях струятся миллионы энергетических волокон вселенной.

      Отличаются они друг от друга формой и яркостью. Неорганические существа имеют вытянутые формы, похожие на свечи, и светятся тусклым светом. Органические же существа более округлы и обладают гораздо более ярким свечением.

      Еще одно существенное различие между ними, которое увидели маги, состоит в том, что жизнь и сознание органических существ быстротечны, поскольку существа эти вынуждены жить в постоянной спешке. Неорганические существа живут неизмеримо дольше, потому что сознание их исполнено бесконечного покоя и глубины.

      - Без особых сложностей маги могут взаимодействовать с неорганическими существами, - продолжал дон Хуан, - потому что последние обладают сознанием - главной характеристикой, необходимой для взаимодействия.

     - Но они действительно существуют? - спросил я. - Так же реально, как ты и я?

      - Конечно, существуют, - ответил он. - Можешь мне поверить, маги - создания исключительно разумные. Ни при каких условиях они не стали бы заигрывать с предрассудками, принимая их впоследствии за реальность.

      - Почему ты говоришь, что эти существа - живые?

      - С точки зрения мага обладать жизнью значит - обладать сознанием. То есть иметь точку сборки с окружающим ее свечением сознания. Именно это указывает магу на то, что существо, с которым он имеет дело, не важно - органическое оно или неорганическое, вполне обладает способностью к осознанию. Маги рассматривают наличие восприятия как необходимое условие жизни.

     - Тогда неорганические существа также должны умирать. Это верно, дон Хуан?

   - Естественно. Они утрачивают свое осознание точно так же, как и мы. Просто продолжительность существования их сознания поистине умопомрачительная.

   - Неорганические существа сами являются магам?

      - В их случае очень трудно сказать, что есть что. Скажем так: мы приманиваем их или, вернее, вынуждаем их с нами взаимодействовать. Мгновение дон Хуан буквально сверлил меня взглядом.

      - До тебя это совершенно не доходит, - уверенно заключил он.

      - Я почти не в состоянии думать об этом с точки зрения здравого смысла, - сказал я.

      - А я тебя предупреждал, что твоему рассудку предстоит серьезное испытание. В этом случае целесообразно оставить все как есть и предоставить событиям возможность идти своим чередом. Я имею в виду - позволить неорганическим существам прийти к тебе.

      - Ты это серьезно, дон Хуан?

      - Абсолютно серьезно. Сложность взаимодействия с неорганическими существами, заключается в том, что их сознание действует чрезвычайно медленно по сравнению с нашим. И на то, чтобы они признали мага, уходят годы. Потому рекомендуется запастись терпением и ждать. Рано или поздно они покажутся. Но не так, как показались бы ты или я. Они дают о себе знать весьма специфическим способом.

      - Как маги их приманивают? Существует какой-то ритуал?

      - Ну, уж во всяком случае, маги не выходят на середину дороги и не взывают к ним оттуда дрожащим голосом, когда бьет полночь, если под ритуалом ты понимаешь что-то в этом роде.

     - А что же они делают?

      - Они приманивают их посредством сновидения. Я же сказал, что это нечто большее, чем просто приманивание. Посредством практики сновидения маги вынуждают их к взаимодействию.

      - Каким образом маги их вынуждают?

      - Сновидение означает удерживание точки сборки там, куда она сдвинулась во сне. Образующийся вследствие этого энергетический потенциал привлекает внимание неорганических существ. Как наживка привлекает рыб. И они идут на эту наживку. Достигая и преодолевая первые и вторые врата сновидения, маги забрасывают наживку для неорганических существ и тем самым вынуждают их явиться.

       Преодолев первые и вторые врата сновидения, ты довел до их сведения свое приглашение. Теперь жди, пока они подадут тебе знак.

     -Каким может быть этот знак, дон Хуан?

     - Вполне возможно, что кто-то из них явится тебе, хотя для этого еще слишком рано. По-моему, знаком будет просто некоторое постороннее вмешательство в твое сновидение.   Я полагаю, что приступы страха, которые в последние дни ты испытываешь в сновидениях, обусловлены не нарушением пищеварения, но импульсами энергии, которые посылают тебе неорганические существа.

     - И что мне теперь делать?

     - Обмануть собственные ожидания.

     Я не мог понять, что он имеет в виду. Дон Хуан подробно объяснил.

     -Чего мы ожидаем, вступая во взаимодействие с людьми или другими органическими существами?   Немедленной реакции на свой запрос. Однако неорганические существа отделены от нас самым труднопреодолимым барьером - другими скоростями движения энергии. Поэтому мгновенной реакции быть не может, и маг должен обмануть свои ожидания, продолжая действовать в режиме запроса столько времени, сколько потребуется на то, чтобы его запрос был принят.

      - Ты хочешь сказать, дон Хуан, что запрос и практика искусства сновидения в данном случае одно и то же?

   - Да. Но для того, чтобы получить совершенный результат, тебе следует добавить к своей практике намерение добраться до неорганических существ. Послать им чувство силы и уверенности, чувство могущества и отрешенности. И любой ценой избежать того, чтобы их достигло твое чувство страха или подавленности. Они достаточно мрачны сами по себе. Добавлять к их мрачности свою тебе по меньшей мере не обязательно.

     - Мне не совсем ясно, дон Хуан, каким образом они являются сновидящим. Что это за особый способ, которым они дают о себе знать?

    - Случается, что они материализуются в этом мире - прямо перед нами. Хотя большую часть времени они невидимы, а присутствие их проявляется в виде особого ощущения в теле человека, своего рода встряски или дрожи, которая пробивает человека до мозга костей.

     - А в сновидении, дон Хуан?

     - В сновидении все наоборот. Временами мы ощущаем их так, как ощущал ты - как приступы страха. В большинстве случаев они материализуются, возникая прямо перед нами. Поскольку поначалу у нас нет опыта обращения с ними, они могут внушить нам безмерный страх.

     И это по-настоящему опасно для нас. По каналу страха они способны проследовать за человеком в мир повседневности. Результаты этого могут быть поистине катастрофическими.

     - В каком смысле, дон Хуан?

     - В его жизни может прочно укорениться страх. Совладать с этим страхом способен только воистину великий одинокий воин. Неорганические существа могут быть истинными паразитами - хуже чумы. Нагоняя на человека страх, они вполне способны свести его с ума.

     - А что делают с неорганическими существами маги?

      - Сливаются с ними. Превращают их в своих союзников. Образуют сообщества. Иногда их контракты выливаются в необычайную дружбу. Я называю такие отношения сотрудничеством без границ. Главнейшую роль в них играет восприятие. Ведь мы - существа общественные и неизбежно ищем компании других сознаний.

      Секрет успешного налаживания контактов с неорганическими существами заключается в том, что их не нужно бояться. Причем послание, которое человек им посылает, должно быть исполнено силы и отрешенности. В нем должно быть закодировано: "Я вас не боюсь. Приходите повидаться. Если явитесь - буду рад вас видеть. Если не захотите прийти - мне будет вас не хватать". Когда неорганические существа получают такое послание, их охватывает настолько неудержимое любопытство, что они непременно приходят.

     - Но для чего им приходить ко мне, или с какой стати я должен стремиться к встрече с ними?

      - Сновидящие ищут в своих сновидениях контактов с другими существами. Нравится нам это или нет - не имеет значения. Может быть, это тебя шокирует, но сновидящие автоматически стремятся отыскать группы существ, с которыми у них может установиться связь, своего рода узы. Сновидящие поистине жаждут их отыскать.

      - Это кажется мне очень странным, дон Хуан. Зачем сновидящие это делают?

      - Неорганические существа - нечто новое для нас. А для них новинкой становятся те из нас, кто переходит через границу их сферы бытия.

      Благодаря своему великолепному сознанию, неорганические существа обладают для сновидящего огромной притягательной силой и могут переносить его в неописуемые миры. Запомни это хорошенько, и никогда об этом не забывай!

      - Этим пользовались маги древних времен - именно им обязан своим происхождением термин "союзники".

      Союзники этих магов научили их смещать точку сборки за пределы светящегося яйца - в нечеловеческую вселенную. Таким образом, когда маг использует их в качестве транспортного средства, они переносят его в миры, находящиеся за пределами сферы человеческого.

       Я слушал его, и меня одолевали странные страхи и дурные предчувствия. Дон Хуан мгновенно понял, в чем дело.

    - Ты религиозен до предела, - рассмеялся он. - И в настоящий момент почувствовал на своем затылке дыхание дьявола. А ты подумай об этом иначе. Мы верим, что может быть воспринято то-то и то-то.

      А сновидение - это восприятие того, что выходит за пределы возможного.

     Это случилось, когда мне снился цирк из моего детства. Окружающая обстановка напоминала пейзаж маленького городка в горах Аризоны.

     Я принялся рассматривать людей, испытывая никогда не покидавшую меня смутную надежду снова увидеть тех людей, которых я видел, когда дон Хуан впервые заставил меня войти в сферу второго внимания.

    Наблюдая за ними, я ощутил всплеск нервозности - толчок под ложечкой, похожий на удар в солнечное сплетение. Толчок несколько меня отвлек, и я потерял из виду людей, цирк и городок в горах Аризоны. Вместо всего этого передо мной стояли две фигуры совершенно жуткой наружности. Они были тощие - не шире фута в плечах - и длинные - футов около семи. Они угрожающе нависали надо мной, как два гигантских земляных червя.

     И, хотя я не мог тогда испытать это на собственном опыте, мне казалось, что понял идею непосредственного восприятия энергии. И в том сне, глядя на эти странные призраки, я понял, что вижу энергетическую сущность чего-то невероятного.

      Я был очень спокоен. Я не двигался. Самым замечательным для меня было то, что они не рассеялись и не трансформировались во что-нибудь другое, оставаясь зримыми существами, по форме напоминавшими свечи. В них было нечто, заставлявшее меня удерживать восприятие их формы. Я знал это, поскольку что-то говорило мне, что, если я не буду двигаться, они тоже останутся на месте. В определенный момент все закончилось.

        К тому времени, когда я, наконец, рассказал дону Хуану о том, что со мной происходит, я уже несколько месяцев созерцал только эти две фигуры.

     - Ты застрял на очень опасном перекрестке, - сказал дон Хуан. - Будет неправильно, если ты их прогонишь. Однако позволить им остаться - тоже ошибка. В настоящее время их присутствие - помеха в твоей практике сновидения.

      - Что же мне делать, дон Хуан?

      - Встретиться с ними прямо сейчас, в нашем мире, и сказать им, чтобы они приходили позже, когда в твоем сновидении будет больше силы.

      - Но как с ними встретиться?

     - Это непросто, но возможно. Нужно только, чтобы кишка у тебя была не слишком тонка. Но она   у тебя не тонка, будь спокоен.

     - Что делать, чтобы их вызвать?

     - Воспроизведи в уме тот их облик, в котором они являлись тебе в сновидении, и зафиксируй его. Причина, по которой они старались, чтобы ты насытился их присутствием в сновидениях - в том, что они хотели оставить в твоем уме память об их формах.

      - Ну вот, это, пожалуй, идеальное место для того, чтобы вызвать твоих друзей, - сказал он.

      - Моих друзей? Почему ты их так называешь?

      - Они сами тебя выбрали. Когда они так поступают, это означает, что они ищут контакта. Я же говорил тебе, что между ними и магами образуются узы дружбы. Похоже, именно с такой ситуацией мы столкнулись в твоем случае. И от тебя даже не требуется функционировать в режиме запроса.

      - А в чем, собственно, заключается такого рода дружба, дон Хуан?

      - Во взаимном обмене энергией. Неорганические существа вкладывают в нее свой высокий уровень сознания, а маги - свое повышенное осознание и свою высокую энергию. Если результат оказывается положительным - происходит паритетный обмен. Но он может быть и отрицательным, тогда возникает взаимная зависимость. Древние маги, как правило, любили своих союзников. Фактически, они любили своих союзников больше, чем своих ближних. И я усматриваю в этом огромную опасность.

      - А вообще, я почти новичок в том, что касается неорганических существ. В свое время я отказался от этой части знания магов на том основании, что она слишком обременительна и зыбка. Я не хочу зависеть ни от каких сущностей, будь они органическими или неорганическими.

 Фиксация точки сборки

      С тех пор, как мы с доном Хуаном условились о том, чтобы обсуждать мою практику сновидения только тогда, когда он сочтет это необходимым, я редко начинал говорить о ней сам и никогда не задавал лишних вопросов. Поэтому я всегда с особой готовностью слушал его, когда он затрагивал эту тему.

      Его объяснения и рекомендации относительно сновидений неизбежно касались и других аспектов его учения.

      Однажды, когда я был у него дома и мы разговаривали о каком-то отвлеченном предмете, дон Хуан без всякого предисловия сказал, что посредством установления контактов с неорганическими объектами в сновидении старые маги в совершенстве овладели искусством перемещения точки сборки - предметом весьма непростым и опасным.

     - Это довольно запутанный вопрос, - сказал он.

    - Он будет таким же испытанием для твоего здравого смысла, как и все связанное с неорганическими существами. Кстати, что ты сейчас о них думаешь? Он заговорил о своем страхе и отвращении к неорганическим существам.

       - Я никогда не испытывал к ним пристрастия, - сказал он. - Конечно, главной причиной этого был мой страх перед ними. В свое время я не смог от него отделаться, а затем он стал постоянным.

     - Ты и сейчас их боишься, дон Хуан?

     - Сейчас я ощущаю скорее отвращение, чем страх. Я не хочу иметь с ними ничего общего.

      - Существует ли какая-нибудь определенная причина для этого отвращения?

      - Лучшая причина в мире - мы с ними воплощаем полные противоположности. Они любят властвовать, - я люблю свободу. Они стремятся купить, я же не продаю.

      - Лучшее, что можно делать с неорганическими существами, - это как раз то, что делаешь ты: отрицать их существование, но регулярно посещать их, придерживаясь мысли, что ты находишься во сне, где, по твоему мнению, все возможно. Таким образом ты как бы ничем не рискуешь.

       - Мне кажется, что пришло время сказать тебе кое-что о том ворчливом голосе, который ты слышишь в сновидении, и который напоминает тебе о необходимости концентрации внимания на всем наблюдаемом тобой. Так вот, - это голос неорганического существа.

       Я подумал, что дон Хуан совершенно непоследователен. Меня это настолько рассердило, что я даже громко возмутился в его адрес.

       В ответ он рассмеялся и попросил меня рассказать о необычных происшествиях, случающихся в моей практике сновидения. Эта просьба меня удивила. Я никогда никому не упоминал о том, что довольно часто выпадал из состояния сновидения, увлеченный каким-нибудь определенным предметом. При этом вместо того, чтобы изменить что-то во сне, как следовало поступить в этом случае, я обнаруживал, что изменял весь настрой сна и находил себя в совершенно незнакомом измерении. Я парил в нем под воздействием какой-то невидимой силы, которая все время кружила меня. Я всегда выходил из таких сновидений, продолжая кружиться, и долго поднимался и опускался, пока не просыпался полностью.

     - Это были твои встречи лицом к лицу с друзьями из неорганического мира, - сказал дон Хуан.

     Несколько месяцев спустя в моих сновидениях произошла странная перемена. В своих снах я начал получать ответы на вопросы, которые я собирался задать дону Хуану. Но наиболее странным было то, что это стало происходить со мной и в часы бодрствования. Однажды, когда я сидел за столом на работе, я получил ответ на мысленный вопрос о реальности неорганических существ. Я видел неорганические существа в сновидении так много раз, что уже начал думать о них как о реальности.

     - Их мир существует в некотором особенном положении точки сборки, - сказал вполне человеческий голос. - Так же, как твой мир существует в обычном положении точки сборки.

       При первой представившейся возможности я обратился с вопросом к Дону Хуану

      - Ты должен понять раз и навсегда, что такие вещи обычны в жизни мага, - сказал Дон Хуан.    -Ты не сходишь с ума; ты просто слышишь голос эмиссара в сновидении. Пройдя через первые и вторые врата сновидения, сновидящий достигает такого энергетического уровня, когда у него начинаются видения или когда он слышит голоса. Фактически, это не много голосов, а только один. Маги называют его голосом эмиссара в сновидении.

     - Что такое "эмиссар в сновидении"?

     - Чужая энергия, сконцентрированная в небольшой области пространства. Чужая энергия, претендующая на то, чтобы помогать сновидящим своими рассказами.

      Для эмиссара в сновидении характерно, что он может сказать лишь то, что маги уже знают или должны знать, если считают себя магами.

    - Утверждение, что это чужая энергия, сосредоточенная в небольшой области пространства, совершенно ничего мне не говорит, дон Хуан. Какого рода эта энергия - дружелюбная, враждебная, положительная, отрицательная, - какая?

     - Она в точности такая, как я сказал, - чужая. Безличностная сила, которую мы воспринимаем как личность потому, что она разговаривает с нами. Некоторые маги поклоняются ей. Они даже могут видеть ее. Или подобно тебе, они попросту слышат ее как мужской или женский голос. Этот голос может объяснять им суть происходящего, и они чаще всего воспринимают сказанное им как полезный совет.

     - Почему некоторые из нас воспринимают его как голос?

     - Мы видим или слышим его, потому что мы удерживаем наши точки сборки в некотором новом положении; чем устойчивее это положение, тем стабильнее наше ощущение эмиссара. Остерегайся! Ты можешь увидеть и почувствовать его даже как обнаженную женщину.

      Дон Хуан рассмеялся над своим собственным замечанием, но я был слишком испуган, чтобы веселится.

     - Способна ли эта сила материализоваться? - спросил я.

     - Конечно, - ответил он. - Все зависит от того, где находится точка сборки. Но в любом случае, если ты можешь оставаться достаточно непривязанным к нему, ничего плохого произойти не может.

      Эмиссар останется таким же, каким он был, - безликим голосом, который воздействует на нас вследствие того, что точка сборки находится в определенном месте.

     - Его советы безопасны и благоразумны?

     - Его слова нельзя считать советами. Он лишь говорит нам, что есть что, а мы сами уже делаем из этого выводы.

       Затем я рассказал дону Хуану о том, что голос поведал мне.

      - Это в точности соответствует тому, что я тебе только что говорил, - заметил дон Хуан. - Эмиссар не сказал тебе ничего нового. Его утверждения были правильными, но тебе только казалось, что он открывает для тебя что-то новое. Эмиссар просто повторял тебе то, что ты уже знаешь.

     - Боюсь, что я не знаю всего того, что он говорил, дон Хуан.

     - Да нет же, знаешь. Ты уже сейчас знаешь бесконечно больше о тайне вселенной, чем предполагает твой здравый смысл. Это наша человеческая слабость - знать о тайне вселенной больше, чем мы подозреваем.

     - Является ли эмиссар в сновидении неорганическим существом? - спросил я.

     - Лучше будет сказать, что эмиссар в сновидении - это сила, которая приходит к нам из мира неорганических существ. По этой причине сновидящие всегда сталкиваются с нею.

      - Ты имеешь в виду, дон Хуан, что каждый сновидящий слышит или видит эмиссара?

      - Слышит эмиссара каждый, но лишь немногие видят или ощущают его.

      - Ты можешь это как-нибудь объяснить?

      - Нет. Кроме того, меня на самом деле не волнует эмиссар. Однажды мне пришлось сделать выбор, уделять ли внимание неорганическим существам и тем самым идти по следам старых магов - или отказаться от этого. Мой учитель, нагваль Хулиан, помог мне решиться на этот отказ. И я никогда не пожалел о своем решении.

     - Как ты считаешь, мне тоже следует отказаться от неорганических существ, дон Хуан?

Он не ответил мне; вместо этого он объяснил, что мир неорганических существ всегда продолжает обучать нас. Вероятно, это так потому, что неорганические существа обладают более глубоким сознанием, чем наше, и испытывают потребность опекать нас.

     - Я не вижу никакого смысла в том, чтобы становиться их учеником, - добавил он. - За это приходится платить слишком дорого.

     - Как именно?

     - Нашими жизнями, энергией, преданностью им. Другими словами, нашей свободой.

     - А чему они учат?

     - Всему, что характерно для их мира. Точно так же мы бы учили их, если бы могли это делать, - тому, что имеет отношение к нашему миру. Их метод, однако, заключается в том, чтобы рассматривать наше эго в качестве показателя того, в чем мы нуждаемся, и в соответствии с этим обучать нас. Крайне опасное занятие!

     - Я не понимаю, почему это должно быть опасным.

    - Если кто-то выяснит запросы твоего эго со всеми его страхами, жадностью, завистью и прочим, и станет обучать тебя тому, как удовлетворить все твои ужасные притязания, - как ты думаешь, каков будет результат?

     У меня больше не было возражений. Мне показалось, что я отлично понял причины его неприятия неорганических существ.

      - У магов прошлого возникли неприятности потому, что хотя они и достигли великолепных успехов в изучении магии, но при этом они руководствовались низменными эгоистическими побуждениями, - продолжал дон Хуан.

    - Неорганические существа стали их наставниками, и с помощью изощренных средств они обучили старых магов множеству чудес. Следуя примеру своих наставников, старые маги начали шаг за шагом овладевать их искусством, повторяя их действия, но не изменяя своей эгоистической ориентации.

    - Существуют ли такие взаимоотношения с неорганическими существами в наше время?    - Я не могу дать тебе точный ответ. Скажу лишь, что не могу представить себя в подобных взаимоотношениях с ними.

    Такие пристрастия ограничивает нашу свободу, потому что поглощают нашу энергию. Для того, чтобы по-настоящему следовать примеру своих наставников, старые маги были вынуждены жить в мире неорганических существ. Для того, чтобы совершить столь продолжительное путешествие в их мир, требуется колоссальный объем энергии.

     - Ты хочешь сказать, дон Хуан, что маги древности могли существовать в тех мирах так, как мы существуем здесь?

     - Не совсем так, но, несомненно, они как-то жили там: они сохраняли при этом свое самосознание, свою индивидуальность. Эмиссар в сновидении становился самым необходимым существом для этих магов. Если маг желает жить в мире неорганических существ, то лучшим гидом для него является эмиссар, он обо всем рассказывает, любит обучать и вести за собой.

     - Ты бывал когда-нибудь в мире неорганических существ, дон Хуан?

     - Бесчисленное количество раз. Так же, как и ты. Но сейчас нет смысла говорить об этом. Ты еще не овладел достаточно хорошо своим вниманием сновидения. Мы поговорим об этом мире как-нибудь в другой раз.

     - Я и не одобряю, и не люблю его. Он проповедует другую систему ценностей - ту, которая соответствует духу старых магов. Кроме того, его поучения и рекомендации в нашем мире бессмысленны. И за эту бессмыслицу эмиссар требует от нас огромнейших затрат энергии. Когда-нибудь и ты согласишься со мной. Вот увидишь.

      - Если ты не привык рассматривать сновидения в качестве подлинной сферы исследований, то отсюда не следует, что они не являются такой сферой, - начал он.

      - Сны анализируют в поисках смысла, их считают плохими предзнаменованиями, но никто не видит, что события, происходящие в них, так же реальны, как и наш обыденный мир.

     - Насколько я могу судить, только маги прошлого считали сновидение реальным, - продолжал дон Хуан, - но в конце концов они исказили его суть.

      Они стали ненасытными, накапливая новые знания, и когда дело дошло до выбора правильного пути, они свернули не в ту сторону. Они смешали все в одну кучу, без разбора устанавливая точку сборки в тысячи возможных положений.

     Дон Хуан выразил сожаление в связи с тем, что из всех великолепных вещей, которым научились старые маги, перемещая точку сборки в тысячи разных мест, остались только искусство сновидения и искусство сталкинга.

     Он повторил снова, что искусство сновидения означает умение управлять смещением точки сборки. Затем он определил искусство сталкинга как умение фиксировать точку сборки в том месте, куда ее необходимо сместить.

   - Фиксировать точку сборки на новом месте - означает достигать состояния гармонии - сказал он. Ты учишься этому в сновидении, когда тебе необходимо фиксировать точку сборки после ее перемещения.

       Внимание сновидения, энергетическое тело, второе внимание, отношения с неорганическими существами, эмиссар в сновидениях - все это сопутствует обретению гармонии; другими словами, все это получается вследствие сдвига точки сборки в некоторые определенные положения в сновидении.

      - Какие это положения, дон Хуан?

      - Любые позиции, в которых точка сборки оказывается во время сновидения.

      - А как мы фиксируем ее в этих точках?

      - Продлевая присутствие объектов в сновидении или же преднамеренно изменяя эти объекты. Занимаясь практикой сновидения, ты фактически учишься достигать гармонии; другими словами, ты получаешь навыки сохранять энергию в той новой форме, которую она принимает вследствие фиксации точки сборки в определенном месте в каждом конкретном сновидении.

     - Умею ли я сохранять энергию в новой форме?

     - Еще не очень хорошо, и не потому что ты не можешь этого делать, а потому, что ты сдвигаешь точку сборки, а не плавно двигаешь ее.

      Последовательность сдвигов приводит к появлению незначительных, почти незаметных изменений в том, что ты видишь. Вся трудность при этом состоит в том, что изменений так много и они настолько малы, что способность непрерывно находиться в состоянии гармонии свидетельствует о большом успехе.

   - Как определить, находимся ли мы в состоянии гармонии?

    - По ясности восприятия. Чем отчетливее то, что мы наблюдаем в сновидении, тем гармоничнее наше состояние.

       Он сказал мне, что пришло время практически использовать то, чему я научился в сновидении. Не давая мне времени задать очередной вопрос, он приказал мне сконцентрировать внимание на листве растущего невдалеке мескитового дерева. И к тому же сделать это так, будто бы я нахожусь в сновидении.

     - Ты хочешь, чтобы я просто смотрел на это дерево?

      - Я не хочу, чтобы ты просто смотрел; я хочу, чтобы ты сделал нечто особенное с его листвой, - сказал он.

      - Помни, что если в сновидении ты можешь удерживать в поле зрения объект, ты тем самым фактически удерживаешь точку сборки в определенном положении.   - А сейчас пристально смотри на эти листья, будто ты в сновидении, но с одним хотя и небольшим, но очень существенным отличием: удерживай свое внимание сновидения на листьях мескитового дерева, находящегося в обыденном мире.

    Он терпеливо объяснил, что глядя на листву, я осуществлю незначительное перемещение точки сборки. Затем, собирая воедино свое внимание сновидения путем пристального всматривания в отдельные листики, я в действительности фиксирую точку сборки в этом едва смещенном положении. Тем самым гармоничность, достигнутая в этом состоянии, позволит мне воспринимать в терминах второго внимания. Посмеиваясь, он добавил, что это на редкость просто.

      Мыслящий разум - всего лишь один из аспектов положения точки сборки; поэтому знание о том, что происходит в мире, здравомыслие, уверенность в себе - все эти предметы нашей гордости и предполагаемые мерила нашего здравомыслия - являются лишь следствием расположения точки сборки в ее обычном месте.

      Чем более жестко она там фиксирована, тем более мы самоуверенны, тем сильнее мы чувствуем, что знаем мир и способны предвидеть будущее.

     Он добавил, что сновидение дает нам гибкость, необходимую для того, чтобы войти в другие миры, разрушая нашу убежденность в знании этого мира. Он назвал сновидения путешествием в невообразимые измерения, когда, после того, как мы постигаем все доступное человеческому восприятию, наша точка сборки выскальзывает за пределы человеческого и достигает непостижимого.

     Для магов, практикующих сновидение в наши дни, это СНОВИДЕНИЕ ЯВЛЯЕТСЯ СВОБОДОЙ ДОСТИЧЬ МИРОВ, НЕ УКЛАДЫВАЮЩИХСЯ НИ В КАКОЕ ВООБРАЖЕНИЕ.

      - Но зачем их достигать?

      - Ты уже спрашивал меня сегодня об этом. Ты рассуждаешь, как настоящий купец. -"Это опасно? - спрашиваешь ты. - На сколько процентов увеличиться сумма моего вклада? Будет ли так лучше для меня? " На эти вопросы невозможно ответить. Ум купца настроен на подсчет прибылей. Но свобода не может основываться на вкладах и доходах от них.

     -Туда направляются современные маги, - сказал Дон Хуан.

       Их устремления лежат далеко вне интересов людей; за пределами этих интересов лежат всеобъемлющие миры, среди которых есть далеко не только сферы обитания птиц и животных, хотя и они неизвестны человеку. То, о чем я говорю, представляет собой миры, подобные нашему. Целые вселенные с бесконечными пространствами.

      - Где находятся все эти миры, дон Хуан? В различных положениях точки сборки?

      - Правильно. В различных положениях точки сборки, но эти положения доступны для магов вследствие движения точки сборки, а не ее сдвига. Путешествия в такие миры могут совершить в сновидении только сегодняшние маги. Маги древности были далеки от них, потому что такие путешествия требуют от магов великой непривязанности и полного отказа от чувства собственной важности в любом его проявлении.

     Свобода - это приключение, которому нет конца, в котором мы рискуем жизнью и даже большим, чем жизнь, во имя нескольких мгновений чего-то превыше слов, мыслей и чувств.

 Мир неорганических существ

     Важной чертой моей практики стали постоянные свидетельства в пользу существования живых неорганических существ.

     После того, как я встретился с ними в своих сновидениях, и особенно после столкновения с ними в пустынных окрестностях дома дона Хуана, у меня были веские основания считать их существование подлинным фактом. Но все эти случаи возымели на меня обратное действие. Я упрямо и яростно отрицал возможность их существования.

      Дон Хуан снова и снова повторял, что очень трудно заставить наше эго покинуть оборонительные рубежи. Этого возможно достичь только с помощью практики. Одной из сильнейших оборонительных линий эго является не что иное, как наша рациональность.

      И она не только является одним из самых стойких барьеров на пути к обладанию магическими умениями и теорией, но еще и наиболее опасным по своим проявлениями.

Дон Хуан верил, что существование неорганических существ является фактом, способным сильно поколебать нашу рациональность.

       Время от времени в моих сновидениях появлялся поток чужеродной энергии, как определял его дон Хуан, называя его также лазутчиком.

       Его предостережение относительно лазутчиков помогло мне быть бдительным и правильно использовать свое внимание сновидения.

       Лазутчики часто встречаются и в обычных снах. Странно, но сны сновидящих характеризуются отсутствием лазутчиков. Когда они появляются, их легко обнаружить по сопутствующей им необычности и несоразмерности.

     - О какой несоразмерности ты говоришь, дон Хуан?

     - Их присутствие окружено нелепостями.

     - Во сне многое нелепо.

     - Только в обычных снах вещи бессмысленны. Я бы сказал, что это происходит именно так вследствие большого количества лазутчиков, присутствующих в них. Их много потому, что обычные люди склонны сильнее ограждать себя от неизвестного.

     - Ты знаешь, почему это так, дон Хуан?

     - По-моему, все определяется балансом сил. Среднестатистический человек вынужден воздвигать необычайно прочные барьеры, чтобы защитить себя от натиска враждебных влияний.

      Например, такие барьеры, как беспокойство о себе. Но чем крепче препятствие, тем мощнее нападение.

    В отличие от них, сновидящие воздвигают меньше барьеров и поэтому привлекают меньше лазутчиков в свои сны.

      В снах сновидящих бессмысленные вещи отсутствуют, возможно, для того, чтобы сновидящие легко обнаруживали присутствие лазутчиков.

     Дон Хуан посоветовал мне быть очень внимательным и замечать все доступные наблюдению детали моих снов. Он даже заставил меня повторить вслух эти свои слова.

     - Ты сбиваешь меня с толку, - сказал я. - Ты то не хочешь ничего слышать о моем сновидении, то хочешь. Есть ли какая-то систематичность в твоих отказах и согласиях?

     - Конечно же, за всем этим стоит некоторая система, - сказал он. - Быть может, ты когда-нибудь будешь поступать так же с другим сновидящим. Одни вопросы имеют ключевое значение, потому что связаны с духом. Другие - совершенно не имеют значения по причине нашего индульгирования.

       Начиная с этого времени я стал замечать присутствие несуразных предметов в своих сновидениях. Стоило мне допустить верность слов дона Хуана, определяющих суть чужеродной энергии во сне, и я вскоре полностью согласился с тем, что нелепые вещи в моих сновидениях являются на самом деле пришельцами из других миров.

      После того, как я обнаруживал их, мое внимание сновидения всегда полностью сосредоточивалось на них, чего не происходило ни в каких других условиях.

     Еще я заметил, что каждый раз, когда чужеродная энергия проникала в мои сны, мое внимание в них вынуждено было усиленно работать, чтобы превратить ее в какой-нибудь знакомый объект. Препятствие, с которым сталкивалось мое внимание в этом случае, состояло в его неспособности полностью совершить такое преображение: в итоге я получал какой-то диковинный объект, почти мне незнакомый.

      Впоследствии чужеродная энергия довольно быстро исчезала; нестандартный предмет пропадал, превращаясь в пузырь света, который вскоре поглощался другими деталями моего сна.

      Когда я попросил дона Хуана прокомментировать то, что происходит в моем сновидений, он сказал:

     - В настоящее время лазутчики в твоих снах являются шпионами, присылаемыми из неорганического мира. Они очень недолговечны, что означает их неспособность долго оставаться во сне.

     - Почему ты говоришь, что они - шпионы, дон Хуан?

      - Они приходят в поисках возможности поглощать сознание других существ. У них есть собственное сознание и цель, хотя она недоступна постижению нашим разумом. По типу их сознания и замыслов их, вероятно, можно сравнить с деревьями.

     Внутренние устремления деревьев и неорганических существ непонятны нам, потому что они намного более медленны, чем наши.

     - Почему ты так считаешь, дон Хуан?

     - И деревья, и неорганические существа живут дольше, чем мы. Они созданы, чтобы пребывать неизменными. Они неподвижны, но в то же время они заставляют все двигаться вокруг себя.

    - Ты хочешь сказать, дон Хуан, что неорганические существа являются такими же почти неизменными сущностями, как и деревья?

    - Именно так. То, что ты видишь в сновидении в виде светлых и темных полых трубочек, является их проекцией. То, что ты слышишь во сне как голос эмиссара, - тоже их порождение. Равно как и их лазутчики.

     - Что, по твоему мнению, мне следует делать, чтобы последовать за лазутчиками? - спросил я.

     - А зачем, собственно, тебе нужно следовать за ними?

     - Я занимаюсь научными исследованиями неорганических существ.

     - Ты подшучиваешь надо мной, не так ли? Помни, что мир неорганических существ был сферой деятельности магов прошлого.     

     Чтобы пробраться туда, они тщательно концентрировали свое внимание в сновидении на наблюдаемых объектах, таким образом они были способны обнаруживать лазутчиков. И когда лазутчики оказывались в центре их внимания, они выкрикивали вслух намерение следовать за ними.

     Как только маги древности заявляли об этом своем намерении, они уходили, увлекаемые чужеродной энергией.

      Работая дома, я устал искать истинный смысл слов дона Хуана. Я упрямо не желал следовать тому, что он мог бы назвать рабочим методом. После того, как я отбросил и идеи, и терпение, я однажды потерял бдительность.

    В тот раз я видел во сне рыбу, озадачившую меня тем, что она внезапно выскочила из озера, возле которого я прогуливался. Она забилась у моих ног, затем полетела, как птица, и села на ветку, по-прежнему оставаясь рыбой. Картина была такой непривычной, что мое внимание сновидения оживилось. Я сразу же понял, что это лазутчик. Секундой позже, когда рыба-птица превратилась в точку света, я крикнул о своем намерении последовать за ней и отправился в иной мир точно так, как говорил об этом дон Хуан.

     Я решил рассмотреть все детали этого сна. То, что я мог видеть, представляло собой подобие исполинской губки. Оно было пористым и покрытым углублениями. Я не мог прикоснуться к нему, но оно выглядело твердым и волокнистым. Оно было темно-коричневого цвета. Затем у меня проскользнуло сомнение в том, что все это немое нагромождение мне просто снится. То, что я видел, не изменяло своих очертаний. Оно не двигалось.

    При пристальном всматривании у меня создалось впечатление чего-то реального, но полностью неподвижного; это все где-то находилось и так приковывало к себе мое внимание, что я не мог оторваться для осмотра других объектов, включая себя.

Какая-то удивительная сила, с которой я никогда раньше не сталкивался в сновидении, парализовала меня.

    - Ты находишься внутри неорганического существа. Выбери себе любой из тоннелей, и ты сможешь жить в нем вечно. - Голос смолк на мгновение, а затем прибавил: - Разумеется, если ты хочешь этого.

    Я не мог заставить себя вымолвить хоть несколько слов. Я боялся, что любое мое утверждение может быть понято в смысле, противоположном тому, который я в него вкладываю.

    - В этом для тебя есть бесчисленные преимущества, - продолжал голос эмиссара. - Ты можешь жить в любых тоннелях, какие пожелаешь. И в каждом ты сможешь узнать что-то новое. Маги прошлого жили там и научились многим удивительным вещам.

    Не пользуясь никакими органами чувств, я ощутил, что лазутчик подталкивает меня сзади. Казалось, он хочет, чтобы я двигался вперед. Я направился в тоннель, находящийся рядом справа от меня. Как только я очутился в нем, я как-то осознал, что не иду по нему; я кружился в нем, летел. Я был пузырьком энергии, подобно самому лазутчику.

     Голос эмиссара снова зазвучал в моих ушах:

     - Да, ты - всего лишь пузырек энергии, - произнес он.

И хотя я сам знал это, я почувствовал громадное облегчение.

    - Ты паришь внутри одного из неорганических существ, - продолжал он. - Лазутчик хочет, чтобы ты двигался в этом мире именно таким образом. Когда он прикоснулся к тебе, он изменил тебя навсегда. Теперь ты, по сути, один из нас.

      Если желаешь остаться здесь, просто вырази свое намерение.

Эмиссар прекратил говорить, и вид тоннеля снова предстал предо мной. Но когда он заговорил снова, что-то изменилось; я не терял из виду этого мира и все же мог одновременно слышать голос эмиссара.

    - Древние маги научились всему, что они знали о сновидении, пребывая здесь среди нас, - сказал он.

     Я собирался спросить, научились ли они этому всему просто живя внутри этих тоннелей, но прежде чем я произнес свой вопрос, эмиссар ответил мне.

    - Да, они узнали все, просто пребывая подолгу внутри неорганических существ, - сказал он. - Чтобы жить внутри них, магам прошлого требовалось всего лишь сказать о том, что они желают этого. Точно так же, как для того, чтобы попасть сюда, тебе требовалось только громко и отчетливо выразить вслух свое намерение.

     Лазутчик толкнул меня вновь, давая понять, что я могу продолжить движение. Я засомневался, и тогда он сделал что-то эквивалентное такому силовому воздействию, от которого я полетел по бесконечным тоннелям, как пуля. В конце концов я остановился, потому что остановился лазутчик. На какое-то мгновение мы зависли; затем мы провалились в вертикальный тоннель. Но я не почувствовал, что направление движения существенно изменилось. Что касается моих ощущений, то я по-прежнему чувствовал, что двигаюсь вдоль поверхности.

     Мы меняли направление движения множество раз, но в каждом случае мои ощущения были похожими. Я начал было уже формулировать мысль о своей неспособности чувствовать, куда я двигаюсь, вверх или вниз, когда вдруг зазвучал голос эмиссара.

   - Мне кажется, что тебе будет приятнее медленно ползти, а не лететь, - сказал он. - Можешь также попробовать перемещаться, как паук или муха, прямо, вверх или вниз, или вверх ногами.

      Внезапно я приземлился. Было похоже на то, что из невесомой пылинки я вдруг превратился во что-то тяжелое, тем самым ощутив почву под собой. Я не мог больше видеть стен тоннелей, но эмиссар был здесь же и в более удобном положении, перемещаясь рядом со мной.

    - В этом мире тебе не обязательно все время быть связанным тяготением, - сказал он.

Конечно, я и сам мог это понять.

    - Тебе здесь также не нужно и дышать, - продолжал его голос. - И только для своего удобства ты продолжаешь пользоваться зрением, по привычке делая это так же, как в твоем мире.

     Казалось, что эмиссар решал, продолжать ли ему говорить дальше. Он прокашлялся в точности как человек, собирающийся начать говорить, и произнес:

    - Зрение - главный источник информации; поэтому сновидящий всегда говорит о своих ощущениях во сне, пользуясь терминами зрения. Лазутчик втолкнул меня в тоннель направо. Он был несколько темнее других. Вопреки моему здравому смыслу, он показался мне более уютным, чем другие, более мирным и более знакомым. Мой ум пронзила мысль о том, что я был подобен этому тоннелю, или он - мне.

    - Вы уже встречались раньше, - произнес голос эмиссара.

   - Что это значит? - сказал я.

Я понял его слова, но не знал, что он имеет в виду.

    - Вы когда-то боролись друг с другом и поэтому сейчас каждый из вас содержит энергию другого.

Я подумал, что в голосе эмиссара слышится злая нотка или даже сарказм.

     - Нет, это не сарказм, - сказал эмиссар. - Я рад, что у тебя есть среди нас сородичи.

     - Что ты подразумеваешь под сородичами? - спросил я.

     - Обмен энергией означает родство, - ответил он. - Энергия подобна крови.

Я потерял дар речи. Я ясно ощутил, как во мне шевельнулся страх.

    - Страх - это нечто, несвойственное этому миру, - сказал эмиссар.

Из всего, что он сказал, только это было не совсем точным.

На этом мое сновидение закончилось.

       Я был так ошарашен яркостью увиденного, поразительной ясностью и последовательностью сказанного эмиссаром, что не мог дождаться момента, чтобы рассказать обо всем дону Хуану. Меня удивило и насторожило то, что он не захотел слушать меня. Он так ничего и не сказал, но я догадывался, что он считал все случившееся моим собственным индульгированием.

    - Почему ты так ведешь себя со мной? - спросил я. - Ты чем-то недоволен?

    - Нет, я всем доволен, - сказал он. - Дело в том, что я не могу говорить об этой стороне твоего сновидения. Это исключительно твое личное дело.

      Я сказал тебе, что неорганические существа реальны. Теперь ты сам обнаруживаешь, насколько они реальны. Но то, что ты извлечешь из этого открытия, - это уже твое дело, твое личное дело. Когда-нибудь ты поймешь, почему я оставался в стороне.

    - Но неужели ты не можешь ничего сказать мне об этом сне? - настаивал я.

    - Я могу сказать только, что это было не сновидение. Это было путешествие в неизведанное. Добавлю к тому же, что это было необходимое путешествие, - но сугубо личное.

      Дон Хуан сказал, что неорганические существа всегда испытывают потребность обучать. Но он не упомянул при этом, что они обучают сновидению.

       Он сообщил, что эмиссар в сновидении, будучи обычным голосом, является идеальным мостиком между тем миром и нашим.

       Я обнаружил, что эмиссар представляет собой зачастую не просто голос наставника, но еще и голос умелого торгового агента. Он объяснял мне снова и снова, в нужном месте и в соответствующее время, преимущества своего мира. Кроме этого, он также преподал мне неоценимые уроки сновидения. Слушая его объяснения, я понял, почему маги прошлого отдавали предпочтение практическим занятиям.

       - Чтобы в совершенстве овладеть сновидением, тебе прежде всего следует прекратить внутренний диалог, - сказал мне однажды эмиссар.

      - Для того, чтобы достичь успеха в прекращении диалога, держи между пальцами несколько кристаллов кварца длиной два или три дюйма или несколько тонких отшлифованных речных камушков. Согни чуть-чуть пальцы и зажми кристаллы или гальку между ними.

      Эмиссар сообщил, что металлические предметы, если они соответствуют размеру и ширине пальцев, оказывают тот же эффект.

       Метод состоит в том, чтобы удерживать как минимум по три тонких вещи между пальцами каждой из рук, сжимая их почти до боли в кистях. Это давление необычно действует на внутренний диалог, успокаивая его. Эмиссар отдавал предпочтение кристаллам кварца; он сказал, что результат в этом случае будет наиболее эффективным, хотя для этой практики подходит все что угодно.

      - Если ты засыпаешь в состоянии полного спокойствия, это гарантирует тебе идеальное вхождение в сновидение, - сказал однажды голос эмиссара, - это способствует также развитию внимания в сновидении.

     - Сновидящий, должен носить золотое кольцо, - сказал мне эмиссар в другой раз. - Лучше, чтобы оно было чуточку тесным для пальца. Объяснение эмиссара в связи с этим сводилось к тому, что кольцо служит в качестве моста для возвращения обратно на поверхность обычного мира из сновидения или погружения из состояния нормального сознания в мир неорганических существ.

      - Как работает этот мост? - спросил я, не понимая, что подразумевает аналогия с мостом, которой воспользовался эмиссар.

      - Мост получается там, где палец соприкасается с кольцом, - сказал эмиссар. - Если сновидящий приходит в мой мир, имея на пальце кольцо, оно привлекает и сохраняет энергию моего мира; в случае необходимости кольцо отдает ее в палец пришедшего, и эта энергия возвращает сновидящего обратно в его мир. Давление, производимое кольцом на палец, хорошо служит также для гарантии того, что сновидящий вернется в свой мир. Благодаря этому давлению он постоянно ощущает знакомое прикосновение к пальцу.

       В ходе одного из последующих занятий эмиссар сообщил, что наша кожа является органом, идеально подходящим для передачи энергетических волн обычного мира в мир неорганических существ, и наоборот. Он посоветовал мне следить за тем, чтобы моя кожа была прохладной, чистой и не жирной. Он также порекомендовал сновидящим носить тугой пояс, повязку на голове или ожерелье, чтобы создать давление в точках кожи, служащих центрами обмена энергией.

     Эмиссар также объяснил, что в обычном состоянии кожа автоматически предотвращает выход энергии из тела, и что если мы хотим не только сохранять энергию, но и переводить ее из одного мира в другой, мы должны громко выразить в сновидении соответствующее намерение.

       Однажды эмиссар сделал мне настоящий подарок. Он сказал, что для обеспечения живости, и точности работы внимания сновидения нам следует черпать его из области, которая находится у нас во рту непосредственно за нёбом. В этом месте у всех людей располагается огромный резервуар внимания.

      Эмиссар специально порекомендовал научиться прижимать в сновидении кончик языка к нёбу. Он сказал, что это более сложная задача, чем нахождение рук во сне.

решив эту задачу, сновидящий достигает удивительных результатов в смысле контроля внимания сновидения.

      Я получил целые горы инструкций по поводу всех возможных аспектов моих занятий. Эти инструкции я бы очень скоро забыл, если бы эмиссар не продолжал регулярно повторять их мне. Я спросил у дона Хуана, как мне быть с тем, что я забываю.

      Его замечание было кратким, как я и ожидал.

      - Сосредоточься только на том, что эмиссар говорит тебе о сновидении, - сказал он.

      Все, о чем неустанно повторял голос эмиссара, я схватывал с неизменным интересом и рвением. Но, верный рекомендации дона Хуана, я следовал указаниям эмиссара только в отношении сновидения, лично проверяя практическую ценность его инструкций.

      Наиболее важной информацией для меня оказалось то, что он сказал о внимании сновидения, источником которого является нёбо. Мне потребовалось приложить много усилий, чтобы начать чувствовать в состоянии сновидения кончик языка, прижимающийся к нёбу.

      Как только я научился этому, мое внимание сновидения зажило своей собственной жизнью я стало, может быть, лучше, чем мое обычное внимание в нашем мире.

      Мне потребовалось не так уж много времени, чтобы понять, как глубоко маги прошлого были связаны с неорганическими существами. Объяснения и предостережения дона Хуана об опасности такой связи стали для меня более насущными, чем когда-либо раньше. Я пытался сделать все от меня зависящее, чтобы соответствовать его стандартам самооценки, не поддаваясь их влиянию. Поэтому голос эмиссара и все, что он говорил, представляли для меня постоянный вызов.

     Мне следовало любыми средствами не поддаться искушению со стороны эмиссара, когда он обещал мне всевозможные знания. Мне приходилось противостоять ему в одиночку, поскольку дон Хуан по-прежнему отказывался выслушать меня.

    - Ты должен хотя бы намекнуть о том, что мне делать, - настаивал я однажды, будучи достаточно прямолинейным, чтобы заговорить об этом.

    - Я не могу, - сказал он с оттенком категоричности, - и не спрашивай меня снова. Ведь я сказал тебе, что в этом случае сновидящий должен все решать сам.

    - Но ведь ты даже не подозреваешь, что я собираюсь спросить.

    - О, я знаю. Ты хочешь, чтобы я сказал тебе, что ты поступаешь правильно, когда торчишь в одном из тех тоннелей только затем, чтобы узнавать новое от эмиссара.

     Я признал, что именно это и было моим затруднением. И если он не мог мне помочь решить его, то я хотел по крайней мере узнать, что означала возможность жить внутри тех тоннелей.

    - Я сам прошел через всю эту суету, - продолжал дон Хуан, - и никто не мог помочь мне, потому что здесь все определяется исключительно личным непреклонным решением, решением, которое ты принимаешь, если высказываешь намерение остаться жить в том мире.

    Чтобы хитростью вынудить тебя заявить об этом намерении, неорганические существа потакают твоим самым тайным желаниям.

    - Они ведут себя как дьяволы, дон Хуан.

    - Ты можешь говорить все что угодно. Но это не то, о чем ты в действительности думаешь. Для тебя дьяволом является соблазн сдаться, особенно когда они сулят тебе такие награды. По-моему, дьявольская природа мира неорганических существ проявляется в том, что он является единственным прибежищем для сновидящих во всей этой враждебной вселенной.

    - Действительно ли он является небесами для сновидящих, дон Хуан?

     - Определенно, для некоторых из них это так. Но не для меня. Мне не нужна поддержка и защита. Я знаю, кто я. Я одинок во враждебной вселенной, но я научился произносить "Да будет так!"

      Это был конец нашего обмена мнениями. Он не сказал того, что я желал услышать, но я не знал, что одно лишь стремление постичь секрет жизни в тоннеле уже почти означает выбор в пользу жизни там.

      Но я не был заинтересован в этом. Я сразу принял решение продолжать свою практику сновидения безо всяких дальнейший осложнений. Я тут же сказал об этом дону Хуану.

     - Не говори этого, - посоветовал он мне. - Пойми только, что если ты решишь остаться там, это твое решение будет последним. Ты никогда не вернешься оттуда.

       Когда мое научное исследование неорганических существ утратило для меня интерес новизны, дон Хуан сам поднял вопрос о моих путешествиях в состоянии сновидения. Он сказал:

     - Я не думаю, что ты осознаешь, как часто ты встречаешься с неорганическими существами.

       Он был прав. Я никогда не затруднял себя размышлениями на эту тему. Я признался в том, что это весьма странная оплошность.

     - Это не оплошность, - сказал он. - Этот мир по своей природе способствует распространению скрытности. Неорганические существа окутывают себя тайной, тьмой.

Подумай об их мире: он остается неподвижным, постоянно притягивая нас к себе, как свет или огонь привлекает мошкару.

      Есть нечто, о чем эмиссар до сих пор не решился тебе сказать: неорганические существа охотятся за нашим сознанием или сознанием любых других существ, которые попадаются в их сети. Они дают нам знания, но дорогой ценой, ценой наших жизней.

   - Ты хочешь сказать, дон Хуан, что неорганические существа подобны рыбакам?

    - Именно так. Когда-нибудь эмиссар покажет тебе людей или некоторых иных существ, которые увязли в их мире.

      Мне следовало бы испугаться или испытать чувство отвращения. Сообщение дона Хуана глубоко задело меня, но моей реакцией было скорее нескрываемое любопытство. Я еле сдерживался от нетерпения.

     - Неживые существа не могут никого заставить остаться у себя, - продолжал дон Хуан. - Жизнь в их мире - добровольное дело. Но они способны обратить в рабство каждого из нас, потворствуя нашим желаниям, балуя и развлекая нас. Опасайся осознания, которое неподвижно. Такое осознание притягивает к себе все движущееся и достигает этого, как я тебе уже говорил, создавая проекции, иногда самые фантасмагорические проекции.

     Я попросил дона Хуана объяснить, что значит выражение "фантасмагорические проекции". Он сказал, что неорганические существа используют в качестве приманки глубинные чувства сновидящих и безжалостно играют на них. Они создают привидения, чтобы завлечь либо напугать сновидящих. Он напомнил мне, что я уже сражался с одним из таких призраков. Он объяснил, что неорганические существа - искусные иллюзионисты, которые любят проецировать себя, как слайды на экран.

   - Бывшие маги пострадали вследствие того, что безрассудно доверяли этим проекциям, - продолжал он. - Маги прошлого верили, что их союзники могущественны. Они упустили из виду факт, что те представляют собой лишь разреженную энергию, проецируемую сквозь миры, как кинофильм вселенских масштабов.

     - Ты противоречишь себе, дон Хуан. Ты сам говорил, что неорганические существа реальны. Сейчас ты говоришь, что это обычные картинки.

     - Я тогда имел в виду, что в нашем мире неорганические существа подобны подвижным картинкам, спроецированным на экран; и я могу еще добавить, что они напоминают перемещающиеся образы, создаваемые разреженной энергией, освещающей границу раздела двух миров.

     - А как на счет неорганических существ в их собственном мире? Там они тоже напоминают подвижные картинки?

     - Ни в коем случае. Тот мир так же реален, как и наш.

      Маги прошлого описывали мир неорганических существ как пузырь с углублениями и порами, плавающий в некотором темном пространстве. Они изображали неорганические существа в виде пустотелых палочек, связанных вместе, как клетки наших тел. Маги, жившие когда-то, называли это громадное хитросплетение лабиринтом светотени.

     - Правда, что каждый сновидящий видит тот мир точно таким же?

     - Конечно. Каждый сновидящий видит его таким, как он есть. Ты думаешь, что ты в этом смысле особенный?

      Я признался, что какое-то свойство их мира постоянно дает мне ощущение, что я особенный. Это очень приятное и яркое ощущение собственной исключительности не было создано ни голосом эмиссара в сновидении, ни чем-либо другим, о чем я мог сознательно подумать.

     - Это как раз то, что сразило магов прошлого, - сказал дон Хуан. - Неорганические существа поступили с ними так же, как они сейчас поступают с тобой; они создали у магов ощущение того, что те - единственные в своем роде; к этому следует прибавить еще более пагубное чувство: иллюзию обладания силой. Сила и уникальность - несокрушимые развращающие факторы. Остерегайся!

    - Как тебе самому удалось избежать этой опасности, дон Хуан?

     - Я посетил этот мир несколько раз, после чего я ни разу туда не возвращался.

      Нельзя доверять этим существам. У них собственный ритм жизни, далекий от человеческого.

       Дон Хуан объяснил, что по мнению магов, вселенная населена хищниками, и маги, как никто другой, должны принимать это во внимание во всех своих обычных магических действиях.

     - Сознание магов, когда они практикуют сновидение, растет, - продолжал он. - И по мере его возрастания что-то внешнее по отношению к нему признает и замечает этот рост и стремится овладеть им. Неорганические существа стремятся к этому обладанию новым повышенным уровнем сознания. Сновидящие должны всегда быть на чеку. Они легко могут стать жертвой в тот момент, когда идут на риск, путешествуя по вселенной хищников.

    - Что бы ты мне посоветовал в качестве самозащиты, дон Хуан?

     - Будь бдительным каждую минуту! Не давай возможности никому и ничему принимать решения за тебя. Посещай мир неорганических существ только тогда, когда ты сам этого хочешь.

    - Магические действия очень опасны, - продолжал дон Хуан. - Умоляю тебя, будь очень внимательным. Не попадай под влияние своей идиотской самоуверенности.

 Мир теней

      Ты должен быть очень внимателен, поскольку легко можешь стать добычей неорганических существ, - совершенно неожиданно сказал мне дон Хуан.

    - Неорганические существа - любители интриг, - сказал он. - Я чувствую это и не могу успокоить себя тем, что они ставят ловушки только на начинающего сновидящего, и таким образом сновидящие, у которых уже нет желаний, всегда эффективно защищены.

      Тон его голоса был так настойчив, что я сразу же принялся заверять его в том, что не собираюсь попадать ни в какую ловушку.

     - Ты должен серьезно относиться к тому, что неорганические существа имеют в своем распоряжении изумительные средства, - продолжал он. - Их осознание великолепно. По сравнению с ними мы дети - дети с большим количеством энергии, которой они домогаются.

     - Ты уже понял, что врата сновидения представляют собой особые препятствия, - сказал он, - но ты не понял до сих пор одной вещи: что бы ни бралось в качестве упражнения для достижения и пересечения врат - это все не то, что помогает преодолеть эти врата на самом деле.

     - Я этого вообще не понимаю, дон Хуан.

     - Я не имею в виду, что неверно утверждать, например, что вторые врата достигаются и пересекаются после того, как сновидящий научился просыпаться в другом сне, или когда сновидящий научился изменять сновидение, не просыпаясь в обычном мире.

     - Почему это так, дон Хуан?

     - Поскольку вторые врата сновидения достигаются и пересекаются, только когда сновидящий научится находить и использовать энергию иного типа - энергию лазутчиков.

      - Почему же тогда вообще дается идея изменения сновидений?

     - Пробуждение в другом сновидении или изменение сновидений является упражнением, которое завещали нам древние маги, чтобы тренировать способность сновидящего обнаруживать и использовать лазутчиков.

       Дон Хуан утверждал, что использование лазутчика является высшим достижением и что когда сновидящий приобретет способность выполнять это, вторые врата распахиваются, и вселенная, которая существует за ними, становится для них доступной.

      Он подчеркивал, что эта вселенная существует здесь всегда, но мы не можем войти в нее, поскольку нам недостает энергии и отваги и что, по существу, вторые врата сновидения - это врата в мир неорганических существ, а сновидения - это ключ, открывающий эти врата.

     - Может ли сновидящий обнаружить лазутчика непосредственно, не прибегая к упражнению изменения сновидений? - спросил я.

     - Нет, ни в коем случае, - ответил он. - Это упражнение очень важно. Вопрос здесь только в том, является ли такое упражнение единственным в своем роде. Или сновидящий может использовать и другие упражнения?

     Дон Хуан лукаво посмотрел на меня. Судя по его виду, он словно ждал, что я сам отвечу на этот вопрос.

     - Очень трудно предложить упражнение настолько же полное, как то, которое завещали древние маги, - сказал я с неопровержимой уверенностью, сам не зная, откуда она могла возникнуть.

      Дон Хуан согласился, что я абсолютно прав и сказал, что древние маги завещали нам множество прекрасных упражнений для того, чтобы пройти через врата сновидений в особые миры, существовавшие за каждыми из таких врат.

     Он повторил, что сновидения являются изобретением древних магов, и практиковать их нужно по их собственным правилам.

      Он описал правило для вторых врат в терминах последовательности из трех шагов: первый - используя практику изменения сновидений, сновидящие открывают для себя лазутчиков, второй - следуя за ними, они попадают в другую подлинную вселенную; и третий - с помощью собственных действий сновидящие сами выясняют законы и правила, управляющие этой вселенной.

      Неорганические существа никому не позволят пройти без настоящего сражения.

    - Но что дает тебе основания считать, что я им нужен?

    - Они уже показали тебе слишком многое. Неужели ты считаешь, что они идут на все это просто забавы ради?

    - Ты должен продолжать свое сновидение до тех пор, пока не войдешь во вселенную за вторыми вратами, - сказал он. - Я имею в виду, что только ты сам можешь либо принять, либо отвергнуть соблазны неорганических существ. Вот почему я остаюсь в стороне и могу разве что с трудом прокомментировать твои упражнения в сновидении.

     - Я вынужден учить тебя сновидению, только потому, что это модель, которую предложили древние маги. Путь сновидения полон ловушек, и попадать в них или избегать их - это личное и индивидуальное дело каждого сновидящего.

    - Являются ли эти ловушки результатом возможности поддаться искушению лести или обещаниям силы? - спросил я.

     - Не только искушению всем этим, но также и всему, что предлагают неорганические существа. До определенного момента для магов нет способа принять то, что они предлагают.

     - И что это за момент, дон Хуан?

     - Этот момент зависит от личности каждого из нас. Проблема для всех нас заключается в том, чтобы взять от этого мира только то, что действительно необходимо, - и ничего более.

      Знать, что же является необходимым - это искусность магов, но взять только то, что необходимо - это их высочайшее достижение. Непонимание этого простого правила и есть самый неизбежный путь попадания в ловушку.

     - Что происходит если попадаешь в такую ловушку, дон Хуан?

     - Если попадешь, то заплатишь определенную цену, и эта цена зависит от обстоятельств и глубины твоего падения. Но в действительности невозможно говорить о случайностях подобного рода, поскольку мы не сталкиваемся с проблемой наказания. Здесь ставятся на карту потоки энергии, создающие последствия более ужасные, чем смерть. Все, что встречается на пути мага, является вопросом жизни или смерти, но на пути сновидения это усиливается в сотни раз.

       Прежде всего, будь бдителен. Я не могу предвидеть, откуда произойдет нападение.

     - Но знаешь ли ты конкретно, что мне нужно делать и чего мне следует избегать?

    - Нет, я не знаю этого. Я только знаю, что мир за вторыми вратами очень близок к твоему собственному, и твой собственный мир - чрезвычайно хитрый и бессердечный. Поэтому они не слишком отличаются.

     - Мир неорганических существ всегда готов поразить - продолжал он. - Но таков и твой мир. Вот почему ты должен войти в их сферу точно так, как если бы ты подвергся опасности в зоне военного конфликта.

    - Означает ли это, дон Хуан, что сновидящие всегда должны бояться этого мира?

    - Нет, я не говорил этого. Как только сновидящий проходит через вторые врата, или если он отказывается рассматривать их как жизненный выбор, - больше не возникает никаких проблем.

    Дон Хуан настаивал, что только в этом случае сновидящие вольны продолжать. Я не уверен, что понял то, о чем он говорил; он пояснил, что мир за вторыми вратами настолько мощный и агрессивный, что служит как бы естественным экраном или тестовой территорией, где сновидящие проверяют свою слабость.

     Если они выдерживают эти тесты, они могут перейти к следующим вратам; если нет - они навсегда остаются пойманными в этом мире.

      Однажды лазутчик провел меня через бесчисленное количество туннелей, как если бы он что-то искал, или как если бы собирался вытащить мою энергию и исчерпать меня. К тому моменту, когда это наконец окончилось, я чувствовал себя так, словно пробежал марафон. Я ощутил себя словно на краю этого мира. Уже больше не было туннелей. Меня окружала только пустота.

     Затем что-то осветило пространство прямо передо мной. Свет шел от непрямого источника. Это был приглушенный рассеянный свет, окрашивающий все вокруг в серый или коричневый цвет. Когда я стал воспринимать этот свет, я начал смутно различать какие-то темные движущиеся формы. В конце концов мне показалось, что фокусирование моего внимания сновидения на этих движущихся фигурах делает их более вещественными.

     Я заметил, что их было три разновидности: некоторые из них были круглыми, подобными шарам; другие напоминали колокола; еще одни были похожи на гигантское волнообразное пламя свечи. Все они в своем основании были круглыми и одного размера. Я решил, что диаметр основания составлял от трех до четырех футов. Их там были сотни, даже тысячи.

      Я знал, что у меня было странное сложное видение, хотя эти формы для меня были настолько реальны, что меня начало слегка тошнить. У меня возникло вызывающее тошноту ощущение пребывания над гнездом гигантских круглых коричневых и сероватых жуков. Я ощущал себя в безопасности, так как парил над ними. Однако я отбросил все эти соображения в тот момент, когда осознал, что полным идиотизмом было бы ощущать себя в безопасности или чувствовать себя неловко, как если бы это была ситуация из реальной жизни. Но чем дольше я наблюдал то, как эти жукоподобные формы извиваются, тем сильнее меня стала беспокоить мысль, что они вот-вот коснутся меня.

   - Мы - подвижные элементы нашего мира, - неожиданно произнес голос эмиссара. - Не бойся! Мы представляем собой энергию, и будь уверен, что мы не собираемся касаться тебя. Это было бы совершенно невозможно. Нас разделяют реальные границы.

     После долгой паузы голос добавил:

     - Мы хотим, чтобы ты присоединился к нам. Спустись к нам. И вообще, чувствуй себя удобно. Ты не чувствовал себя неловко с лазутчиками, не чувствуй и со мной. Лазутчики и я подобны друг другу. Я имею форму колокола, а лазутчики подобны пламени свечи.

     Это последнее утверждение определенно было намеком на разновидности моего энергетического тела. После того как я услышал это, моя тошнота и страх исчезли. Я спустился на их уровень, и шары, колокола и языки пламени окружили меня. Они подошли ко мне настолько близко, что если бы у меня было физическое тело, то коснулись бы меня. Вместо этого мы проходили друг через друга, как окруженные границами клубы воздуха.

     В этот момент у меня возникло неимоверное ощущение. Хотя у моего энергетического тела, казалось, не было никаких особых реакций на происходящее, я ощутил и отметил очень необычное ощущение щекотки в какой-то неопределенной части себя; сквозь меня, как бы вовсе меня не затрагивая, проходили какие-то мягкие воздушные сущности. Это ощущение было неясным и быстротечным и у меня не было времени полностью осознать его. Вместо того, чтобы сфокусировать на этом свое внимание сновидения, я позволил себе полностью погрузиться в наблюдение больших пузырей энергии.

      Мне казалось что между мной и теневыми сущностями было некоторое сходство - хотя бы в том, что касалось нашего размера на этом уровне. Возможно, это было так потому, что я судил о них по размерам моего энергетического тела, и эта соразмерность позволяла мне чувствовать себя с ними почти уютно. Пытаясь потом проанализировать свои воспоминания, я пришел к выводу, что не запомнил их вообще. Они были безличны, холодны, бесстрастны и в этом чрезвычайно подобны мне самому. На мгновение я забеспокоился, как могло случиться так, что моя неприязнь к ним длилась не более минуты и резко сменилась полным приятием. Может быть, это было естественным следствием процесса сновидения или результатом особого энергетического влияния, оказываемого на меня этими сущностями.

    - Они очень приятные, - сказал я эмиссару, и в тот самый момент меня охватила волна глубокого ощущения дружбы или даже влечения к ним.

      Не успел я признаться в этом самому себе, как темные тени засеменили прочь подобно толстым морским свинкам, оставив меня в полутьме.

    - Ты направил в их сторону слишком много чувства и вспугнул их, - сказал голос эмиссара. - Чувство слишком тяжело как для них, так и для меня.

Эмиссар как-то робко засмеялся.

Здесь мой сон прекратился.

     Перерыв, который длился свыше полугода, только увеличил мою зачарованность волшебством случившегося тогда. Мне и в голову не приходило, что только мои собственные чувства заставили меня прекратить эту практику. Мне хотелось бы знать, будет ли достаточно просто желания ее возобновить. Но как только я сформулировал для себя мысль о возобновлении сновидений, как моя практика продолжилась, словно никогда не прерывалась.

      Лазутчик подобрал меня в том же месте, где мы расстались, и доставил прямо к тому видению, где я был во время моей последней встречи.

    - Это мир теней, - сказал голос эмиссара, как только я прибыл. - Но хотя мы и тени, мы все-таки излучаем свет. Мы не только подвижны, мы еще и являемся светом в туннелях. Мы представляем собой еще одну из существующих здесь разновидностей неорганических существ. Здесь есть три их разновидности: одни подобны неподвижному туннелю, другие подобны подвижной тени. Мы - подвижные тени. Туннели дают нам свою энергию, а мы выполняем их распоряжения.

      Эмиссар прекратил говорить. Я почувствовал, что самое время спросить о третьей разновидности неорганических существ. Я также почувствовал, что если я не спрошу, эмиссар сам этого мне не скажет.

     - Каков третий вид неорганических существ? - спросил я.

     Эмиссар кашлянул и хихикнул. Мне показалось, что это звучало так, как будто ему доставило немалое удовольствие то, что я наконец задал этот вопрос.

     - О, это самая таинственная разновидность - сказал он. - Она открывается нашим посетителям только в том случае, если они решат остаться с нами.

     - Почему? - спросил я.

     - Для того, чтобы увидеть их, требуется большее количество энергии, - ответил эмиссар.     - И предоставить эту энергию должны мы.

     Я знал, что эмиссар говорил мне правду. Я также знал, что надо мной нависла угроза огромной опасности. Мной овладело беспредельное любопытство. Я захотел увидеть эту третью разновидность.

    Эмиссар, видимо, осознавал мое настроение. - Ты бы хотел увидеть их? - спросил он неожиданно.

     - Непременно, - ответил я.

     - Все, что тебе нужно сделать - это громко сказать о том, что ты хочешь остаться с нами, - произнес он бесстрастно.

     - Но если я скажу это, я должен буду остаться, ведь так? - спросил я.

     - Естественно, - произнес эмиссар тоном предельной убежденности. - В этом мире все, что ты произнесешь вслух, становится реальностью.

      Я не смог удержаться, чтобы не подумать, что если бы эмиссар захотел хитростью заставить меня остаться, то для этого ему нужно было бы просто солгать. И я не смог бы отличить лжи от правды.

     - Я не смогу тебе солгать, поскольку ложь не существует, - сказал эмиссар, вторгаясь в мои мысли. - Я могу говорить тебе только о том, что существует. В моем мире существует только намерение, ложь не содержит намерения, поэтому она не существует.

      Я хотел возразить, что даже за ложью существует намерение, но еще до того, как я вслух выразил мое возражение, эмиссар сказал, что за ложью есть намерение, но то намерение не есть намерение.

      Я не смог удержать мое внимание сновидения на возражении эмиссара. Оно направилось к теневым существам. Внезапно я заметил что они похожи на стадо странных доверчивых животных. Голос эмиссара предупредил меня о том, чтобы я держал свои эмоции под контролем, поскольку внезапные порывы чувств могут рассеять их, словно стаю птиц.

    - Что же мне нужно делать? - спросил я.

   - Спустись на нашу сторону и попытайся тянуть или толкать нас, - наставлял меня голос эмиссара. - Чем быстрее ты научишься это делать, тем быстрее ты сможешь двигать вещи в твоем собственном мире, просто смотря на них.

      Мой практичный ум мгновенно отреагировал на это. Я сразу очутился среди них, отчаянно пытаясь толкать или тащить их. В конце концов я совершенно исчерпал свою энергию. Затем у меня возникло ощущение, что я пытаюсь делать что-то подобное попытке поднять самого себя за волосы.

       У меня возникло еще одно впечатление, - чем больше я напрягался, тем больше теней появлялось. Это было похоже на то, как если бы они появлялись изо всех углов, чтобы наблюдать за мной или питаться мной. В тот момент, когда я это подумал, они, эти тени, мгновенно разбежались.

     - Мы не питаемся тобой, - сказал эмиссар. - Мы все приходим, чтобы погреться в твоей энергии. Это очень напоминает то, что ты делаешь с солнечным светом в холодный день.

Эмиссар призвал меня открыться им, не концентрируясь на своих подозрениях. Я услышал этот голос и, по мере того, как я слышал то, что он говорит, я понимал, что я слышу, ощущаю, и думаю точно так же, как делаю это в своей повседневной жизни. Я стал медленно поворачиваться кругом. Соизмерив ясность своего восприятия, я пришел к выводу, что нахожусь в реальном мире.

     Голос эмиссара продолжал звучать в моих ушах. Он говорил, что для меня единственным различием между восприятием моего мира и восприятием их мира является то, что восприятие их мира начиналось и заканчивалось в мгновение ока.

     Восприятие моего повседневного мира было иным, - поскольку мое осознание фиксировано на нем вместе с осознанием огромного числа существ, мне подобных, и все мы вместе удерживаем свой мой мир на месте с помощью своего намерения.

      Эмиссар добавил, что и для неорганических существ восприятие моего мира точно так же начинается и заканчивается в мгновение ока, но восприятие своего мира для них точно так же, как и моего - для меня, удерживается на месте громадным числом их намерений.

     В это мгновение та сцена начала растворяться. Все это напоминало погружение в глубину, а пробуждение из этого мира было подобно выныриванию на поверхность.

       На следующей сессии эмиссар начал свой диалог со мной, повторив, что между подвижными тенями и стабильными туннелями существует полностью скоординированные и согласованные взаимоотношения. Он закончил свое высказывание словами:

     - Мы не можем существовать друг без друга.

     - Я понимаю твое объяснение, - ответил я.

      В его голосе появился оттенок недоверия, когда он возразил, что, возможно, я не в состоянии понять, что означает такая связь, которая является чем-то неизмеримо большим, чем зависимость. Я собрался попросить эмиссара объяснить, что он имеет в виду, но в следующее мгновение оказался внутри того, что я мог бы определить как саму ткань туннеля. Я увидел забавно соединенные, напоминающие железы выпуклости, которые излучали тусклый свет. У меня возникла мысль, что эти выпуклости производят на меня такое же впечатление, как выпуклый алфавит Брайля для слепых. Считая их шариками энергии от трех до четырех футов в диаметре, я начал удивляться действительным размерам этих туннелей.

      - Размеры здесь не похожи на размеры в твоем мире, - сказал эмиссар. - Энергия этого мира представляет собой другой тип энергии; ее особенности не совпадают с особенностями энергии твоего мира, хотя этот мир столь же реален.

     Эмиссар принялся объяснять мне, что он уже рассказывал мне все это о теневых сущностях, когда описывал и объяснял выпуклости на стенах туннеля. Я ответил ему, что я слышал эти объяснения, но не обратил на них внимания, поскольку считал, что они непосредственно не относятся к сновидениям.

     - Все здесь, в этом мире, непосредственно относится к сновидениям, - сказал эмиссар.

      Я захотел поразмыслить о причине моего непонимания, но мой ум вдруг опустел. Мое внимание сновидения померкло. Мне стало трудно фокусировать его на мире вокруг себя.   Я сконцентрировался на пробуждении. Но эмиссар снова стал говорить, и звук его голоса поддержал меня. Мое внимание сновидения значительно оживилось.

      - Сновидение - это колесница, которая доставляет сновидящих в этот мир, - сказал эмиссар, - и каждый маг знает о сновидениях, поскольку этому научили его мы.

      Наш мир связан с вашим дверью, которая называется сновидением. Мы знаем, как проходить через эту дверь, но люди не знают. Он и должны учиться этому.

       Голос эмиссара начал объяснять мне то, о чем уже говорил раньше.

      - Выпуклости стенок туннелей представляют собой теневые существа, - сказал он. - И я –   один из них. Мы движемся внутри туннелей по их стенкам, заряжая себя энергией этих туннелей, которая и является нашей энергией.

      Мой ум пронзила мысль: "Я действительно не мог и представить себе отношения того типа, свидетелем которых я стал".

      - Если бы ты остался с нами, то непременно бы научился ощущать то, что означает быть так взаимосвязанными, как взаимосвязаны мы, - сказал эмиссар.

Казалось, эмиссар ждет моего ответа. У меня возникло ощущение, что он только и ждал, чтобы я сказал о своем решении остаться.

     - Сколько теневых существ в каждом туннеле? - спросил я, пытаясь сменить тему, и сразу же пожалел об этом, потому что эмиссар начал подробно описывать мне количество и функции теневых существ в каждом туннеле. Он сказал, что в каждом туннеле имеется определенное число взаимозависимых сущностей, относящихся только к нему, каждая из которых выполняет конкретные функции, относящиеся к потребностям и желаниям родственных им туннелей.

      Мне не хотелось, чтобы эмиссар стал вдаваться в подробности. Я осознал, что чем меньше я знаю о туннелях и теневых существах, тем лучше для меня. В тот миг, когда я сформулировал эту мысль, эмиссар остановился, и мое тело энергии резко дернулось, как будто потянули за кабель.

     В следующий момент я полностью проснулся в своей кровати.

     Чем больше я думал о своей ситуации, тем большей была моя тревога; я даже начал ощущать, что в мире неорганических существ на меня с колоссальной скоростью надвигалось нечто угрожающее.

       По мере того, как росла моя тревога, мое тело оказывалось в состоянии глубочайшего страха, хотя ум мой экстатически созерцал мир теней. И что совсем плохо, голос эмиссара сновидений стал присутствовать в моем повседневном сознании. Однажды, во время моих университетских занятий, я услышал, как голос говорил, что любая попытка с моей стороны прекратить мои практики сновидений нанесла бы вред моим глобальным целям.

      Он утверждал, что воины не уклоняются от проблем, что у меня нет разумного основания прекращать свою практику. Я согласился с эмиссаром. У меня самого не было намерения ничего прекращать, и голос только подтверждал это мое ощущение.

       В это время изменился не только эмиссар, но и новый лазутчик появился на сцене. Однажды, не успел я начать изучать особенности объектов моего сновидения, передо мной буквально выскочил лазутчик и агрессивно завладел моим вниманием сновидения. Примечательной особенностью этого лазутчика было то, что ему не пришлось проходить через энергетические метаморфозы; с самого начала он выглядел как пузырь энергии.

     В мгновение ока лазутчик перенес меня, не дожидаясь выражения моего намерения сделать это, в совершенно другую часть мира неорганических существ - в мир саблезубых тигров.

       Мои ночные видения саблезубых тигров продолжались регулярно в течение длительного времени, до тех пор, пока этот агрессивный лазутчик вновь не дожидаясь моего согласия перенес меня в туннели.

     Я услышал голос эмиссара. Он сразу обрушил на меня самую длинную и мучительную тираду из тех, что я слышал до сих пор.

     Он говорил мне о необыкновенных преимуществах мира неорганических существ.

      Он говорил о получении знания, которое перевернет мой ум, и о том, что это достигается только простым действием - согласием остаться в этих удивительных туннелях.

      Он говорил о неописуемой подвижности, о бесконечном времени для познания сути вещей и более всего о возможности быть объектом внимания космических слуг, которые будут исполнять мой малейший каприз.

     - Сознательные существа из самых невероятно удаленных концов вселенной высказывают желание остаться с нами. Им нравится быть у нас, - сказал эмиссар, завершая свою беседу. - Фактически, до сих пор никто не пожелал уйти.

       В этот момент у меня возникла мысль: служение мне полностью чуждо моему темпераменту. Я никогда не одобрял ни слуг, ни тех, кому они служат.

      Лазутчик подхватил меня и понес по множеству туннелей. Мы остановились в туннеле, который каким-то образом казался больше остальных.

      Мое внимание сновидения было приковано к размеру и расположению туннеля, оно оставалось как бы приклеенным там, и я не мог оглянуться. Мое внимание сновидения было сконцентрировано на капле энергии, немного большей, чем теневые существа. Она была голубой, словно синева в центре пламени свечи. Я знал, что эта конфигурация энергии не была теневым существом и что ее не было здесь раньше.

     Ощущая его, я забыл о себе. Лазутчик дал мне знак уходить, но что-то сделало меня невосприимчивым к его сигналам. Я, ощущая некоторую тревогу, все же остался там где был. Однако знаки лазутчика нарушили мою концентрацию, и я потерял из виду эту голубую форму.

     Неожиданно колоссальная сила заставила меня вращаться вокруг своей оси и перенесла меня прямо к голубому свечению. По мере того, как я смотрел на него, оно обретало очертания человека - очень маленького, тонкого, хрупкого, почти прозрачного. Я отчаянно пытался определить, мужчина это или женщина, но как я ни старался, мне это не удалось.

     Мои попытки спросить об этом эмиссара также не имели успеха. Он улетел внезапно, оставив меня подвешенным в этом туннеле лицом к лицу с незнакомым человеком. Я попытался поговорить с этим человеком, так, как я разговаривал с эмиссаром, но не получил ответа. Я ощутил волну разочарования оттого, что не смог разрушить разделяющий нас барьер. Затем меня охватил страх остаться наедине с кем-то, кто мог оказаться врагом.

      В присутствии незнакомца у меня возникло множество реакций. Я даже ощутил восторг оттого, что я знал, что лазутчик показал мне, наконец, еще одно человеческое существо, которое было поймано в этом мире. Я только испытал огорчение оттого, что мы не можем общаться, поскольку, видимо, этот незнакомец был одним из магов древности и принадлежал другой эпохе.

      Чем больше становился мой восторг и любопытство, тем тяжелее я становился, вплоть до того момента, когда я стал очень тяжелым и не очутился вновь в своем теле в парке возле калифорнийского университета. Я стоял на траве прямо среди людей, играющих в гольф.

      Одновременно со мной с той же самой скоростью передо мной так же начал материализоваться человек. Мы на момент взглянули друг другу в глаза. Это была девочка, возможно, шести или семи лет. Я подумал, что знаю ее. При виде ее мой восторг и любопытство настолько возросли, что повернули процесс вспять. Я потерял вес настолько быстро, что в следующий миг превратился в каплю энергии в мире неорганических существ. Лазутчик вернулся ко мне и вытолкнул меня прочь.

       Я проснулся, содрогнувшись от страха.

        В процессе выплывания на поверхность повседневного мира что-то заставляло информацию ускользать. Мой ум неистово пытался собрать воедино все, что знал, или казалось, что знал. Я провел более сорока восьми часов в попытках ухватить скрытое ощущение или скрытое знание, прикоснуться к которому мне удалось. Единственным достижением было ощущение силы - я предполагал, что оно пришло извне; это ощущение силы говорило мне о том, чтобы я больше не доверял тому, что происходит со мной в сновидениях.

      Более чем когда-либо я стал нуждаться в совете дона Хуана. Я знал, что это сведет на нет годы моей работы, но я не мог справиться с этим.

    - Чего ты на самом деле хочешь? - спросил меня дон Хуан.

     Он попросил меня описать мою практику сновидения со всеми относящимися к ней деталями. Я рассказал ему о своем видении маленькой девочки и о том, как это отразилось на моем эмоциональном состоянии.

     Он неожиданно посоветовал мне проигнорировать это событие и рассматривать его как прямую попытку со стороны неорганических существ потворствовать моим фантазиям.      Он заметил, что, если сновидение чрезмерно акцентировано, то оно становится тем, чем было для древних магов - источником неисчерпаемого индульгирования.

      По некоторой необъяснимой причине я не хотел рассказывать дону Хуану о мире теневых существ. Но когда он отверг мое видение маленькой девочки, я был вынужден описать ему мои визиты в этот мир. Долгое время он молчал, словно был ошеломлен.

     Когда он наконец заговорил, то сказал:

     - Ты намного более одинок, чем я думал, поскольку я вообще не могу обсуждать твою практику сновидений. Ты находишься в ситуации древних магов. Все, что я могу сделать, - это снова повторить тебе, что ты должен упражняться, собрав всю свою осторожность.

   - Почему ты говоришь, что я нахожусь в ситуации древних магов?

    - Я повторяю тебе снова, что твое настроение опасно напоминает настроение древних   магов. Они были очень способными существами; их ошибкой было то, что они чувствовали себя в мире неорганических существ, как рыба в воде. Ты с ними в одной лодке. Ты знаешь об этом мире то, что никто из нас не может даже вообразить.

      Лично я никогда не слыхал о мире теней, как и нагваль Хулиан или нагваль Элиас, несмотря на то, что он долго пробыл в мире неорганических существ.

     - Что меняется, когда ты узнаешь о мире теней?

      - Очень многое. Сновидящий принимается там только в случае, если неорганические существа уверены в том, что он собирается остаться в этом мире. Мы знаем об этом из рассказов древних магов.

     - Когда сновидящие осознают, что эти неорганические существа не нравятся им, - сказал он, - обычно это случается слишком поздно, поскольку к тому времени эти неорганические существа уже положили их себе в мешок.

    - Я думаю, что они собираются провести тебя, - ответил он. - Подобно тому, как они провели нагваля Розендо. Они собираются схватить тебя - и ты не то что не заметишь ловушки, ты даже не заподозришь ее. Они искусны в подобных манипуляциях. Вот теперь они даже изобрели маленькую девочку.

    - Но я думаю, что маленькая девочка несомненно существует, - настаивал я.

      - Нет никакой маленькой девочки, - оборвал он меня.

      - Эта голубая капля энергии - просто иной лазутчик. Это исследователь, схваченный в мире неорганических существ. Я уже говорил тебе, что неорганические существа подобны рыбаку, они привлекают и хватают осознание.

      Дон Хуан сказал, что он не сомневается в том, что эта голубая капля энергии из измерения, совершенно отличного от нашего, и представляет собой лазутчика, который был скручен и схвачен, подобно мухе в паутине.

      Мне не понравилась эта аналогия. Она беспокоила меня, вызывая физический дискомфорт. Я упомянул об этом дону Хуану, но он сказал мне, что моя забота об этом лазутчике-пленнике почти доводит его до отчаяния.

     - Почему это тревожит тебя? - спросил я.

     - В том запутанном мире что-то назревает, - сказал он. - И я не могу сформулировать, что именно. - Неорганические существа всегда ищут осознания и энергии; если ты им даешь в руки и то и другое, что, по-твоему, они станут делать? Посылать тебе воздушные поцелуи с другой стороны улицы?

Третьи врата сновидения

        Ты достигаешь третьих врат сновидения, когда обнаруживаешь себя во сне смотрящим на другого спящего человека. И когда этот другой человек оказывается тобой, - сказал дон Хуан.

     - Для каждых врат сновидения существует два этапа прохождения через них, - сказал он.

     Первый, как ты уже знаешь, состоит в том, чтобы подойти к ним; второй - пересечь их. Если ты видишь во сне, что спишь, - ты подходишь к вратам. Второй этап состоит в том, чтобы после того, как ты увидел себя спящим, начать двигаться.

      - У третьих врат сновидения, - продолжал он, - ты начинаешь преднамеренно сливать в одно целое реальность сна и реальность обыденного мира. Это задача, которую маги называют завершением энергетического тела.

       Слияние двух реальностей должно быть настолько полным, что тебе нужно быть более внимательным, чем когда-либо. Исследуй все, что встречаешь у третьих врат очень тщательно и с интересом.

     - У третьих врат мы склонны терять себя в деталях, - ответил он. - Рассматривать вещи с большой тщательностью и интересом означает противостоять почти непреодолимому стремлению углубиться в детали.

       Эта задача, которую я назвал третьими вратами, состоит в том, чтобы увидеть энергетическое тело.

       Сновидящий начинает работать с энергетическим телом, выполняя задания первых и вторых врат.

     Когда он достигает третьих врат, его энергетическое тело готово к отделению, или, возможно, лучше будет сказать, что оно готово к тому, чтобы действовать. К несчастью, это также означает, что оно готово очароваться деталями.

     - Что значит "очароваться деталями"?

     - Энергетическое тело напоминает ребенка, который всю свою жизнь был взаперти. Когда он оказывается на свободе, он впитывает в себя все что находит. Я хочу сказать, что это может быть все что угодно. Каждая незначительная, мельчайшая деталь, полностью поглощает внимание энергетического тела.

       - Наиболее упрямая деталь становится целым миром для энергетического тела, - объяснил дон Хуан. - Чтобы управлять энергетическим телом, сновидящие должны прилагать потрясающие усилия.

      Я знаю, что когда я советую тебе обращаться с вещами тщательно и с интересом, - это звучит нескладно. Но это лучший способ описать то, что ты должен делать.

       У третьих врат сновидящие должны избегать непреодолимого стремления погружаться в любую деталь. Они достигают этого, постоянно проявляя такой интерес ко всему и такое настойчивое желание погрузиться во все, что ни одна конкретная вещь не может приковать их к себе.

       Дон Хуан прибавил также, что рекомендации, которые, по его словам, абсурдны для ума, на самом деле предназначаются моему энергетическому телу. Он подчеркивал снова и снова, что это тело должно объединить все свои энергетические ресурсы, чтобы получить возможность действовать.

     - Но разве мое энергетическое тело не действует все это время? - спросил я.

     - Частично оно работает. Ведь будь это не так, ты бы не смог путешествовать в царство неорганических существ, - ответил он.

     - Теперь же все твое энергетическое тело должно сосредоточиться на выполнении задания третьих врат, и чтобы облегчить эту задачу для энергетического тела, ты должен сдерживать свою рациональность.

      У третьих врат рациональность ответственна за то, что наши тела стремятся попасть под влияние поверхностных деталей. И чтобы преодолеть это стремление, у третьих врат мы нуждаемся в нерациональном и очень подвижном внимании и отказе от рационального.

       Почти целый год дон Хуан ничего не спрашивал у меня о третьем задании по сновидению. Затем однажды, совершенно неожиданно для меня, он захотел, чтобы я описал ему все тонкости моей практики сновидения.

      Первое, о чем я упомянул, была навязчивая повторяемость. На протяжении месяцев мне снилось, что я пристально разглядываю себя, спящего на своей кровати. Особенно странной была регулярность этих снов: они случались каждые четыре дня, как по часам. На протяжении других трех дней мои сны были такими же, как раньше: я изучал всевозможные предметы, переходил из одного сна в другой, и иногда, увлекаемый губительным любопытством, я следовал за лазутчиками чужих энергий, хотя я и чувствовал себя в связи с этим очень виноватым.

      Я думал, что это подобно тайному пристрастию к наркотикам. Реальность того мира была для меня неотразимой.

     - Повторяемости твоих снов следовало ожидать, - заметил дон Хуан, выслушав меня.

     - Почему ты предвидел нечто подобное, дон Хуан?

     - Потому что знаю твои отношения с неорганическими существами.

     - Я с ними покончил раз и навсегда, дон Хуан, - соврал я в надежде, что он больше не будет развивать эту тему.

     - Ты пытаешься убедить меня в этом, не так ли? Не нужно этого делать; я знаю, что происходит на самом деле. Поверь мне, стоит тебе один раз начать заигрывать с ними, и ты у них на крючке. Они всегда будут преследовать тебя. Или, что еще хуже, преследовать их всегда будешь ты сам.

      Он уставился на меня, и мое чувство вины, должно быть, было таким очевидным, что это заставило его рассмеяться.

     - Единственно возможное объяснение такой повторяемости состоит в том, что неорганические существа заманивают тебя снова, - сказал дон Хуан серьезным тоном.

     - Причина, по которой обычные люди не могут управлять своей волей в сновидениях, состоит в том, что они никогда не совершали перепросмотр своей жизни, и их сны по этой причине переполнены очень интенсивными эмоциями, такими как воспоминания, надежды, страхи и так далее и тому подобное.

       Перепросмотр и сновидение идут рука об руку. Перепросматривая наши жизни, мы становимся все более и более парящими.

     Дон Хуан дал мне ясные и детальные указания о перепросмотре, состоявшие в том, чтобы еще раз проживать всю совокупность жизненного опыта, вспоминая всевозможные детали прошлых переживаний. Он видел в перепросмотре надежный способ для перемещения и переосмысления энергии.

     - Перепросмотр высвобождает заключенную в нас энергию, без которой подлинное сновидение невозможно, - утверждал он.

       Несколько лет назад дон Хуан велел мне составить список всех людей, которых я когда-либо встречал вплоть до настоящего времени. Он помог упорядочить этот список, используя разделение по сферам деятельности, таким как различные должности, которые я занимал, различные учебные курсы, которые я посещал. Затем он предложил мне пройти от первого человека в этом списке до последнего, не пропуская никого, переживая заново каждую встречу с ними.

      Он объяснил, что при перепросмотре событие реконструируется фрагмент за фрагментом, начиная с припоминания внешних деталей, затем переходя к личности того, с кем я имел дело, и заканчивая обращением к себе, исследованием своих чувств.

       Дон Хуан учил меня сочетать вспоминание с естественным ритмичным дыханием. Глубокий выдох следует делать в такт с медленным мягким движением головы справа налево; глубокий вдох делается при движении головы в обратную сторону - слева направо. Он называл этот процесс покачивания головой из стороны в сторону "обмахивание события веером". Ум исследует событие от начала до конца, в то время как тело "обмахивает" снова и снова все, на чем сосредоточивается ум.

     Дон Хуан сказал, что маги прошлого, открывшие перепросмотр, рассматривали дыхание как магическое, жизненно важное действие и использовали его соответственно этому - как магическое средство.

     Выдох используется для выброса отрицательной энергии, оставшейся в них как результат события, перепросмотр которого осуществляется, а вдох - для возврата энергии, которую они потеряли в ходе взаимодействия.

      Вследствие своего академического образования я рассматривал перепросмотр как процесс анализа своей жизни. Дон Хуан настаивал, что это нечто большее, чем интеллектуальный психоанализ. Он определил перепросмотр как уловку, используемую магом для вызова пусть незначительного, но зато постоянного сдвига точки сборки.

       Он сказал, что точка сборки под влиянием просмотра прошлых событий и переживаний движется туда-сюда между ее теперешним положением и положением, которое она занимала тогда, когда имел место интегрируемый опыт.

     Дон Хуан сказал, что использование перепросмотра магами прошлого объясняется их убежденностью в том, что во вселенной существует неподдающаяся восприятию могущественная сила, наделяющая все существа осознанием и жизнью.

      Под воздействием той же силы существа погибают, тем самым возвращая ей заимствованное ранее осознание, усиленное и обогащенное их жизненными переживаниями.

      Дон Хуан сказал, объясняя точку зрения магов прошлого, - они верили, что поскольку эта сила заинтересована именно в наших переживаниях, то очень важно насытить ее копиями нашего жизненного опыта, получаемыми в ходе перепросмотра.

      Удовлетворившись тем, что она ищет, эта сила затем освобождает магов, давая им возможность развивать свои чувства и тем самым достигать самых удаленных частей времени и пространства.

       Когда я вновь начал заниматься перепросмотром, то с большим удивлением обнаружил, что моя практика сновидения при этом автоматически приостановилась вопреки моему желанию. Я спросил у дона Хуана, что это значит.

       - Это просто. Сновидение требует задействования всей доступной энергии, - ответил он. - И поэтому, глубоко погружаясь в собственную жизнь, мы лишаемся возможности практиковать сновидение. Нам не хватает энергии.

      - Но ведь я и раньше глубоко погружался в перепросмотр, - сказал я. - Тем не менее мои занятия никогда не прерывались.

      - Дело в том, должно быть, что всякий раз, когда ты думал, что погружаешься, ты на самом деле был только эгоистически встревожен, - сказал он, смеясь.

      - Для мага быть погруженным означает, что задействованы все источники энергии. Сейчас же впервые случилось так, что ты начал использовать полностью все свои энергетические ресурсы. Раньше, даже занимаясь перепросмотром, ты не был поглощен этим до конца.

       На этот раз дон Хуан предложил мне новую методику для перепросмотра. Мне предстояло разгадать нечто вроде головоломки, составляя второстепенные с виду события моей жизни так, чтобы из мелких разрозненных кусочков получилась цельная картина.

      - Но у меня не получится, - запротестовал я.

      - Нет, получится, - заверил он меня. - Путаница возникнет только тогда, если ты предоставишь своей мелочности подбирать события для перепросмотра. Предоставь решать это духу. Будь спокоен и начинай работать с тем, на что тебе указывает дух.

       Результаты такого метода перепросмотра поразили меня во многих отношениях. Удивительным было то, как я, успокоив ум, следовал затем совершенно независимой от моей воли силе, которая внезапно погружала меня в чрезвычайно детальные воспоминания какого-то незначительного события из моей жизни.

      Но еще удивительнее, что в итоге я получил довольно-таки упорядоченную конфигурацию событий. То, что по моему мнению должно было быть хаотичным, оказалось чрезвычайно содержательным.

     Я спросил дона Хуана, почему он ни разу не предложил мне этот метод прежде. Он ответил, что существует два основных уровня перепросмотра; первый из них характеризуется формальностью и жесткостью, второй - подвижностью внимания.

      В итоге я вынужден был согласиться с доном Хуаном: в ранее недоступных глубинах моего ума были сокрыты залежи эмоций, заряженных отрицательной энергией.

      В результате второго периода перепросмотра я обрел новое для меня, более спокойное отношение к жизни.

      И стоило только вернуться к практике сновидения, как в тот же день мне приснилось, что я видел себя спящим.

      Я повернулся и смело вышел из комнаты, с трудом спустившись по пролету лестницы на улицу. Я был воодушевлен тем, что сделал, и поспешил сообщить об этом дону Хуану.       К моему величайшему разочарованию, он сказал, что этот сон не относится к моей практике сновидения.

      Он утверждал, что я не вышел на улицу в своем энергетическом теле, потому что если бы это было так, то у меня не было бы ощущения того, как я спускался по лестнице.

      - О каком ощущении ты говоришь, дон Хуан? - спросил я с неподдельным любопытством.

      - Ты должен найти для себя какой-нибудь надежный признак, по которому ты мог бы узнавать, действительно ли ты видишь свое тело спящим на кровати, - сказал он вместо ответа на мой вопрос.

     - Помни, ты должен находиться в своей настоящей комнате и видеть свое настоящее тело. Если это не так, то ты просто видишь обычный сон. В этом ты можешь убедиться, наблюдая в нем детали, которых нет в обычной жизни, или изменяя его по своему усмотрению. - Найди возможность подтвердить факт, состоящий в том, что ты смотришь на себя, - сказал Дон Хуан.

     - Можешь ли ты подсказать мне, что могло бы быть таким надежным признаком? - настаивал я.

    - Используй свои собственные представления.

    В следующий раз, когда я во сне увидел себя спящим, вместо того, чтобы покинуть комнату и спускаться по лестнице или проснуться с криком, я долгое время оставался неотрывно привязанным к тому месту, откуда я смотрел. Без волнения и отчаяния я наблюдал детали своего сна.

      Тут я заметил, что я спал в постели, одетый в белую футболку, которая была разорвана на плече. Я попытался подойти ближе и рассмотреть прореху, но движение было для меня невозможным. Фактически я представлял собой воплощенный вес. Не зная, что делать дальше, я сразу же сильно смутился. Я попытался изменить сон, но какая-то незнакомая сила продолжала удерживать меня всматривающимся в свое спящее тело.

     Будучи полностью вовлеченным в свое смятение, я услышал, как эмиссар из сновидения сказал, что неспособность контролировать свои движения пугает меня потому, что мне придется и дальше заниматься перепросмотром. Голос эмиссара и то, что он сказал, совсем не удивили меня. Я никогда еще так живо и так ужасно не переживал свою неспособность двигаться. Однако я не сдался этому страху. Я исследовал его и понял, что это был не психологический страх, а физическое ощущение беспомощности, отчаяния и раздражения. Меня больше всего беспокоило то, что я был неспособен двинуться с места.    Мое раздражение возрастало по мере того, как я убеждался, что нечто внутри грубо держало меня. Усилия, которые я прилагал, чтобы пошевелить руками или ногами, были такими громадными и решительными, что я вдруг действительно увидел, что одна из моих ног на кровати дернулась, как при ударе.

      После этого мое сознание оказалось втянутым в мое вялое спящее тело, и я проснулся так внезапно, что прошло более получаса, прежде чем я успокоился. Мое сердце билось совершенно беспорядочно. Меня трясло, и отдельные мышцы ног неконтролируемо сокращались. Я ощущал такое сильное переохлаждение тела, что мне потребовались одеяла и грелки, чтобы согреться.

     - Ты все драматизируешь, - сказал Дон Хуан, когда я приехал к нему за советом. - Хотя конечно же, ты видел себя спящим. Твое затруднение в том, что ты разнервничался, ведь до этого твое энергетическое тело никогда не было цельным при полном сознании.

       Если когда-нибудь ты снова будешь нервничать и мерзнуть, сиди себе и не дергайся. Это восстановит температуру твоего тела в один миг и без всякой суеты.

      - Сновидящий должен обладать хорошим воображением, - сказал дон Хуан с ехидной усмешкой. - А твое воображение никуда не годится.

     Я не советовал тебе использовать свое воображение для того, чтобы перемещать свое энергетическое тело, потому что хотел выяснить, сможешь ли ты справиться с этой задачей сам. Ты не смог, и твои друзья тоже не помогли тебе.

       - О какой задаче ты говоришь, дон Хуан?

       - Задача о том, как с одной стороны невозможно, а с другой - как это легко, - двигать энергетическое тело.

     Ты пытаешься делать это так, будто находишься в обыденном мире. Мы тратим так много времени и усилий, чтобы научиться ходить, что верим в необходимость так же постепенно обучать умению ходить наше энергетическое тело.

     Но нет причин, по которым это следовало бы делать так, кроме той, что такое передвижение - самое понятное для нашего ума.

      Я удивлялся простоте решения. Я мгновенно понял, что дон Хуан был прав. До этого я ошибался потому, что привязался к одному уровню понимания.

     Он сказал мне, что как только я достигну третьих врат сновидения, я должен буду двигаться в пространстве, и это движение я понимал как ходьбу. Я сказал ему, что понял его точку зрения.

     - Это не моя точка зрения, - сказал он отрывисто. - Это точка зрения магов. Маги утверждают, что у третьих ворот все энергетическое тело может двигаться так, как движется энергия: быстро и прямо. Твое энергетическое тело знает, как ему двигаться. Оно может двигаться так, как оно перемещается в мире неорганических существ.

      - Отсюда мы переходим к следующему вопросу, - прибавил дон Хуан задумчиво. - Почему твои друзья среди неорганических существ не помогли тебе?

      - Почему ты называешь их моими друзьями, дон Хуан?

      - Они подобны распространенному типу друзей, которые фактически не заботятся о нас и не любят нас, но в то же время не предпринимают и ничего плохого. Эти друзья просто ждут, когда мы повернемся к ним спиной, чтобы они могли ударить нас оттуда.

       Я понял его до конца и согласился на все сто процентов.

      - Что заставляет меня идти к ним? Это губительное пристрастие? - спросил я его скорее риторически.

      - У тебя нет никакого губительного пристрастия, - сказал он. - Все, что у тебя есть, - это неспособность понять, что ты находился на самом пороге смерти.

        Поскольку ты не ощущаешь физической боли, ты не можешь убедить себя, что ты был в смертельной опасности. Его слова были здравыми, за исключением того, что я в действительности все же верил в то, что мой глубокий непонятный страх преследует меня в жизни с тех пор, как я столкнулся с неорганическими существами. Дон Хуан слушал молча, пока я рассказывал ему о своем состоянии. Я не мог ни отбросить, ни объяснить себе мое стремление посещать мир неорганических существ, невзирая на все то, что я о нем знал.

      - Мне свойственна склонность к безумию, - сказал я. - Ведь то, что я делаю, - бессмысленно.

      - В действительности это имеет смысл. Неорганические существа по-прежнему водят тебя за собой, как рыбу, попавшую на крючок, - сказал он.

     - Они время от времени подбрасывают тебе дешевую приманку, чтобы ты следовал за ними. Но они не обучают тебя тому, как двигаться в энергетическом теле.

      - Почему ты думаешь, что не обучают?

     - Потому что если твое энергетическое тело научится двигаться независимо от них, ты будешь далеко за пределами их досягаемости.

       Преждевременным было бы с их стороны считать, что ты свободен от них. Ты относительно свободен, но все же еще не полностью. Они продолжают управлять твоим осознанием.

       Я почувствовал холодок у себя на спине. Он задел мое больное место.

     - Скажи мне, что делать, дон Хуан, и я сделаю это, - сказал я.

     - Будь безупречным. Я говорил тебе это уже двадцать раз. Быть безупречным - означает раз и навсегда выяснить для себя, чего ты хочешь в жизни, и тем самым поддержать свою решимость достигнуть этого. А потом делать все от тебя зависящее и даже больше для того, чтобы воплотить в жизнь свое стремление. Если ты не решился ни на что, ты просто-напросто в суматохе играешь с жизнью в рулетку.

        Когда я снова оказался в состоянии увидеть себя спящим, вместо того, чтобы подойти к телу, я просто переместился ближе к кровати. Мгновенно я оказался так близко, что едва не касался своего тела. Я видел свое лицо. Я даже видел все поры на своей коже. Я не могу сказать, что мне понравилось то, что я видел. Мое видение собственного тела было слишком подробным, чтобы представлять эстетический интерес.

      Затем что-то, напоминающее ветер, ворвалось в комнату и полностью перемещало предметы, устранив все из поля зрения.

      В своих предыдущих снах я полностью утвердился во мнении, что энергетическое тело движется только скользя или паря.

     - Твое энергетическое тело привыкло двигаться только если что-нибудь тянет его, - сказал Дон Хуан. - Неорганические существа таскали твое тело туда-сюда, и до этого времени ты никогда не двигался сам, по своей воле. Кажется, ты не очень многого достиг, если движешься так, как это у тебя получается.

      - Как ты знаешь, следовать за лазутчиком - это на самом деле задача вторых врат сновидения, - объяснял он.

     -Это очень серьезное занятие, но не настолько серьезное, как развитие энергетического тела и перемещение в нем.

     Поэтому ты должен научиться определять, что ты видишь себя спящим. Твои новые необычайные исследования всецело зависят от твоей способности на самом деле видеть себя спящим.

       Я начал с предположения, что если я действительно вижу себя спящим, то я должен заметить, что на мне та же одежда, в которой я уснул, одежда, которую я решил полностью менять каждые четыре дня. Я был уверен, что у меня не возникнет трудностей с тем, чтобы помнить во сне, во что я был одет, когда ложился в постель; навыки, которые я приобрел в процессе своей практики, убеждали меня, что я способен сохранять в уме такие вещи и вспоминать их во сне.

      Я приложил все усилия, чтобы следовать этому способу проверки, но результаты оказались не столь удачными, как я предполагал.

      Примечательной чертой этих снов была моя комната. Она никогда не была похожа на мою комнату в обычном мире, но напоминала огромный пустой зал с кроватью в одном углу.

     Я, как правило, парил на некотором расстоянии сбоку от кровати, где лежало мое тело. В тот момент, когда я приближался к нему, сила, напоминавшая ветер, постоянно заставляла меня зависать над ним, как колибри. Иногда комната исчезала; пропадая по частям до тех пор, пока не оставалось только мое тело и кровать.

      Иногда я переживал полную потерю способности прилагать волевые усилия. Тогда казалось, что мое внимание в сновидении работает независимо от меня. Оно либо оказывалось полностью поглощенным первой попавшейся вещью в комнате, либо было не в состоянии решить, что делать. В последнем случае я ощущал, что беспомощно плаваю, переходя вниманием от вещи к вещи.

      Голос эмиссара в сновидении объяснил мне однажды, что все элементы снов, которые не являются обычными снами, на самом деле были энергетическими образованиями, отличными от известных нам в привычном мире.

       Голос эмиссара указал, например, что стены были жидкими. Затем он предложил мне проскочить сквозь одну из них.

       Не раздумывая дважды, я нырнул в стену, как будто я ныряю в большое озеро. Мне не показалось, что стена напоминает воду, и то, что я чувствовал, не соответствовало также физическому ощущению, которое переживает тело, погружаясь в воду. Это скорее напоминало знание о том, что я ныряю, и видимость прохождения сквозь жидкую среду.      Я входил головой вперед во что-то, что расступалось передо мной, как вода по мере того, как я продолжал двигаться вглубь.

     Ощущение, что я ныряю головой вперед, было таким реальным, что я начал гадать, как глубоко или как далеко я могу нырнуть. С моей точки зрения, я проживал там целую вечность. Я видел облака и скалоподобные образования материи, разбросанные в толще водянистой субстанции. Там попадались сияющие геометрические объекты, напоминающие кристаллы, и шарики ярчайших оттенков всех цветов, которые я когда-либо видел.

     Были также зоны ослепительного света и области кромешной тьмы. Все проходило мимо меня, медленно или на большой скорости. Мне казалось, что я вижу космос.

      В тот момент, когда я подумал об этом, моя скорость возросла так сильно, что все слилось, я внезапно я обнаружил, что проснулся и лежу, упираясь носом в стену своей комнаты.

      - Теперь ты должен сделать какой-то решительный маневр, - сказал он. - Эмиссар в сновидении, не должен вмешиваться в твою практику. Или, лучше сказать, что ты не должен ни при каких условиях позволять ему делать это.

     - Как мне остановить его?

     - Сделай простой, но крутой маневр. Войдя в сновидение, громко заяви, что ты не желаешь больше иметь эмиссара в сновидении.

     - Значит ли это, дон Хуан, что я никогда больше не увижу его снова?

      - Конечно. Ты избавишься от него навсегда.

      - Но целесообразно ли избавляться от него навсегда?

      - Со всей определенностью говорю, что сейчас это целесообразно.

     - Я знаю, что это очень сложная задача, - сказал он, - Но если ты не сделаешь этого, неорганические существа будут всегда держать тебя на поводу.

      Если хочешь избежать этого, - сделай то, что я сказал, и сделай это сразу же.

      Когда в течение своего следующего занятия сновидением я приготовился выразить свое намерение, голос эмиссара прервал меня. Он сказал:

     - Если ты воздержишься от своего требования, я обещаю тебе никогда не вмешиваться в твою практику сновидения и разговаривать с тобой только тогда, когда ты будешь обращаться ко мне с вопросами.

      Я сразу же принял это предложение и искренне чувствовал, что это хороший договор. Я даже почувствовал облегчение оттого, что все обернулось таким образом. Однако я боялся, что дону Хуану это не понравится.

    - Это был хороший маневр, - заметил он и засмеялся. - Ты был искренним; ты действительно собирался выразить свое требование. Быть искренним - вот все, что от тебя требовалось.

      По существу, у тебя не было никакой необходимости устранять эмиссара. От тебя требовалось только пожелать поставить его на место, чтобы он предложил удобный для тебя выход из сложившейся ситуации. Я уверен, что эмиссар не будет больше соваться не в свое дело.

     Я продолжал свою практику сновидения без вмешательства со стороны эмиссара.

      Замечательным следствием этого было то, что я начал видеть сны, в которых комната, в которой я спал, была такой, как в обычном мире, с одним лишь отличием: во сне комната была всегда так перекошена, так искажена, что выглядела как огромное полотно кубиста; тупые и острые углы заменяли обычные прямые там, где пересекались стены, потолок и пол.

     В моей кривобокой комнате каждая реальная деталь интерьера превращалась в удивительно абсурдную и нелепую благодаря косым лучам острых и тупых углов; например, изощренный узор линий на паркете, выцветшие пятна на покрашенной стене или отпечатки грязных пальцев на краю двери.

      В этих сновидениях я неизбежно терялся в водянистых вселенных, состоящих из предметов, искаженных кривизной. Во всей моей практике сновидения я постоянно погружался в детали предметов, потому что их изобилие в моей комнате было неописуемым, а их притяжение таким сильным, что я не мог устоять.

     - Я не могу преодолеть своей комнаты, - сказал я ему после длительного описания своей практики сновидения.

    - Откуда ты взял, что ты должен преодолевать ее? - спросил он, ухмыльнувшись.

    - Я чувствую, что я должен выйти за пределы комнаты, дон Хуан.

    - Но ты уже движешься за пределами комнаты. Возможно, тебе следует спросить себя, не запутался ли ты снова в интерпретациях. Что, по твоему мнению, означает движение в этом случае?

     Я сказал ему, что сон о том, как я вышел из своей комнаты на улицу, не дает мне покоя ни на миг, и я ощущаю сильную необходимость сделать это снова.

    - Но ведь ты делаешь более значительные вещи, чем это, - запротестовал он. - Ты посещаешь невероятные миры. Чего еще ты хочешь?

     У сновидящих много времени уходит на то, чтобы усовершенствовать свое энергетическое тело, - сказал Дон Хуан.

     В случае с тобой под угрозой находится именно это - совершенствование твоего энергетического тела.

    Дон Хуан объяснил причину, по которой мое энергетическое тело было вынуждено детально изучать подробности и оказывалось безнадежно запутанным в них. Это происходило из-за неопытности, несовершенства энергетического тела.

     Он сказал, что маг зачастую проводит целую жизнь, предоставляя возможность своему энергетическому телу впитать все доступное, и тем самым укрепляет его.

     - До тех пор, пока энергетическое тело не достигнет полного развития и зрелости, оно поглощено собой, - продолжал дон Хуан.

    - Оно не может освободиться от навязчивого стремления проникнуть во все. И если ты примешь это во внимание вместо того, чтобы воевать с ним, ты сможешь протянуть ему руку помощи.

     - Как мне сделать это, дон Хуан?

     - Управляя его поведением или, иными словами, пользуясь сталкингом.

     Дон Хуан считал, что маги считают оптимальным такое положение точки сборки, при котором энергетическое тело может двигаться независимо.

      Следующий шаг состоит в сталкинге энергетического тела, то есть в фиксировании его в этом положении с целью сделать его совершенным.

       Он объяснил, что по сути этот процесс очень прост. Нужно использовать свое намерение для сталкинга энергетического тела.

     - Дай возможность своему энергетическому телу достичь оптимального положения в сновидении, - объяснил он.

     - Затем используй намерение своего энергетического тела оставаться в том же положении, - это и будет твой сталкинг.

     - Намерение - это тайна, но ты уже знаешь это, - сказал он. - При помощи намерения маг смещает свою точку сборки, фиксирует ее он также с помощью намерения. Намерение постигают, используя его.

     - Знаешь, я на самом деле верил, что смогу сделать это, - сказал я дону Хуану

     - Случилось так, что ты снова запутался в своем обычном неправильном понимании терминов.

    Ты стремишься найти нужное место так, будто ищешь потерянные ключи от машины. Затем ты хочешь привязать к нему свою точку сборки так, как завязывают шнурки.

     Идеальное место для точки сборки, а также для ее фиксации - это метафоры.   Реальность не имеет ничего общего со словами, которые ассоциируются у тебя с этими обозначениями.

      Затем он попросил меня рассказать ему о том, что случилось со мной в последний раз, когда я практиковал сновидение.

       Я сразу же упомянул, что моя склонность быть поглощаемым деталями предметов существенно уменьшилась. Я сказал, что это, возможно, произошло потому, что я был вынужден постоянно перемещаться во сне.

      Таким образом, движение не давало мне возможности остановиться для того, чтобы погрузиться в предметы, которые я рассматривал. Когда же я останавливался, то мог наблюдать процесс своего поглощения деталями.

      Я пришел к выводу, что неодушевленная материя в действительности обладает парализующей силой, которую я видел как луч тусклого света, приковывающий мое внимание. Например, много раз было так, что небольшая царапина на стене или узор древесных волокон на паркетном полу в моей комнате излучал поток света, который завладевал мной.

      С того момента, как мое внимание в сновидении сосредоточивалось на этом свете, все сновидение начинало вращаться вокруг одной этой незначительной детали. Я видел, как ее размер увеличивался едва ли не до космических масштабов. Такое рассматривание обычно продолжалось, пока я не просыпался, оказавшись, как правило прижатым носом к стене или к деревянному полу.

     Мои наблюдения показывали, что, во-первых, я наблюдал детали из реального мира, и, во-вторых, казалось, что я созерцал их, находясь во сне.

    Дон Хуан улыбнулся и сказал:

    -Ты понял это все потому, что формирование твоего энергетического тела закончилось тогда, когда ты начал двигаться сам. Я не говорил тебе об этом прямо, но намекал на это. Я хотел увидеть, сможешь ли ты обнаружить это сам, что ты, конечно же, и сделал.

     -Это началось раньше, когда ты не мог подыскать способа установить реальность своих слов, но затем что-то в тебе начало работать, показывая тебе, обычный это сон или нет. Это что-то и было твоим энергетическим телом.

   - Сейчас ты отчаиваешься, что не можешь найти идеального места для фиксации своей точки сборки. Но я говорю тебе, что ты уже нашел его. Доказательством может служить тот факт, что, двигаясь везде, твое энергетическое тело прекращает попадать под влияние деталей.

    -Ты справился с заданием третьих ворот сновидения: научиться свободно перемещать энергетическое тело.

    -Теперь ты будешь работать над настоящей задачей: видением энергии с помощью своего энергетического тела.

     -Ты уже видел энергию раньше, - говорил он, - на самом деле, много раз. Но каждый раз до сих пор твое видение было случайным. Теперь ты будешь заниматься этим целенаправленно.

     -Из повседневного опыта сновидящие знают, - продолжал он, - что если энергетическое тело сформировано, человек видит энергию каждый раз, когда он рассматривает какой-нибудь предмет реального мира.

      -Если же он видит энергию предмета во сне, - он тем самым может узнать, что находится в реальном мире, каким бы искаженным ни казался мир для его внимания в сновидении. Если же он не может видеть энергию предметов, - это обычный сон, а не реальный мир.

     - Что такое реальный мир, дон Хуан?

     - Это мир, порождающий энергию; он представляет собой противоположность призрачного мира иллюзии, где ничто не порождает энергию, как бывает в большинстве наших снов, заполненных вещами без энергетического потенциала.

     Он объяснил, что энергетическое тело способно также увидеть энергию, существенно отличную от энергии нашего обычного мира.

     Так происходит в случае предметов, наблюдаемых в мире неорганических существ, где энергетическое тело замечает шипящую энергию. Он добавил, что в нашем мире ничто не шипит; здесь все мерцает.

     - Начиная с этого времени, - сказал он, - задачей твоей практики сновидения будет определение того, принадлежат ли предметы, на которых сконцентрировано твое внимание в сновидении, к порождающим энергию, к обычным иллюзорным видениям или порождающим отрицательную энергию.

     Дон Хуан сказал, что надеялся, что я сам предложу идею видения энергии как способа определить, наблюдаю ли я в обычном или в необычном сне свое настоящее тело.

     Он посмеялся над моими изощренными попытками определять это, надевая каждые четыре дня другую ночную одежду.

      Дон Хуан сказал мне, что для того, чтобы видеть в сновидении, я должен не только намереваться видеть, но и выражать мое намерение в словах громким голосом.

     Он признал, что существуют и другие пути достигнуть того же результата, но при этом заметил, что выразить свое намерение вслух - это простейший и самый прямой способ.

     Придет время, когда тебе уже больше не нужно будет выражать вслух свое намерение; достаточно будет лишь молча пожелать этого.

     - Когда-нибудь ты оценишь, как это все забавно, - сказал он в ответ на мой молчаливый протест. - А пока не сдавайся и не падай духом. Рано или поздно ты добьешься своего.

      Как всегда, он был прав. Через несколько месяцев я сорвал-таки банк. Мне приснился самый необычный сон. Начался он с появления лазутчика из мира неорганических существ. Лазутчики, так же, как эмиссары из сновидений, в течение последнего времени как-то странно исчезли из моих снов. Я не скучал по ним и не анализировал причин их исчезновения.

      На самом деле мне это было уже совершенно не нужно, и я даже забыл спросить дона Хуана об их отсутствии.

      В этом сне лазутчик был вначале огромным желтым топазом, который я нашел за задней стенкой выдвижного ящика стола. В тот момент, когда я выразил свое намерение видеть, топаз превратился в пузырек шипящей энергии.

      Я испугался, что буду вынужден последовать за ним, и поэтому перевел взгляд с лазутчика на аквариум с тропическими рыбками. Я выразил намерение видеть и был сильно удивлен. Аквариум излучал слабое зеленоватое сияние, а затем превратился в большой сюрреалистический портрет женщины в драгоценных украшениях. Портрет светился тем же самым зеленоватым свечением, которое излучал аквариум.

     Пока я наблюдал это сияние, ход сна изменился. Я шел по улице города, который казался мне знакомым.

      Я разглядывал витрину магазина женской одежды и громко заявил о своем намерении видеть. Сразу же засиял черный манекен, выставленный на видном месте. Затем я начал всматриваться в служащую магазина, которая как раз появилась в окне, собираясь переоформлять витрину. Она посмотрела на меня. Выразив вслух свое намерение, я увидел, как она сияет. Я был так изумлен, что боялся, как бы какая-то деталь ее восхитительного сияния не увлекла и не поглотила меня, но женщина вернулась в помещение до того, как все мое внимание успело сосредоточиться на ней. Конечно же, у меня возникло намерение последовать за ней; однако, мое внимание в сновидении оказалось пойманным движущимся сиянием. Сияние было направлено в мою сторону откровенно враждебно. Оно было исполнено отвращения и злобы. Я отскочил назад. Сияние перестало на меня действовать; темнота поглотила меня, и я проснулся.

    Образы были настолько яркими, что я не сомневался, что видел энергию. Это сновидение было одной из тех подобных сновидению ситуаций, о которых дон Хуан сказал, что в них происходит генерирование энергии.

     Мысль о том, что события сна могут происходить в нашей привычной реальности    обыденного мира, заинтриговала меня не менее, чем образы из мира неорганических существ.

    - На этот раз ты не только видел энергию, но и пересек опасную грань, - сказал дон Хуан, выслушав мой рассказ.

     Он повторил, что задача третьих врат сновидения состоит в том, чтобы сделать возможным независимое движение энергетического тела. По его словам, в своем последнем эксперименте я случайно переступил в своих упражнениях за грань дозволенного, и вошел в другой мир.

     - Твое энергетическое тело двигалось, - сказал он. - Оно путешествовало само по себе. Ты пока не в состоянии контролировать такие путешествия, и поэтому кто-то напал на тебя.

    - Как ты думаешь, что это было, дон Хуан?

    - Это была вселенная хищников. Ты мог столкнуться с одной из тысяч не слишком приятных вещей, существующих там.

     - Как ты думаешь, почему на меня напали?

     - Потому что ты подставлялся.

     - Так просто, дон Хуан?

     - Конечно. Представь, что какой-нибудь диковинный паук вдруг упал бы на стол, за которым ты пишешь. Испугавшись, ты, возможно, раздавил бы его, но вряд ли стал бы им восторгаться или его рассматривать.

     Растерявшись, я подыскивал слова, желая спросить его, где происходили события из моего сна и что за энергию я в нем видел. В то же время я и сам чувствовал, что в такой постановке эти вопросы бессмысленны. Дон Хуан, казалось, прекрасно меня понимал.

     - Ты хочешь знать, где было сконцентрировано твое внимание в сновидении, не так ли? - спросил он, широко улыбаясь.

    Это как раз соответствовало тому, как я хотел бы сформулировать свой вопрос. Я считал, что в рассматриваемом сновидении я должен был видеть какой-то настоящий предмет. Точно так было тогда, когда я видел в сновидении мельчайшие детали пола, стен или двери в свою комнату, детали, существование которых впоследствии было подтверждено мной, когда я бодрствовал.

      Дон Хуан сказал, что в некоторых отдельных сновидениях, подобных этому, наше внимание фокусируется на обычном мире и постоянно перемещается от одного реального объекта к другому. Это движение возможно благодаря соответствующему этому сновидению положению точки сборки. Находясь в этом положении, точка сборки делает внимание таким подвижным, что оно может в один миг переметнуться на невероятные расстояния. Когда это происходит, возникает переживание такого быстрого, такого мимолетного типа, что оно напоминает обычный сон.

     Дон Хуан объяснял, что в своем сновидении я видел настоящую вазу, а затем мое внимание переместилось на огромное расстояние, чтобы видеть сюрреалистическое изображение женщины с драгоценностями.

      Если не считать видения мною энергии, то все, что я наблюдал в этом сновидении в итоге было очень похоже на обычный сон, в котором рассматриваемые предметы быстро превращаются друг в друга.

     - Я знаю, как это неприятно, - продолжал он, очевидно заметив мою растерянность. - По какой-то причине, относящейся к устройству нашего ума, видение энергии в сновидении чревато такими неожиданностями, которых человек не может и представить.

     Я отметил, что и раньше видел энергию в сновидении, но это никогда не воздействовало на меня так.

    - Теперь формирование твоего энергетического тела завершено, и оно работает, - сказал он. - Поэтому твое видение энергии в сновидении означает, что ты путешествуешь по реальному миру, пока твое тело погружено в сон.

      Вот в чем важность этих твоих приключений. Все это было реальным. Ты столкнулся с вещами, порождавшими энергию, которая чуть было не погубила тебя.

    - Было ли это столь серьезно, дон Хуан?

    - Клянусь! Существо, нападавшее на тебя, было создано из чистого сознания и было таким же смертельно опасным, каким может быть любое другое живое существо. Ты видел его энергию.

      Уверен, что теперь ты понял, что если мы не видим, в сновидении, то нет никакой возможности отличить реальный энергообразующий мир от иллюзорного видения.

      Поэтому, даже несмотря на то, что ты победил неорганические существа и по-настоящему видел лазутчиков и туннели, твое энергетическое тело не знало наверное, были ли они реальными, то есть - генерирующими энергию. Ты был, возможно, уверен в этом на девяносто девять, но не на сто процентов.

    Дон Хуан настаивал, чтобы я рассказывал ему о своих последних путешествиях.

   Я обнаружил, что неизменно сталкиваюсь лицом к лицу с глубоким, непонятным страхом; он был темным и навязчивым, неотступно преследуя меня, заставляя меня ежиться.

     - Очевидно, ты перешел в другую плоскость, - сказал дон Хуан, закончив реплику, которой я не уделил внимания.

     - В какую плоскость, дон Хуан?

     - Мир похож на луковицу своими многими уровнями. Тот мир, который мы знаем - это лишь один из многих. Иногда мы пересекаем границы и выходим в другие плоскости, другие миры, очень похожие на наш, но не совпадающие с ним. И ты случайно сам вошел в один такой мир.

     - Как оказался возможным переход, о котором ты говоришь, дон Хуан?

      - Это бессмысленный вопрос, потому что на него нельзя ответить. С точки зрения магов вселенная составлена из уровней, которые энергетическое тело может пересекать.

       -Знаешь ли ты, где маги прошлого живут по сей день? На другом уровне, на другом слое луковицы. - Мы уже обсуждали этот вопрос до изнеможения. Я был убежден, что ты понял, что путешествие энергетического тела определяется исключительно положением точки сборки.

     - Твои затруднения - в твоем скептицизме, - сказал Дон Хуан. -Я был точно таким, как ты. Наш скептицизм не позволяет нам глубоко изменить понимание мира. И еще он вынуждает нас считать, что мы всегда правы.

     - Предлагаю тебе выполнять одно бессмысленное действие, которое поможет событиям принять другой оборот, - сказал он.

    - Постоянно повторяй про себя, что суть магии - в тайне точки сборки. Если ты достаточно долго будешь это повторять про себя, какая-то незримая сила возьмет верх и вызовет в тебе нужные изменения.

      Я поймал себя на мысли, что все это просто глупо.

     - Измени свое скептическое отношение к этому, - перебил он мои сомнения. - Повторяй эти слова самым добросовестным образом.

      В следующий раз, когда мы с доном Хуаном говорили о сновидениях, мы обсуждали причины, по которым я не мог продолжать свою практику сновидения уже на протяжении нескольких месяцев.

     Дон Хуан предупредил меня, что для объяснения моего положения ему придется пойти окольным путем.

     Он прежде всего указал на то, что между мыслями и действиями людей древности с одной стороны, и современных людей - с другой, существует громадное различие.

     Затем он отметил, что люди былых времен обладали очень реалистичным восприятием и осознанием мира.

     Потому что их видение проистекало из их наблюдений окружающей вселенной.

     Современные люди, в отличие от них, обладают до абсурдности нереалистичным восприятием и осознанием, потому что их взгляды основываются на их наблюдении общественных закономерностей и претворении их в жизнь.

    - Зачем ты говоришь мне это? - спросил я.

    - Потому что ты - современный человек, сталкивающийся с мировоззрением и наблюдениями людей древности, - ответил он. - И они тебе совершенно не знакомы.

Теперь, больше чем когда-либо, тебе нужно быть собранным и настойчивым. Я пытаюсь построить прочный мост, по которому ты мог бы идти от взгляда людей древности до взглядов современного человека.

      Он отметил, что я не знаком со всеми важными открытиями людей древности, кроме одного, которое дошло до наших дней. Речь шла об идее продажи своей души дьяволу в обмен на бессмертие.

     Он признался, что эта идея звучит для него как эхо отношений между магами прошлого и неорганическими существами.

    Он напомнил мне, как эмиссар в сновидении пытался вынудить меня остаться в его мире, предлагая мне за это возможность сохранить индивидуальность и самосознание на почти бесконечное время.

     - Как ты знаешь, уступка обольщению неорганических существ - это не просто идея; это - реальность, - продолжал дон Хуан. - А ты еще не понял до конца, чем чревата эта реальность.

     Сновидение тоже реально; это состояние порождения энергии. Когда ты слышишь мои слова, ты, конечно, понимаешь, что я имею в виду, но ты еще не осознал всей важности этого.

   - Уверяю тебя, что полностью осознаю, в каких ситуациях генерируется энергия, - сказал я.

     - А я уверяю тебя, что не осознаешь, - возразил он. - Если бы это было не так, ты бы относился к сновидению с большим вниманием и ответственностью. Но так как ты уверен, что ты всего лишь спишь, - ты делаешь выбор вслепую. Твои ошибочные суждения говорят тебе, что независимо от происшедшего в сновидении сон когда-нибудь закончится и ты проснешься.

     - Я рассказывал тебе о взглядах людей прошлого и современных людей, - продолжал дон Хуан, - потому что твое представление является представлением современного человека, рассматривающего непонятные идеи так, будто они являются бессмысленной фантазией.

    - Если бы я не начал этот разговор, ты бы так и рассматривал сновидение как некую абстрактную идею. Конечно же, я уверен, что ты относишься к нему серьезно, но ты не полностью веришь в реальность сновидения.

      Он предупредил меня, что поскольку сновидящие соприкасаются и входят в реальные миры, где возможны любые неожиданности, они должны постоянно находиться в состоянии непрерывного внимания и крайней осторожности; любая неосторожность, связанная с риском, может оказаться для сновидящего более чем ужасной.

    - Я говорю все это потому, что ты сейчас впервые оказываешься в состоянии понять, что сновидение – это ситуации, в которых возможно порождение энергии.

     - Рассматривай сновидение как очень опасное занятие! - приказал он мне. - Начинай прямо с этого дня! Без всяких туманных оговорок.

    -Ты можешь смещать свою точку сборки быстро и легко, - сказал он. - Но эта легкость приводит к тому, что смещение оказывается неустойчивым.

     -Научись контролировать эту свою способность. И не позволяй себе ни малейшего отклонения.

     Я уехал домой и в течение почти года добросовестно и регулярно повторял то, что дон Хуан просил меня произносить. Результат моих «молитвоподобных» взываний был невероятен.

    Я открыл, что энергия нашего мира мерцает. Она поблескивает. Не только живые существа, но и всё вообще в нашем мире тускло светится своим собственным внутренним светом.

     Дон Хуан объяснил, что энергия нашего мира образует слои мерцающих цветов. Верхний слой - белесый; следующий за ним - зеленовато-желтый, а следующий дальше - янтарный.

     Я обнаружил все эти оттенки, или, лучше было сказать, что я видел их мерцание, когда предметы, встречаемые мной в состоянии сновидения, меняли свои очертания. Однако белое сияние было всегда самым доступным при видении предмета, порождающего энергию.

    - Неужели всего цветов только три? - спросил я дона Хуана.

    - Их бесконечное число, - ответил он, - но для целей твоего начального состояния вполне достаточно этих трех. Позже ты сможешь получить их в любом наборе и выделить десятки оттенков, если захочешь этим заниматься.

     - Белый слой имеет цвет, свойственный нынешнему положению точки сборки человечества, - продолжал дон Хуан.

     - Будем говорить, что это современный цвет. Многие считают, что все совершенное человеком в наши дни отмечено этим беловатым сиянием.

      В одно время положение точки сборки человечества привело к тому, что господствующая энергия в мире была зеленовато-желтая; а еще раньше она была янтарно-желтая. Цвет энергии магов - тоже янтарно-желтый, что означает их энергетическую связь с людьми, жившими в далеком прошлом.

     - Думаешь ли ты, дон Хуан, что современный белый цвет энергии когда-нибудь изменится?

     - Если человечество окажется способным эволюционировать. Великая задача магов состоит в том, чтобы распространить идею, согласно которой для эволюции человечества вначале необходимо освободить свое осознание от привязанности к общественным условностям. Как только осознание освобождается, намерение направляет его по новому пути развития.

    - Ты думаешь, что магам удастся справиться с этой задачей?

    - Им уже удалось. Они сами - живой пример этому. А убедить других в важности и необходимости эволюционирования - это другое дело.

     Другим типом энергии, который я обнаружил в нашем мире, была энергия лазутчиков.     Это была отрицательная энергия, которую дон Хуан назвал шипящей.

    Я встречал десятки объектов в своих снах, которые, после того, как я видел их, превращались в шарики энергии, пенившиеся и. казалось, пузырящиеся вследствие каких-то внутренних тепловых процессов.

   - Запомни, что не каждый лазутчик, которого ты встретишь, принадлежит миру неорганических существ, - заметил дон Хуан.

    - Каждый лазутчик, которого до сих пор ты обнаруживал, за исключением голубого лазутчика, принадлежал этому миру. Но так получилось потому, что неорганические существа охотились за тобой. Они управляли происходящим с тобой. Теперь ты независим.

      Некоторые из лазутчиков, которых ты встретишь, не будут принадлежать миру неорганических существ, они будут из других, более отдаленных уровней восприятия.

    - А эти лазутчики осознают себя? - спросил я.

     - Конечно же, - ответил он.

     - Тогда почему же они не вступают с нами в контакт, когда мы бодрствуем?

     - Они-то вступают, но беда в том, что наше сознание так сильно занято, что у нас нет времени замечать их.

      Однако во сне наше внимание с его привычной узкой избирательностью раскрывается, и мы видим сны. Во сне мы можем общаться с существами из других миров.

     - Можно ли как-нибудь узнать, приходят ли лазутчики из уровней, существующих помимо мира неорганических существ?

     - Чем сильнее "шипит" их энергия, тем из более удаленных мест они приходят. Это звучит упрощенно, но ты должен дать возможность своему энергетическому телу сказать тебе, что есть что. Уверяю тебя, оно будет чувствовать тончайшее различие и делать безошибочные выводы при столкновении с враждебной энергией.

      И снова он был прав. Мое энергетическое тело без труда различало два общих типа отрицательной энергии.

      Первый был присущ лазутчикам из мира неорганических существ. Их энергия слегка шипела. Шипение было беззвучным, но оно имело все видимые признаки выделения пузырьков газа из воды, которая начинает кипеть.

     Энергия второго общего типа лазутчиков создала у меня впечатление наличия более значительного могущества. Эти лазутчики, казалось, вот-вот воспламенятся. Они вибрировали изнутри так, будто бы были заполнены газом, находящимся под давлением.

   Мои столкновения с враждебной энергией всегда были непродолжительными, потому что я всегда придерживался рекомендаций дона Хуана.

     Он сказал, что если при встрече с враждебной энергией не знаешь точно, что делать, или что ты можешь получить от нее, довольствуйся быстрым взглядом. Что-нибудь помимо такого взгляда так же опасно и безумно, как игра с гремучей змеей.

    - Почему это опасно, дон Хуан? - спросил я.

    - Лазутчики всегда очень агрессивны и крайне дерзки, - сказал он. - Они вынуждены быть такими, чтобы добиваться цели в своих исследованиях. Сосредоточивать внимание на них равносильно подстреканию их к тому, чтобы они заинтересовались тобой. Стоит им сконцентрировать внимание на себе, и ты будешь вынужден вступить с ними в контакт, а это, конечно же, опасно.

      Ты, например, можешь оказаться в конце концов в мире, вернуться из которого ты будешь не в состоянии, потому что тебе не хватит энергетических ресурсов.

     Дон Хуан объяснил, что существует много больше типов лазутчиков, чем те два, которые я перечислил. На моем теперешнем уровне энергии я могу встретиться только с тремя из них.

     Он сказал, что тех двух, которых я описал, заметить легче всего. Их вид в наших снах так бросается в глаза, что, по его словам, они сразу же привлекают наше внимание сновидения.

    Он представил третий тип лазутчиков как самый опасный в смысле агрессивности и могущества, потому что они имеют очень обманчивую наружность.

    - Одна из самых странных вещей, которые обнаруживают сновидящие и которую ты сам скоро обнаружишь, - продолжал дон Хуан, - это третий тип лазутчиков.

     Пока ты встречал только представителей первых двух типов, но это потому, что ты не смотрел, куда следует.

    - А куда следует смотреть, дон Хуан?

    - Ты снова попался на удочку слов; на этот раз тебя поймало слово "объекты", которое ты воспринимаешь только в значении "вещи, предметы".

    Так вот, самые свирепые лазутчики прячутся в наших снах под масками людей. Меня ожидал большой сюрприз, когда я в своем сновидении сфокусировался на образе своей матери. После того, как я проявил свое намерение видеть, она превратилась в зловещий пузырь клокочущей энергии.

    Дон Хуан сделал паузу, чтобы я прочувствовал его слова. Я чувствовал себя глупо в связи с тем, что меня встревожила возможность обнаружить в сновидении лазутчика, скрывающегося за образом моей матери.

   - Противно то, что они обычно связаны с образами наших родителей и близких друзей, - продолжал он. - Возможно, именно поэтому мы зачастую чувствуем беспокойство, когда они нам снятся.

   Его улыбка дала мне понять, что его веселит мое смятение.

   - Среди сновидящих есть правило считать, что третий тип лазутчиков встречается им всегда, когда они чувствуют тревогу в связи с появлениями родственников или друзей в снах. Можно только посоветовать избегать этих образов в сновидении. Они - истинный яд.

    - А где по отношению к другим лазутчикам находится голубой лазутчик? - спросил я.

    - Голубая энергия не шипит, - ответил он. - Она подобна нашей; она мерцает, но скорее напоминает собой голубой цвет, а не белый.

     Голубая энергия не существует в естественном виде в нашем мире.

       А это подводит нас к тому, о чем мы еще никогда не разговаривали. Какого цвета были лазутчики, которых ты видел до сих пор?

      До того момента, когда он спросил об этом, я никогда не думал на эту тему. Я сказал дону Хуану, что лазутчики, которых я видел, были либо розовыми, либо красноватыми. А он сказал, что смертельно опасные лазутчики третьего типа были ярко-оранжевыми.

      Я обнаружил, что третий тип лазутчиков чрезвычайно страшен. Каждый раз, когда я встречался с одним из них, я находил их скрывающимися за образом моих родителей, чаще всего матери. Видение этого образа всегда напоминало мне о том пузыре энергии, который напал на меня в том моем сновидении, в котором я впервые целенаправленно видел. Каждый раз, когда я сталкивался с ним, враждебная разведывающая энергия, казалось, вот-вот буквально набросится на меня. Мое энергетическое тело обычно реагировало на нее ужасом еще до того, как я видел ее.

       Во время нашего следующего обсуждения сновидения я спросил у дона Хуана о нынешнем полном отсутствии неорганических существ в моей практике сновидения.

      - Почему они больше не показываются? - спросил я.

      - Они появляются только в начале, - объяснил он. - После того, как их лазутчики проводят нас в их мир, у неорганических существ нет больше необходимости появляться здесь.

       Если мы хотим видеть неорганические существа, лазутчик сопровождает нас туда. Ведь никто, я подчеркиваю - никто не может сам путешествовать в их мир.

      - А почему это так, дон Хуан?

      - Их мир плотно закрыт. Никто не может войти туда или выйти оттуда без их разрешения. Единственное, что ты можешь сделать сам, когда ты находишься в их мире, это, конечно, заявить о своем намерении остаться там. Произнести намерение вслух означает возбудить движение потоков энергии, которое уже нельзя повернуть вспять.

      В былые времена слова были фактором, действующим с невероятной силой. Теперь это не так. Но в мире неорганических существ они все еще не потеряли силу.

      - Существует еще одна связанная с их миром тема, которую мы еще не обсуждали, - сказал Дон Хуан.

      - В конечном счете, - начал он, - моя антипатия к действию магов прошлого глубоко личная. Как нагваль я презираю то, что они делают.

      Они трусливо искали прибежища в мире неорганических существ. Они считали, что во вселенной, населенной хищниками, которые только и ждут, чтобы разорвать нас на куски, единственное спокойное пристанище для нас - это их мир.

     - Почему они верили в это? - спросил я.

     - Потому что это правда, - сказал он. - Поскольку неорганические существа не могут лгать, партия товаров, предлагаемых эмиссарами сновидения, полностью соответствует рекламе. Их мир может дать нам укрытие и продлить наше осознание почти навечно.

     - Товар эмиссаров, будь он самым прекрасным, мне совсем не нравится, - сказал я.

     - Значит ли это, что ты выберешь путь, где тебя могут разорвать на куски? - спросил он с ноткой недоумения в голосе.

     Я заверил дона Хуана, что не хочу пребывать в мире неорганических существ, несмотря на все его преимущества. Мои слова, казалось, бесконечно обрадовали его.

   - Теперь ты готов для того, чтобы услышать об одном очень важном свойстве этого мира. Это самые страшные сведения из тех которые я тебе могу сообщить, - сказал он и попытался улыбнуться. Но это у него получилось не очень удачно.

     - Энергия, необходимая для перемещения точки сборки мага, находится в мире неорганических существ, - сказал он, будто желая поскорее отделаться от этого.

      - Это истина, - продолжал дон Хуан, - и наследие, доставшееся нам от магов прошлого. Сделав это открытие, они сковали наши возможности.

     По этой причине я не уважаю их. Я терпеть не могу черпать энергию из одного источника. Лично я отказываюсь это делать.

    - Мы не можем общаться с ними, - ответил он, - и в то же время мы не можем полностью избегать их. Мое решение состоит в том, чтобы брать у них энергию, но не поддаваться их влиянию.

     Это называется окончательным сталкингом. Этого достигают, проявляя несгибаемое намерение существовать свободно, несмотря на то, что ни один маг не знает, что такое в действительности свобода.

    - Ты можешь мне объяснить, дон Хуан, почему маги вынуждены черпать энергию из мира неорганических существ.

    - Другой жизненно необходимой энергии для магов не существует. Для того, чтобы перемещать точку сборки так, как это делают они, магам необходим колоссальный объем энергии.

     Я напомнил ему о его собственных словах: для практики сновидения необходимо переупорядочение энергии.

    - Это верно, - ответил он. - Чтобы начать такую практику, маги должны пересмотреть свои ценности и высвободить задействованную энергию. Но эта переоценка эффективна только постольку, поскольку она помогает собрать нужное количество энергии, чтобы приступить к сновидению.

      Умение проникать в другие миры, видеть энергию, формировать энергетическое тело и еще многое - это совсем другое дело. Для всех этих дел магам необходимо большое количество темной враждебной энергии.

     - Но как они получают ее из мира неорганических существ?

     - Просто погружаясь в этот мир. Все маги нашей линии должны были делать это.

     Однако ни один из них не был настолько глупым, чтобы заниматься тем, чем занимаешься ты. И это потому, что никто из них не имеет твоих вредных наклонностей.

- На все возникающие у тебя вопросы ты можешь ответить сам, - сказал он и помахал мне на прощанье рукой.

 Сталкинг сталкеров

     - Я собираюсь предложить тебе выполнить одно задание, - сказал Дон Хуан.

     - Это последняя часть задачи третьих врат сновидения. Она представляет собой сталкинг сталкеров, самый загадочный прием магии.

      Использовать сталкинг сталкеров - означает преднамеренно черпать энергию из мира неорганических существ для того, чтобы совершать магические действия.

      - Какие магические действия, дон Хуан?

       - Путешествия, использующие осознание как средство передвижения, - объяснил он.      - В мире повседневной жизни мы используем воду как часть окружающей среды, пригодную для перемещения по ней. Вообрази, что осознание тоже может быть средством, с помощью которого можно путешествовать. Посредством осознания к нам приходят лазутчики со всех концов вселенной; подобно им, маги, в свою очередь, посредством осознания достигают самых удаленных концов вселенной.

      - Идея о том, что осознание - часть окружающего физического мира, действительно революционна, - сказал я с благоговейным ужасом.

     - Я не сказал, что осознание - составная часть физического мира, - поправил он меня. - Это часть энергетического мира. Ты должен понимать это различие. Для видящего мага осознание выглядит как свечение. Они могут согласовывать свое энергетическое тело с этим свечением и перемещаться с его помощью.

      Дон Хуан объяснил, что использование осознания как энергетического элемента нашего окружающего мира, - это суть магии.

      С точки зрения практики магии последовательность действий мага очерчивается так.

Первое: освобождение существующей в нас энергии в ходе безупречного следования пути мага. Второе: использование этой энергии для развития энергетического тела с помощью сновидения.

И третье: применение осознания как части окружающего мира для вхождения в энергетическом теле в другие миры совместно со всеми нашими физическими проявлениями.

      - Существует два типа энергетических путешествий в иные миры, - продолжал он.

       - Первый - когда сознание независимо от желания мага подхватывает энергетическое тело и доставляет его куда-нибудь. Другой имеет место, когда маг сам в полной ясности ума решает воспользоваться посредством осознания, чтобы осуществить путешествие.

      Ты уже знаком с первым типом передвижения. Чтобы овладеть вторым, требуется большая настойчивость.

       После продолжительного молчания дон Хуан отметил, что в жизни магов существуют вещи, требующие умелого обращения, и что использование осознания как энергетического элемента, доступного энергическому телу, является наиболее важной, практичной и опасной из этих вещей.

     - Ты сам не обладаешь достаточным количеством энергии, чтобы выполнить эту последнюю часть задачи третьих врат сновидения, - продолжал он, - но вместе с женщиной-нагвалем Кэрол Тиггс вы определенно сможете сделать то, что я имею в виду.

     - Я хочу, чтобы вы вдвоем разрушили границы обычного мира и, воспользовавшись осознанием как энергетическим элементом вошли в другой, - сказал он.

     - Эти разрушение и выход равносильны сталкингу сталкеров. Использование осознания как части окружающего мира позволяет обойти стороной влияние неорганических существ, но подразумевает применение их энергии.

     - Женщины вообще от природы наделены способностью искусно взаимодействовать с их миром; женщины-маги, конечно же, превосходят в этом всех остальных. Кэрол Тиггс в этом отношении лучше всех, кого я знаю, потому что как нагваль она наделена великолепной энергией.

    - Ты еще никогда не сновидел с Кэрол Тиггс. Ты увидишь, как это здорово. Женщинам-магам не нужно никаких помощников. Они просто уходят в этот мир тогда, когда хотят этого; есть лазутчик, который постоянно ждет их.

     Я подумал, что поймал дона Хуана на серьезном противоречии. Он говорил мне раньше, что неорганические существа вообще не проявляют интереса к женщинам. Теперь он утверждал обратное.

   - Нет. Я не противоречу себе, - заметил он, когда я высказал ему свои мысли. - Я говорил тебе, что неорганические существа не преследуют женщин; они гоняются только за мужчинами. Но я говорил тебе также, что неорганические существа воплощают женское начало, и что вся вселенная воплощает это начало во многих отношениях. Из этого делай свои собственные выводы.

        - Скажи мне еще раз, что мы должны сделать, - попросил я.

       Дон Хуан усадил нас на огромные старинные грязные стулья в фойе и терпеливо объяснил нам, что, как только мы попадем в мир неорганических существ, мы должны выразить намерение передать управление сознанием нашим энергетическим телам.

      Он посоветовал нам с Кэрол высказать свое намерение совместно, хотя это было не столь важно. Действительно важным, по его словам, было только наше намерение полностью передать осознание обыденного мира на попечение энергетического тела.

     - Как мы можем осуществить эту передачу осознания? - спросил я.

     - Передача сознания - это дело только правильного выражения своего намерения и обладания необходимым энергетическим потенциалом, - сказал он. - Кэрол уже знает это все. Она уже делала это раньше. Она уже посещала в физическом теле мир неорганических существ, когда вытаскивала тебя оттуда. Помнишь? Ее энергия справится с этим трюком.    Это склонит чашу весов.

     - Что значит "склонит чашу весов"? Я чувствую себя, как в преисподней, дон Хуан.

      Дон Хуан объяснил, что выражение "склонить чашу весов" означает в магии добавить весь свой физический вес к энергетическому телу.

      Он сказал, что при использовании сознания в качестве средства перемещения в другой мир решающую роль играет не применение какого-то метода, а совокупность намерения и достаточного запаса энергии.

      Если объем энергии Кэрол прибавить к моему, получится одна целостная сущность, объединяющая нас обоих, достаточно мощная, чтобы поднять наши физические тела и соединить их с нашими энергетическими телами для осуществления перехода в другой мир.

     - Весь ваш физический вес должен быть перенесен на энергетическое тело, - ответил дон Хуан.

     - Трудность этого маневра в том, чтобы обучить энергетическое тело вести себя соответствующим образом. Но вы оба уже сделали это.

      Плохое умение обращаться с энергетическим телом - единственная причина, по которой вы можете потерпеть неудачу, выполняя этот изящный прием окончательного сталкинга.

      Иногда обычный человек случайно умудряется сделать это и оказывается в другом мире. Но это обычно сразу же интерпретируют как сумасшествие или галлюцинации.

     - Забудьте о себе, и вы ничего не будете бояться, - его широкая улыбка и кивок были приглашением обдумать это утверждение.

        Мы вошли в ее комнату и уселись на край кровати. Моей последней сознательной мыслью была мысль о том, что эта кровать является реликвией начала века. Прежде чем я успел произнести хотя бы слово, я обнаружил себя лежащим на каком-то диковинном ложе.

      Кэрол была рядом со мной. Мы привстали одновременно. Мы были раздеты и укрыты тонкими одеялами.

     - Что все это значит? - спросила она дрожащим голосом.

     - Ты не спишь? - ответил я неуместным вопросом.

     - Конечно же, не сплю, - сказала она с ноткой нетерпеливости.

     - Ты помнишь, где мы были? - спросил я.

      - Я думаю, что я реальна, а ты нет, - сказала она в конце концов. - Я знаю, где я только что была. А ты хочешь обмануть меня.

       Я думал о ней точно так же. Она знала, где мы были, и собиралась проверить или разыграть меня. Дон Хуан говорил мне, что нас с ней одолевают демоны замкнутости и недоверия. И сейчас, очевидно, я имел хорошую возможность убедиться в этом.

      - Я отказываюсь плясать под твою дудку, - сказала она, ядовито взглянув на меня. - Это я тебе говорю, кто бы ты ни был.

       Она взяла одно из одеял, которыми мы были укрыты, и завернулась в него.

       - Я собираюсь еще некоторое время полежать здесь, а потом отправиться туда, откуда я приехала, - сказала она, изображая решительность. - А вы с нагвалем играйте сами в эти свои игры.

      - Прекрати болтать чепуху, - сказал я властно. - Мы в ином мире.

      Она не обратила никакого внимания на мои слова и повернулась спиной ко мне, как недовольный разбалованный ребенок. Я не хотел тратить свое внимание сновидения на тщетные попытки доказать реальность происходящего. Я начал изучать окружающее.

      Помещение было освещено только светом луны за окном, которое было как раз напротив нас. Мы были в небольшой комнатке, на высокой кровати. Я заметил, что кровать была довольно примитивной. Четыре толстых столбика были врыты в землю, а сама основа кровати была решеткой из длинных палок, прикрепленных к этим столбикам. Сверху на ней лежал толстый, но довольно твердый матрац. Не было ни постели, ни подушек. Мешки из грубой ткани, заполненные чем-то непонятным, были свалены в кучи возле стен. Два мешка у самой кровати, положенные друг на друга, служили подставкой, чтобы взбираться на нее.

     Рассматривая стены в поисках выключателя, я обнаружил, что наша высокая кровать находилась в углу у стены. У нашего изголовья была стена; я находился на внешнем краю кровати, в то время как Кэрол лежала возле другой стены. Когда я сел на краю кровати, я заметил, что она была более чем на три фута поднята над поверхностью земли.

     Вдруг Кэрол привстала и произнесла, ужасно шепелявя:

     - Это отвратительно! Нагваль ведь не говорил мне, что я окажусь в таком положении.

     - И я не знал, что все будет так, - сказал я.

      Я хотел сказать что-то еще и завязать разговор, но мое беспокойство достигло невероятных масштабов.

      - А ты заткнись, - перебила она меня резким, исполненным злобы голосом. - Ты не существуешь. Ты - призрак. Исчезни! Исчезни!

       Ее шепелявый голос показался мне забавным, и это отвлекло меня от моего неотступного страха. Я встряхнул ее за плечи. Она вскрикнула, но не столько от боли, сколько от удивления и раздражения.

     - Я - не призрак, - сказал я. - Мы путешествуем, объединив нашу энергию.

        Кэрол Тиггс славилась среди нас своей способностью быстро привыкать к любой ситуации. Уже через несколько мгновений она уверовала в реальность нашего положения и начала искать в полутьме свою одежду. Я восхищался тем, что она не боится. Она увлеклась поисками, размышляя вслух о том, где она могла оставить свою одежду, если бы ложилась в постель в этой комнате.

       - Ты видишь где-нибудь стул? - спросила она.

        Я туманно различал нагромождение из трех мешков, которое могло бы служить в качестве стола или высокой скамьи. Она спрыгнула с кровати, подошла к ней и обнаружила там нашу одежду, аккуратно сложенную так, как она обычно это делала. Она подала мне мою; одежда была в самом деле моей, но не той, в которой я был тогда, когда находился в номере Кэрол в гостинице "Реджис".

      - Это не моя одежда, - прошепелявила она. - А может быть, и моя. Как странно!

Мы оделись молча. Я хотел сказать ей, что вот-вот начну беспокоиться.

       Я также хотел высказаться о том, как быстро мы переместились в этот мир, но, когда я начал одеваться, то обнаружил, что мои мысли о нашем путешествии стали очень туманными. Я едва ли мог помнить, где мы были до того, как проснулись в этой комнате. Было так, будто комната в гостинице приснилась мне. Я делал всевозможные попытки вспоминать, преодолевая туман, который начал окутывать меня.

      Мне удалось разогнать дымку в памяти, но это истощило всю мою энергию. Мои старания привели к тому, что я стал задыхаться и покрылся испариной.

     - Что-то чуть-чуть было не одолело меня, - сказала Кэрол. Я взглянул на нее. У нее на теле, так же как и у меня, выступил пот. - Оно тебя тоже едва не одолело. Что ты думаешь об этом?

      - Все зависит от положения точки сборки, - сказал я с абсолютной уверенностью.

      Она согласилась со мной.

      - Это неорганические существа одерживают верх над нами, - сказала она, дрожа. - Нагваль предупреждал, что это будет ужасно, но я никогда не могла подумать, что это будет так ужасно.

       Я полностью согласился с ней; мы попали в отвратительную переделку, но я не мог понять, откуда взялся весь ужас нашей ситуации.

       Ни я, ни Кэрол не были уже новичками; мы наблюдали и участвовали во множестве экспериментов, среди которых были совершенно невыносимые. Но в этой нашей комнате, где мы находились в сновидении, было что-то невероятно страшное для меня.

      - Мы в сновидении, не так ли? - спросила Кэрол.

       Я подтвердил это как нечто несомненное, хотя я бы отдал все, чтобы здесь оказался дон Хуан, чтобы убедить в этом меня самого.

       - Почему я так испугалась? - спросила она меня так, будто я мог ей это рационально объяснить.

      Прежде, чем я смог подумать об этом, она сама ответила на свой вопрос. Она сказала, что в действительности ее испугала невозможность ощущать что-либо еще, кроме доступного органам чувств.

      Так бывает, когда точка сборки не может переместиться из положения, в котором она находится в этот момент.

      Она напомнила мне, что дон Хуан говорил нам о власти над нами обыденного мира в результате того, что точка сборки неподвижно пребывает в ее обычном месте.

       Именно эта неподвижность точки сборки делает наше ощущение мира настолько самодостаточным и тягостным, что мы не можем выйти за его пределы.

      Кэрол также напомнила мне еще об одной вещи, о которой ей говорил нагваль: если мы хотим преодолеть эту самодовлеющую силу, мы должны рассеять туман, то есть сместить точку сборки с помощью намерения изменить ее местоположение.

        Раньше я никогда не понимал, что дон Хуан имел в виду, произнося эти слова. Но я постиг смысл этого, поскольку должен был перевести свою точку сборки в другое положение, чтобы рассеять туман мира, в котором мы находились и который уже начал было поглощать меня.

        Кэрол и я, не говоря друг другу ни слова больше, подошли к окну и выглянули. Мы были в сельской местности. Лунный свет озарял какие-то низкие темные очертания жилых сооружений. Судя по всему, мы были в подсобном помещении или кладовой большого сельского дома.

     - Ты помнишь, как мы здесь ложились в кровать? - спросила Кэрол.

     - Я почти помню это, - сказал я, имея в виду именно это.

      Я объяснил ей, как вынужден был прилагать усилия, чтобы сохранить в уме образ ее гостиничного номера.

      - Мне пришлось делать то же самое, - сказала она испуганным шепотом. - Я знаю, что если мы, оказавшись здесь, потеряем память, - нам конец.

      Затем она спросила меня, хочу ли я выйти из этого сарая и посмотреть, что снаружи. Я отказался. Мое предчувствие чего-то плохого было таким сильным, что я был не в состоянии произнести ни слова. Я только покачал головой в ответ.

    - Ты во многом прав, когда не хочешь выходить отсюда, - сказала она. - Я предчувствую, что если мы выйдем из этой лачуги, мы никогда не вернемся назад.

      Я хотел было открыть дверь и только выглянуть наружу, но она остановила меня.

     - Не делай этого, - сказала она. - Ты можешь впустить сюда что-то снаружи.

       В это время перед моим мысленным взором прошел образ ветхой клетки, в которой мы с Кэрол находились. Все что угодно - например, открытая дверь, - могло нарушить неустойчивое равновесие этой клетки. В тот момент, когда я подумал об этом, у нас одновременно появилось одно и то же стремление. Мы так быстро сняли с себя одежду, как будто от этого зависела наша жизнь; затем мы запрыгнули на высокую кровать, не пользуясь для этого двумя мешками, стоящими там в качестве лестницы. Но в следующее мгновение мы были вынуждены спрыгнуть обратно вниз.

        Было очевидно, что мы с Кэрол одновременно поняли одно и то же. Она подтвердила мою догадку, когда сказала:

      - Если мы используем что-нибудь принадлежащее этому миру, мы только ослабляем себя. Когда я стою здесь раздетой, вдали от кровати и вдали от окна, я без затруднений вспоминаю о том, откуда пришла. Но если я лежу на кровати, надеваю на себя эту одежду или выглядываю в окно, я ощущаю на себе воздействие этого мира.

       Мы долго стояли в центре комнаты, прижавшись друг к другу. Зловещее подозрение начало терзать мой ум.

      - Как мы будем возвращаться в наш мир? - спросил я в надежде, что она знает.

      - Возврат в наш мир произойдет сам по себе, если мы не затеряемся в местном тумане, - сказала она с чувством несокрушимой убежденности, которое всегда было ей свойственно.

       И она была права. Через некоторое время мы с Кэрол проснулись одновременно в ее постели в номере.

       То, что вы сделали, было едва ли не самой опасной вещью, которую можно себе вообразить, - сказал Дон Хуан.

      Он обратился к Кэрол и сказал ей, что наши старания увенчались одновременно полной удачей и абсолютным поражением.

     - Ваше путешествие стало возможным не вследствие вашей объединенной энергии, - продолжал он. - Что-то другое забросило вас в иной мир. Оно даже подобрало для вас соответствующую одежду.

      - Ты хочешь сказать, нагваль, что и одежда, и кровать, и комната встретились на нашем пути только потому, что мы попали под влияние неорганических существ? - спросила Кэрол.

     - Еще бы! - ответил он. - Как правило сновидящие просто путешествуют. Но ваше путешествие оказалось не таким, вы оказались рядом со сценой, на которой состоялось представление, бывшее когда-то проклятием для магов пошлого. С ними происходило в точности то, что случилось теперь с вами.

      Неорганические существа завлекали их в миры, из которых маги не смогли вернуться.     Мне следовало бы предвидеть это, но я даже не догадывался, что неорганические существа могут проявить свою сущность, устраивая вам такую ловушку.

    - Ты хочешь сказать, что они хотели заставить нас навсегда остаться там? - спросила Кэрол.

     - Если бы вы вышли из той лачуги, вы до сих пор безнадежно скитались бы в том мире, - сказал дон Хуан.

      По его словам, вследствие того, что мы перенеслись в другой мир вместе с физическими телами, фиксация наших точек сборки на том положении, в которое ее установили неорганические существа, была такой прочной, что это создало нечто типа тумана, сделавшего недоступным память о мире, из которого мы пришли.

     Он прибавил, что обычным следствием такой неподвижности является невозможность возврата точки сборки в ее исходное положение, что и происходило с магами прошлого.

     - Задумайтесь над этим, - призвал он нас. - Возможно, именно это происходит со всеми нами в этом нашем обыденном мире.

      Мы пребываем здесь, и фиксация нашей точки сборки так прочна, что мы забыли, откуда мы пришли и в чем состояла цель нашего прибытия сюда.

     - Есть один вопрос, не дающий мне покоя, - сказала Кэрол дону Хуану. - Мы ведь на самом деле занимались не тем, что использовали осознание как средство совершить путешествие, правда?

     - Это правда, - сказал дон Хуан и глубоко вздохнул. - Задача состояла в том, чтобы увильнуть от неорганических существ и не попасть к ним во власть.

    - А что нам делать теперь? - спросила она.

    - Вам следует временно отложить занятия сталкингом сталкеров, пока вы не окрепнете, - сказал он. - А может быть и так, что вам никогда не удастся постичь это искусство.

       В конце концов, это не имеет значения: если не подходит одно, подойдет другое. Магия -   это бесконечное дерзание.

       Он объяснил нам снова, будто пытаясь запечатлеть свои слова в нашем уме, что для использования осознания как части окружающего мира сновидящие прежде всего должны путешествовать в мир неорганических существ.

     Затем им следует использовать эти путешествия как трамплин для накопления нужного количества этой действительно темной энергии. После чего им следует проявить намерение достичь других миров с помощью осознания.

 Четвертые врата сновидения

     Следуя предначертаниям духа, я должен сказать тебе, что представляют из себя четвертые врата сновидения.

     - Дух не оставляет решать это ни тебе, ни мне. Я должен описать тебе четвертые врата сновидения, нравится мне это или нет.

      Дон Хуан объяснил, что в четвертых вратах сновидения тело энергии путешествует в особые конкретные места, и что существуют три пути использования четвертых врат: первый - путешествовать в определенные места этого мира, второй - путешествовать в определенные места за пределами этого мира, и третий - путешествовать в те места, которые существуют только в намерении других.

     Он отметил, что последний путь наиболее трудный и опасный из всех и, более того, является склонностью древних магов.

    - И что же, по-твоему, мне делать с этим знанием? - спросил я.

    - В данный момент - ничего. Просто отложи его, пока не понадобится.

    - Ты хочешь сказать, что я смогу пересечь четвертые врата сновидения самостоятельно, без всякой помощи?

    - Сможешь ты это сделать или нет - зависит от духа.

      Урок о четвертых вратах сновидения состоит из двух частей.

  Первую я тебе вскоре объясню. Вторую часть объяснить тебе не сможет никто, потому что это нечто, касающееся только тебя лично.

   Все нагвали моей линии получали такой урок из двух частей. Но все они были разные: они всегда в точности соответствуют особенностям личности каждого нагваля.

    - Как ты уже знаешь, способность современных нагвалей непосредственно ощущать энергию - это дело личного достояния, - сказал дон Хуан.

    - Мы управляем точкой сборки посредством самодисциплины. Для древних магов перемещение точки сборки было следствием подчинения другим - их учителям, которые осуществляли эти перемещения темными способами и представляли их своим ученикам как дары силы.

     - Что-то сделать для нас может только тот, кто обладает большей, чем у нас, энергией, - продолжал он. - Например, нагваль Хулиан мог превращать меня по своему желанию в кого угодно: от дьявола до святого. Но он был безупречным нагвалем и позволял мне быть собой.

      Древние маги не были безупречными, и посредством непрерывных усилий достигали контроля над другими, создавая ситуации, полные ужаса и мрака, которые передавались от учителя к ученику.

     Дон Хуан сказал, что, как мне это уже хорошо известно - все, чем он является и все, что он знает, - наследие его учителя, нагваля Хулиана. В свою очередь, тот унаследовал все от своего учителя, нагваля Элиаса. Нагваль Элиас - от нагваля Розендо; тот - от нагваля Лухана, нагваль Лухан - от нагваля Сантистебана, нагваль Сантистебан - от нагваля Себастьяна.

    Он повторил мне очень официальным тоном то, что объяснял уже не раз: что перед нагвалем Себастьяном было еще восемь нагвалей, но те были совсем другими. Они по-другому относились к магии, иначе понимали ее, хотя оставались при этом в русле все той же магической линии.

   - Ты должен вспомнить теперь и повторить мне все, что я говорил тебе о нагвале Себастьяне, - потребовал он.

Его просьба показалась мне странной, но я повторил все то, о чем не раз слышал от него самого или членов его отряда о нагвале Себастьяне и мифологическом маге древности, бросившем вызов смерти, известного всем им как "арендатор".

    - Ты знаешь, что "бросивший вызов смерти" каждое поколение делает нам дары силы, - сказал дон Хуан, - и именно особая природа этих даров силы стала тем фактором, который изменил само направление нашей линии.

     Он объяснил, что арендатор, будучи магом старой школы, обучился у своих учителей всем сложностям перемещения своей точки сборки.

     Так как тысячи лет странной жизни и осознания - это время, достаточное для совершенствования чего угодно, - теперь он знает, как достичь и удержать сотни, если не тысячи, позиций точки сборки.

    Его дары одновременно являются как планом для перемещения точки сборки в особые места, так и руководством по удержанию ее в избранных позициях, достигая таким образом состояния соответствия.

     Дон Хуан внимательно посмотрел на меня и сообщи, что, к примеру, нагваль Лухан получил от арендатора в дар не менее пятидесяти позиций. Он ритмически покачивал головой, как бы молча призывая меня обратить внимание на то, что он только что сказал. Я молчал.

  - Пятьдесят позиций! - воскликнул он драматически. - Даже дара в виде одной или, самое большее, двух позиций точки сборки было бы более чем достаточно.

   - Мы обсудили странные достижения древних магов, - продолжал дон Хуан. - Но всегда тяжело воспринимать объяснения, не имея собственного знания.

     - Пойдем в церковь, - сказал он. - Арендатор любит церковь и ее окрестности. Я уверен, что сейчас самое время пойти туда.

    -Где арендатор? – спросил я, когда мы вошли. – Он один из тех, трех мужчин, которые вышли.

    -Нет, - шепнул он в ответ. - Арендатор - одна из трех женщин, которые остались. Она там, сзади.

     В этот момент женщина в заднем ряду повернула ко мне голову, улыбнулась и кивнула.

    - Почему ты не говорил мне, что арендатор - женщина?

    - Тот маг - это бросивший вызов смерти, - сказал он торжественно. - Для мага, столь опытного в перемещениях точки сборки, быть мужчиной или женщиной - дело выбора или удобства.

      Это первая часть урока сновидения, о которой я тебе говорил, и бросивший вызов смерти и есть тот таинственный посетитель, который собирается провести тебя через него. Никогда в жизни тебе еще не приходилось проходить такое испытание. Сейчас тебе нужно спокойствие.

   - Я не могу сказать тебе, что делать, - продолжал он. - Как всякий нагваль, я поверну тебя лицом к твоей задаче, предварительно рассказав тебе косвенным образом кое-что имеющее отношение к предстоящему делу. Это еще один прием нагвалей: говорить обо всем, ничего не говоря или спрашивать, не спрашивая.

   - Первая часть урока сновидения сводится к вопросу о том, что быть мужчиной или женщиной не означает окончательности этого состояния, а является результатом особого расположения точки сборки, - сказал он.

   - Это происходит в результате напряжения воли и тренировок. Поскольку эта тема была близка сердцам древних магов, - только они одни могут пролить свет на это.

   - Я не могу согласиться с этим и поверить тому, о чем ты говоришь, - сказал я, почувствовав, как жар приливает к лицу.

- Но ты видел женщину, - возразил дон Хуан. - Ты считаешь, что это только фокус?

- Я не знаю, как мне к этому отнестись.

- Это существо в церкви, - реальная женщина, - убедительно произнес он. - Почему это так тебя волнует?

    Тот факт, что она родилась мужчиной, лишь подтверждает силу колдовских деяний старых магов. Это не должно удивлять тебя. Ведь ты сам являешься ярким примером олицетворения всех принципов магии.

    -Твоя ошибка в том,- сказал он - что ты пытаешься сделать свои оценки универсальными.

   - То, о чем мы говорим, - это основополагающие принципы, - закричал я. - И они соответствуют человеку здесь или в любом другом месте во вселенной.

   - Правильно. Правильно, - сказал он спокойным голосом. - Все, что ты говоришь, верно лишь тогда, когда твоя точка сборки остается в обычной позиции.

      Но в тот момент, когда она смещается в пределах определенных границ, и наш обычный мир больше не существует, - ни один из принципов, которые ты отстаиваешь, не имеет того значения, о котором ты говоришь.

     Твоя ошибка заключается в том, что ты забываешь: бросивший вызов смерти переступает эти пределы тысячи и тысячи раз. Не надо быть гением, чтобы понять, что арендатор не связан больше теми силами, которыми пока еще связан ты.

    Я повторяю - это существо в церкви - женщина. Это "она". И у нее есть все органы и атрибуты женщины. - Тебя всегда привлекали женщины, не так ли? Похоже, что эта ситуация - для тебя, как по заказу.

      Затем я принял решение. Я встал и громко заявил, что у меня нет желания иметь дело с арендатором ни в каком состоянии. Я решил пренебречь всем этим и вернуться в дом дона Хуана, а затем - к себе домой

  Мое сердце стало биться так сильно, что я почувствовал его пульсацию в желудке.    Внезапно это биение сменилось голосом эмиссара. Он нарушил свое обещание не вмешиваться и сказал, что невероятная сила учащает биение моего сердца, чтобы заставить меня вернуться в церковь. Идти в дом дона Хуана означало - идти к смерти.

    - Так ты не умрешь.- сказал Дон Хуан. Твоя телесная энергия имеет бесконечные ресурсы. И мне никогда не приходило в голову, что ты трус. Я уважаю твои решения, и меня совершенно не интересует, что движет их принятием.

     -Ты в конце пути, так же, как и я. Так будь настоящим нагвалем. Не стыдись самого себя. Я думаю, что если бы ты был трусом, ты бы умер от страха много лет назад. Но если ты боишься встретиться с бросившим вызов смерти, тебе лучше умереть, чем встретиться с ним. В этом нет стыда.

    - Давай вернемся назад в церковь, - сказал я как можно спокойнее.

    - Ты должен понять, что только ты сам можешь принять решение, встречаться или не встречаться с арендатором, принять или отвергнуть его дар силы, - сказал дон Хуан.

    - Но твое решение должно быть высказано женщине в церкви наедине; иначе оно не будет иметь силы.

      Дон Хуан сказал, что дары арендатора необычайны, но плата за них огромна. И сам он не одобряет ни дары, ни цену.

     - Перед тем, как ты примешь настоящее решение, - продолжал дон Хуан, - ты должен знать все детали наших действий с этим магом. - Не дело прятать голову под крыло, чтобы не видеть опасности. Это момент правды. Все, что ты сделал и испытал в мире магов, привело тебя к нему.

   Я не хотел этого говорить, потому что знал, - тебе скажет об этом твоя телесная энергия; но нет пути избежать того, что предназначено. Даже через смерть. Ты понял? - Он потряс меня за плечо. - Ты понял? - повторил он.

    - Ты должен встретить бросившего вызов смерти хладнокровно и как нечто давно ожидаемое, - продолжал он. - Ты можешь сделать это только по собственному убеждению.

      Он сказал, что, как предполагается, арендатор будет расплачиваться за энергию, которую он забирает у нагвалей нашей линии, но чем бы он ни заплатил, - это будет связывать магов на поколения.

      После того, как со всех этих нагвалей взята плата энергией, женщина в церкви обучает их, как в точности расположить их точку сборки в определенных особых положениях, которые она выбирает сама.

     Другими словами, она связывает каждого из этих людей с даром силы, представляющим собой предварительно выбранную особую позицию точки сборки и всего, что ей сопутствует.

     Дон Хуан напомнил мне о том, как однажды, много лет назад, он взял меня на встречу с бросившим вызов смерти, и я увидел мужчину - странного индейца, не молодого и не старого, очень хрупкого телосложения. Больше всего мне запомнился его странный акцент и одна необычная метафора, которую он использовал, описывая вещи. Он говорил: "mis ojos se pasearon" - "мои глаза идут вперед". Например, он говорил: "Мои глаза идут вперед на шлемы испанских завоевателей".

      Воспоминание об этом было столь мимолетным, что мне всегда казалось, что встреча продолжалась лишь несколько минут. Но позднее дон Хуан сказал мне что я пробыл с бросившим вызов смерти целый день

   - Почему ты называешь дары бросившего вызов смерти дарами силы? И в чем тут тайна? - спросил я. - Ведь ты и сам можешь перемещать свою точку сборки куда угодно, разве не так?

     - Это дары силы, потому что они являются продуктом особого знания магов древности, - сказал он.

     - Это тайна, потому что никто на этой земле, кроме бросившего вызов смерти, не может явить нам пример таких знаний.

      Я, конечно, могу расположить свою точку сборки там, где хочу, внутри или за пределами энергетической формы человека. Но чего я не могу, и что подвластно лишь бросившему вызов смерти, - это знать, что нужно делать с моим энергетическим телом в каждом из этих положений с тем, чтобы достигнуть полного восприятия, полного единства.

      Затем он объяснил, что современные маги не знают особенностей многих тысяч возможных позиций точки сборки.

     - О каких особенностях ты говоришь? - спросил я.

     - Особые способы обращения с энергетическим телом, направленные на достижение прочной фиксации отдельных позиций точки сборки, - ответил он.

     Дон Хуан привел в пример себя. Он сказал, что дар силы, полученный им от бросившего вызов смерти, заключался в знании позиции точки сборки вороны и способах манипуляции своим энергетическим телом для достижения полного восприятия себя вороной.

     Он объяснил, что полное восприятие и полное отождествление - это то, чего старые маги добивались любой ценой, и что в случае с его собственным даром силы полное восприятие пришло к нему в результате постепенного процесса обучения, шаг за шагом, как учатся работать на очень сложной машине.

      В дальнейшем дон Хуан объяснил, что большинство сдвигов точки сборки, осуществляемые современными магами, - это незначительные сдвиги в пределах тонкого пучка светящихся энергетических волокон внутри светящегося яйца; пучка, называемого "человеческой полосой", или просто человеческим аспектом энергии вселенной.

     За пределами этого пучка, но все еще в пределах светящегося яйца, располагается сфера глубоких сдвигов. Когда точка сборки смещается в любое место этой сферы, восприятие для нас все еще возможно, но для абсолютного постижения требуется крайне детальные процедуры.

     - Неорганические существа попросту надували вас с Кэрол Тиггс в вашем последнем путешествии, якобы помогая вам при попытке достигнуть абсолютного слияния, - сказал дон Хуан.

    - Они сместили ваши точки сборки в максимально отдаленное место, помогая вам воспринимать так, словно вы находитесь в своем повседневном мире. Это почти невозможная вещь. Для такого восприятия магу требуются или практические знания, или могущественные друзья.

     -Твои друзья в конце концов предали бы вас с Кэрол, и вам пришлось бы учиться практическим способам борьбы за выживание в этом мире. В результате вы оба до краев бы наполнились прагматизмом, уподобившись в этом наиболее знающим магам древности.

  - Каждый глубокий сдвиг точки сборки требует особой проработки, - продолжал он, - которую современные маги могли бы изучить, если бы знали как фиксировать точку сборки на довольно длительное время при любом таком сдвиге. Только маги древности обладали необходимыми для этого особыми знаниями.

   - Сейчас твоя очередь встретиться с арендатором, - продолжал он. - Возможно, что дары, которые он тебе даст, станут последней каплей, после чего наша линия окончательно погрузится во мрак, поглотивший магов древности.

  - Это ужасно болезненно, - сказал я.

    - Я тебе искренне сочувствую, - серьезно ответил он. - Знаю, что тебя не успокоит, если я скажу тебе, что это самое серьезное испытание для современного нагваля.

     - Почему я должен пойти на это, дон Хуан?

     - Потому что, сам того не зная, ты уже принял вызов бросившего вызов смерти. За время твоего ученичества я подготовил тебя к этой встрече незаметно для тебя самого, точно так же, как это проделал со мной мой учитель

- Ты уверен, дон Хуан, что эта женщина была арендатором? - спросил я, все еще надеясь, что это ошибка или плохая шутка.

    - Я совершенно уверен, - сказал он. - Кроме того, даже если бы тогда я и был таким тупым, чтобы забыть арендатора, мое видение не может меня подвести.

    - Я уже сказал тебе, что быть натуральным мужчиной или натуральной женщиной является вопросом положения точки сборки, - сказал дон Хуан.

    - Но, естественно, я имел в виду того, кто родился или мужчиной или женщиной. Для видящего самая яркая часть точки сборки обращена наружу, если это женщина, и вовнутрь, - если это мужчина.

    Точка сборки арендатора первоначально была обращена вовнутрь, но он менял ее положение, и, вращая ее, превратил свою яйцеобразную энергетическую оболочку в подобие спиралевидной раковины.

       Дон Хуан был прав, когда говорил, что сновидящий, вызывая систематическое перемещение своей точки сборки, раскрепощает восприятие, расширяя диапазон и масштабы того, что может быть воспринято.

      Для магов его партии сновидение не только открывало врата в любые воспринимаемые миры, но и готовило их ко вхождению в эти миры в полном осознании.

     Одно последнее индульгирование на дорожку: страх умереть от руки бросившего вызов смерти. Мне стало страшно до спазмов в желудке. Я пытался извиняться, но Дон Хуан рассмеялся.

   - Ты не уникален в своем страхе, - сказал он. - Когда я встретил бросившего вызов смерти, я наложил в штаны. Поверь мне.

    Я долго ожидал в молчании, это были тяжкие минуты.

   - Ты готов? - спросил он.

     Я сказал - да!

     Вставая, он добавил: - Тогда идем, посмотрим, как ты сможешь выйти на линию огня.

     Он направился назад в церковь. Все, что я могу вспомнить до сегодняшнего дня, - это то, как он тащил меня весь этот путь. Я не помню, как мы дошли до церкви, как вошли в нее. Дальше мне запомнилось, как я опустился на колени на длинную потертую деревянную скамью рядом с женщиной, которую заметил раньше. Она улыбалась мне. В отчаянии я оглянулся, пытаясь найти дона Хуана, но его нигде не было. Я бы заметался, как летучая мышь, вырвавшаяся из мрака, если бы женщина не удержала меня, схватив за руку.

     - Ты что, боишься меня, маленькую? - спросила меня женщина по-английски.

     Я стоял, словно приклеенный к тому месту, где преклонил колени. Ее голос - вот что мгновенно приковало мое внимание. Я не могу описать, что было в этом резком звуке, проникнувшем в самые потаенные уголки моей памяти. Мне показалось, что я знал этот голос всегда.

     Я остался стоять неподвижно, загипнотизированный этим звуком. Она спросила меня по-английски еще о чем-то, но я не мог понять, о чем она говорила. Она опустилась на колени справа от меня.

    - Я понимаю, что такое настоящий страх. Я живу с ним.

Я только собрался заговорить с ней, когда услышал голос эмиссара у своего уха.

    - Это голос Хермелинды, твоей кормилицы, - сказал он.

    - Разреши мне держать тебя за руку, - попросила она.

     Однако ее просьба звучала как приказ. Я подчинился и оставил свою руку в ее, не в силах ответить нет.

    - Спасибо за твое доверие и веру в меня, - прошептала она.

      Я автоматически сел, остановленный любопытством. Странно, но мое волнение внезапно исчезло, - пропал и мой страх. У меня даже хватило смелости спросить.

    - Ты действительно женщина?

    Она тихо усмехнулась, словно молодая девушка. Затем она заговорила.

    - Если ты опасаешься, что я превращусь в грозного мужчину, который в состоянии причинить тебе вред, то глубоко ошибаешься, - сказала она еще более гипнотическим, странным голосом. - Ты мой благодетель. Я твоя слуга, и я была слугой всем твоим предшественникам.

     Сконцентрировав всю свою энергию, я высказал ей свои мысли.

     - Пожалуйста, бери мою энергию, - сказал я. - Это мой дар тебе. Но я не хочу от тебя никакого дара силы. Я так решил.

     - Я не могу взять твою энергию даром, - прошептала она. - Я плачу за то, что получаю. Это сделка. Глупо отдавать свою энергию даром.

    - Я был глупцом всю мою жизнь. Поверь мне, - сказал я. - Я, конечно, могу позволить себе сделать тебе такой подарок. У меня нет с этим проблем. Тебе нужна энергия - бери ее. Но я не нуждаюсь в излишествах. У меня ничего нет, и мне это нравится.

    - Возможно, - сказала она задумчиво.

     Агрессивным тоном я спросил, что, собственно, "возможно" - возможно взять мою энергию, или возможно ее недоверие к тому, что у "меня ничего нет, и мне это нравится".

     Она довольно ухмыльнулась и сказала, что она, возможно, возьмет мою энергию, раз я столь великодушно ее предлагаю, но она должна будет расплатиться. Она должна мне отплатить чем-то равноценным.

     - Я не могу просто взять твою энергию, - сказала она. - Мы должны заключить соглашение другого рода.

      Слушая ее, я понял, что она говорит по-испански с очень сильным и странным акцентом. Никогда в своей жизни я не слышал, чтобы кто-либо так говорил. В каждом слове она добавляла лишнюю фонему в середине слога.

     - У тебя очень необычный акцент, - сказал я. - Откуда он?

    - Почти из загробного мира, - сказала она и вздохнула.

     Между нами установился контакт. Я понял, почему она вздохнула. Она была ближе всего к вечности, в то время как я был чем-то временным.

     Это было моим преимуществом. Бросившая вызов смерти загнала себя в угол, а я был свободен.

     В ней было около пяти футов и шести или семи дюймов роста. Она была одета в длинное платье и черную шаль. Она стояла на коленях, и я мог видеть ее гладкие пятки и часть ее сильных икр. Ее талия была тонкой. У нее были большие груди, которые она не могла или, возможно, не хотела скрывать под своей шалью. Ее блестящие черные волосы были заплетены в косы. Она не была красавицей, но не была и простушкой.

     Ее черты ни в коей мере не были выдающимися. Я ощущал, что ничто в ней не может привлечь внимания, кроме ее глаз, обычно опущенных, прикрытых веками.

     Ее глаза были прекрасны, ясны и спокойны. Кроме дона Хуана, я ни у кого не видел столь сияющих и живых глаз.

       От ее глаз мне стало совершенно спокойно. Такие глаза не могут быть злыми. Я ощутил прилив доверия и оптимизма и почувствовал, что я как бы знаю ее всю жизнь.

     - Есть ли здесь место, где мы могли бы поговорить? - спросил я.

     - Мы разговариваем здесь, - ответила она. - Здесь я говорила со всеми нагвалями твоей линии. Если говорить шепотом, никто не услышит нашего разговора.

     - Можешь ли ты вместо подарка дать мне какое-нибудь напутствие? - спросил я ее.

     Она отрицательно покачала головой.

     - Нет, - прошептала она. - Мы совершенно разные. Даже более разные, чем мне представлялось возможным.

     - Я живу очень долгое время. Причиной моей долгой жизни является мое умение контролировать сдвиги и перемещение моей точки сборки.

     Вместе с тем я не остаюсь слишком подолгу здесь, в вашем мире. Я должна сохранять энергию, которую я получаю от нагвалей вашего рода.

     - Ты всегда женщина?

     - Я была женщиной дольше, чем мужчиной. Мне это определенно больше нравится. Я почти забыла, как быть мужчиной. Я полностью женщина!

      Она взяла мою руку и заставила прикоснуться к ее промежности. Мое сердце колотилось у меня в горле. Она действительно была женщиной.

      - Есть так много вещей, о которых я хотел бы спросить тебя, но мне в голову приходят лишь бестолковые мысли, - сказал я.

      - Тебе не нужно о чем-либо спрашивать меня, продолжала она. - Ты уже знаешь все, что знаю я. Тебе требуется лишь толчок, чтобы вызвать свои знания. Я дам тебе такой толчок.

      - Ты знаешь все, потому что сейчас ты полностью во втором внимании. Оглядись вокруг!

      На какой-то миг я не мог сфокусировать свое зрение. Это было так, словно в мои глаза попала вода. Когда я присмотрелся, я понял, что произошло нечто зловещее.

      Церковь была другой, более темной, угрожающей, гнетущей. Я поднялся и ступил пару шагов к нефу. В глаза бросились скамьи; они были сделаны не из досок, а из тонких перекрученных бревен. Это были самодельные скамьи, установленные внутри величественного каменного строения. Другим стал также и свет в церкви. Он был желтоватым, и его тусклое свечение отбрасывало столь черные тени, каких мне не приходилось видеть никогда в жизни. Он исходил от свечей, горевших на многих алтарях. Я ощущал, как гармонично сочетается пламя свечей с массивными каменными стенами и росписями колониальной церкви.

     Женщина смотрела на меня; сияние ее глаз было просто невероятным. Я знал, что я в сновидении, и она руководит моим сновидением. Но я не боялся ни ее, ни сновидения.

     Я отошел от бокового алтаря и вновь посмотрел на неф церкви. Там на коленях стояли люди и молились. Их было много, необычно маленьких, темных и мускулистых. Я видел их склоненные перед главным алтарем головы. Один из них, стоявший ближе ко мне, смотрел на меня с явным неодобрением. Я с изумлением рассматривал людей и все вокруг. Странным образом я не слышал никакого шума. Люди двигались беззвучно.

    - Я ничего не слышу, - сказал я женщине и мой голос отозвался гулким эхом, словно церковь была пустой раковиной.

     Люди рядом обернулись, посмотрели на меня. Женщина потянула меня назад в темноту бокового алтаря.

    - Ты будешь слышать, если перестанешь слушать своими ушами, - сказала она. - Слушай своим вниманием сновидения.

      Оказалось, что мне требуются лишь ее нашептывания. Внезапно на меня нахлынул гул голосов толпы молящихся. Я был охвачен им мгновенно. Это был самый необыкновенный звук, который я когда-либо слышал. Пораженный, я хотел сообщить об этом женщине, но ее не было рядом со мной. Я поискал ее взглядом. Она почти дошла до дверей.

      Там она обернулась, чтобы подать мне знак следовать за ней. Я догнал ее в галерее. Улицы больше не были освещены. Единственным освещением был лунный свет. Фасад церкви также стал другим; он был недостроен. Повсюду лежали квадратные блоки известняка. Вокруг церкви не было больше никаких других строений. В лунном свете эта картина выглядела жутко.

   - Куда мы идем? - спросил я ее.

     - Никуда, - ответила она. - Мы просто вышли на простор и безлюдье. Здесь мы можем говорить вдоволь.

      Она заставила меня сесть на полуобработанный кусок известняка.

     - Во втором внимании есть неисчерпаемые сокровища, которые нужно только раскрыть, - начала она.

     - Самым важным является то, какую начальную позицию примет сновидящий. Именно в этом заключается секрет древних магов, которые были древними уже в мое время. Подумай об этом.

     Она начала шептать мне в левое ухо, сказав, что дары, данные ею нагвалям моей линии, связаны с тем, что древние маги обычно называли "сдвоенными позициями".

     Это, так сказать, начальная позиция, в которой спящий располагает свое физическое тело для сновидений, отражается в позиции, в которой он располагает в сновидении свое энергетическое тело для того, чтобы зафиксировать свою точку сборки в любом избираемом им месте.

    - Две позиции составляют целое, - говорила она, - и магам древности пришлось потратить тысячи лет, чтобы найти наилучший способ взаимоотношений между любыми двумя позициями.

     У современных видящих, - продолжала она с усмешкой, - никогда не будет времени и условий, чтобы проделать всю эту работу, и мужчинам и женщинам из твоей линии на самом деле повезло в том, что у них есть я, сделавшая им такие подарки.

      Ее смех зазвучал особенно хрустально.

      Я не совсем понял ее объяснения сдвоенных позиций. Я без церемоний заявил ей, что не хочу испытывать все это сам, мне достаточно знать о таких вещах как об интеллектуальной возможности.

     - Что именно ты хочешь знать? - спросила она мягко.

     - Объясни мне, что ты имеешь в виду под сдвоенными позициями, или начальной позицией, которую должен принять сновидящий в своем сновидении.

    - Как ты укладываешься для сновидений? - спросила она.

     - По-разному. У меня нет определенной позы. Дон Хуан никогда не акцентировал на этом моего внимания.

     - Это сделаю я, - сказала она и встала.

     Она изменила позицию. Сев справа от меня, она зашептала мне в другое ухо, что в соответствии с тем, что знает она, поза для сновидения имеет первостепенное значение. Она предложила проверить это на очень утонченных, но простых упражнениях.

    - Начни сновидеть, расположившись на правом боку, чуть согнув ноги в коленях, - сказала она. - Правило заключается в том, чтобы сохранить эту позицию и заснуть в ней.   Затем в сновидении упражнение заключается в том, чтобы видеть во сне, что ты ложишься именно в этом положении и снова засыпаешь.

    - Что это дает? - спросил я.

    - Это делает точку сборки неподвижной, я имею в виду, - действительно неподвижной, - в каком бы положении она не была в момент второго засыпания.

     - И что будет в результате этого упражнения?

      - Полное восприятие. Я уверена, твои учителя уже говорили тебе, что мои подарки - это подарки полного восприятия.

      - Да. Но я думаю, что мне не совсем ясно, что означает полное восприятие, - соврал я.

      Она не обратила на мои слова никакого внимания и продолжаема рассказывать мне о четырех вариантах упражнения, когда погружение в сон происходит на правом боку, на левом, на спине и на животе.

      Затем о том, что в сновидении упражнение выполняется, чтобы приснилось второе засыпание в том же положении, в котором начался сон. Она обещала мне необычайные результаты, которые, по ее словам, невозможно предсказать.

       Она внезапно изменила тему и спросила меня:

     - Какой ты подарок хочешь для себя лично?

     - Мне не надо никакого подарка. Я уже говорил тебе это.

     - Я настаиваю. Я должна предложить тебе подарок, и ты должен принять его. Таково наше соглашение.

     - Наше соглашение состоит в том, что мы даем тебе энергию. Так бери ее у меня. Это мой подарок тебе.

      Женщина, казалось, была ошеломлена. Я настаивал, говоря ей, что все будет в порядке, если она возьмет мою энергию. Я даже сказал ей, что она мне необыкновенно нравится. Я не кривил душой. В женщине было нечто очень грустное и вместе с тем очень трогательное.

     - Давай пойдем назад в церковь, - тихо произнесла она.

     - Если ты действительно хочешь сделать мне подарок, - сказал я, - возьми меня на прогулку по этому городу при лунном свете.

       Она кивнула в знак согласия.

      - При условии, что ты не произнесешь ни слова, - сказала она.

     - Почему? - спросил я, хотя уже знал ответ.

      - Потому что мы видим сон, - сказала она. - Я возьму тебя глубоко в свое сновидение.

      Она объяснила, что пока мы остаемся в церкви, у меня достаточно времени подумать и поговорить, но за пределами церкви ситуация совсем другая.

      - Почему так? - дерзко спросил я.

      Самым серьезным тоном, который не только сделал ее мрачнее, но и вселил в меня ужас, женщина сказала:

     - Потому что за ее пределами ничего нет. Это сон. Ты находишься у четвертых врат сновидения, видя во сне мой сон.

      Она сказала мне, что ее искусство заключается в способности направлять свое намерение, и все, что я вижу вокруг, происходит по ее воле. Шепотом она добавила, что церковь и город были результатом её воображения; они существовали не существуя.

      Она добавила, глядя мне в глаза, что это одна из тайн намерения во втором внимании двойной позиции сновидения. Это может быть сделано, но не может быть объяснено и постигнуто.

     Женщина сказала мне, что она происходит из линии магов, которые знали, как действовать во втором внимании, направляя свое намерение.

      Ее рассказ повествовал о том, что маги из ее линии владели искусством направлять свои мысли в сновидении с целью воспроизвести завершенную и правдивую картину объекта, структуры, точки, фрагмента ситуации по своему выбору.

     Она рассказывала, что маги ее линии обычно начинали с того, что пристально рассматривали простой объект и запоминали каждую его деталь. Они могли затем закрыть глаза и представить объект, корректировать это визуальное представление, сравнивая с самим объектом, до тех пор, пока не видели его с закрытыми глазами полностью завершенным.

      Следующим пунктом в их развивающейся схеме было сновидение с объектом и создание в сновидении полной материализации объекта с точки зрения их собственного ощущения.

      - Этот акт, - сказала женщина, - называется первым шагом к абсолютному восприятию.

       От простых объектов эти маги переходили к более сложным конструкциям. Конечной целью для всех них являлось визуальное представление в сновидении всего мира, и воссоздания таким образом абсолютно вероятной реальности, в которой они могли бы существовать.

     - Когда кто-либо из магов моей линии приобретал способность делать это, - продолжала женщина, - он запросто мог забирать кого-либо в свое намерение, в свое сновидение. Это именно то, что я сейчас проделала с тобой, и то, что я делала со всеми нагвалями твоей линии. Женщина захихикала.

    - Ты лучше поверь в это, - сказала она так, словно я не верил. - Целые народы исчезли в таких сновидениях. Вот почему я сказала тебе, что эта церковь и этот город являются одной из тайн намерения, сконцентрированного во втором внимании.

    - Как это было возможно? - спросил я.

    - Они создали визуальный образ, а затем воссоздали такую ситуацию в сновидении, - ответила она. - Ты никогда не создавал подобных визуальных образов чего-либо, поэтому тебе очень опасно входить в мое сновидение.

      Затем она предупредила меня, что пройти через четвертые врата и продвигаться по местам, которые существуют лишь в чьем-то воображении - весьма рискованно, так как каждый момент такого сна должен быть абсолютно личным моментом.

     - Ты все еще хочешь идти? - спросила она.

      Я сказал, что да. Потом она еще кое-что рассказала мне о сдвоенных позициях.

      Суть ее объяснения сводилась к тому, что, к примеру, я сновижу мой родной город, и мое сновидение началось, когда я лежал на правом боку и видел сон, что я заснул.

      Второе сновидение не должно быть обязательно сном о моем родном городе, но быть наиболее конкретным сном, какой только можно вообразить.

       Она была уверена, что в своей практике сновидения я получал бесчисленное множество конкретных деталей, но заверяла меня, что каждая из них скорее всего была случайностью.

        Потому что единственным способом полностью контролировать сны является использование техники сдвоенных позиций.

       - И не спрашивай меня, почему, - добавила она. - Это просто происходит. Как и все остальное.

       Она заставила меня встать и снова предостерегла меня, чтобы я не разговаривал и не отставал от нее. Она нежно взяла меня за руку так, словно я - ребенок, и повела к скоплению домов, казавшихся темными силуэтами. Мы шли по булыжной мостовой. Массивные речные камни были вбиты остриями в землю. Казалось, что рабочие нарочно оставили все неровности поверхности, и не пытаясь ее выровнять. Дома представляли собою большие побеленные одноэтажные грязные строения с черепичными крышами. Внутри бесцельно бродили люди. Тени внутри домов вызывали у меня такое впечатление, словно любопытные, но напуганные соседи шушукаются за дверьми. Я видел также невысокие холмы вокруг города.

      В отличие от происходившего со мной в моих сновидениях, мои ментальные процессы оставались ясными. На мои мысли не влиял ход событий в сновидении.

      Все еще чувствуя себя до абсурда робко, я машинально громко заявил о своем намерении видеть. В практике моего сновидения я использовал фразу "я хочу видеть энергию". Иногда я должен был говорить ее вновь и вновь до тех пор, пока не получал результат.

       На сей раз, как только я по своему обыкновению начал повторять это в городе сновидения этой женщины, она начала смеяться. Ее смех был похож на смех дона Хуана: глубокий непринужденный смех.

     - Что тебя так развеселило? - спросил я, несколько обескураженный ее смехом.

     - Хуан Матус не любит древних магов вообще и меня в особенности, сказала женщина в перерыве между приступами смеха.

    - Все, что мы должны сделать для того, чтобы видеть в наших снах, - показать своим маленьким пальцем на то, что мы хотим увидеть. Заставить тебя кричать в моем сне - это его способ направить мне свое послание. Ты должен признать, что он действительно умен.

     Она на мгновение остановилась, затем продолжила с оттенком откровения:

    - Ты вопишь, как дурной осел во время случки.

     Чувство юмора магов привело меня в крайнее замешательство. Она смеялась так, что, казалось, уже не в состоянии была продолжать прогулку. Я чувствовал себя в глупом положении. Когда она успокоилась и к ней вернулось самообладание, она вежливо сказала мне, что я могу указать на все, что я хочу видеть в ее сновидении, включая ее саму.

      Я указал мизинцем левой руки на дом. В этом доме не было энергии. Этот дом был как любой другой фрагмент в обычном сне. Я указывал на все остальное вокруг меня, результат был тот же.

      - Укажи на меня, - предложила она. - Ты должен получить подтверждение, что именно этим методом сновидящие достигают видения.

       И она была абсолютно права. Это был способ. В тот момент, когда я указал своим пальцем на нее, она стала сгустком энергии. Могу добавить, очень своеобразным сгустком. Ее энергетическая форма точно соответствовала тому, какой описывал ее дон Хуан; она выглядела как огромная морская раковина, закручивающаяся вовнутрь вдоль раскола, идущего по всей ее длине.

      - Я единственное существо, генерирующее энергию в этом сне, - сказала она. - Так что самым правильным для тебя будет просто за всем наблюдать.

       В этот момент я впервые был поражен глубиной шутки дона Хуана. Он ухитрился сделать так, чтобы я выучился кричать в своем сне для того, чтобы я сумел крикнуть в плену сновидения, принадлежавшего бросившей вызов смерти. Это показалось мне настолько смешным, что я буквально задохнулся в приступе смеха.

     - Давай продолжим нашу прогулку, - мягко произнесла женщина, когда я перестал смеяться.

      Там были лишь две улицы, которые пересекались; в каждой - по три квартала домов. Мы прошлись по всей длине обеих улиц. И не раз, а четырежды. Я смотрел на все и своим слухом сновидения внимал каждому шуму. Шумов было мало, только где-то далеко лаяли собаки или шепотом разговаривали люди, когда мы проходили мимо.

       Собачий лай вызвал во мне незнакомое и сильное чувство. Я должен был остановиться. Я облегченно вздохнул, прислонившись плечами к стене. Прикосновение к стене было шокирующим, не потому что стена была необычная, а потому, что то, к чему я прикоснулся, было настоящей твердой стеной, как любая другая стена, до которой я когда-либо дотрагивался. Я почувствовал это своей свободной рукой. Я провел пальцами по ее грубой поверхности. Это действительно была стена.

       Ее ошеломляющая реальность немедленно заставила меня забыть об этом необычном ощущении, и ко мне вернулся интерес к продолжению наблюдения. В особенности я искал те черты, которые соотносились бы с городом моего дня. Тем не менее, как я ни пытался, соответствий не находилось. В этом городе тоже была площадь, но она находилась перед церковью. На площадь выходила галерея.

      В лунном свете холмы вокруг города были ясно видны и почти узнаваемы. Я пытался сориентироваться, наблюдая за Луной и звездами так, словно я находился в реальной повседневной жизни. Месяц был на ущербе, вероятно, был первый день после полнолуния. Он находился высоко над горизонтом. Должно быть, было между восемью и девятью часами вечера. Я видел Орион справа от Луны; две главные звезды - Бетельгейзе и Ригель - находились на одном уровне с Луной. Я определил начало декабря. Мое время было - май. В мае Орион нигде в это время суток не виден. Я смотрел на Луну очень долго. Ничего не изменилось. Это была Луна, насколько я мог судить. Несоответствие во времени очень меня взволновало.

       Обследовав горизонт на юге, я подумал, что смогу различить колоколообразную вершину, которую было видно из внутреннего дворика дона Хуана. Затем я пытался определить, где может быть его дом. На мгновение мне показалось, что я нашел. Я так увлекся, что отпустил руку женщины. Тут же меня охватило невероятное волнение.

       Я знал, что должен возвращаться в церковь, потому что если я этого не сделаю, мне грозит смерть. Я повернулся и бросился к церкви. Женщина быстро схватила мою руку и последовала за мной.

      Пока мы быстрым шагом приближались к церкви, я понял, что в этом сновидении мы находились в той части города, которая была позади церкви. Если бы я принял это во внимание, возможно, я бы смог сориентироваться. Но у меня уже не хватало внимания сновидения. Я сосредоточил его остаток целиком на деталях архитектуры и орнамента задней части церкви. Я никогда не видел эту часть строения в мире обыденной жизни и подумал, что если я зафиксирую в своей памяти ее детали, то смогу сравнить их с деталями реальной церкви.

       Этот план экспромтом возник в моей голове. Но что-то внутри меня презирало эти мои попытки все обосновать. На протяжении моего ученичества меня постоянно беспокоила потребность объективности, которая заставляла меня проверять и перепроверять все, что касалось мира дона Хуана. Это была не то чтобы возведенная в ранг закона необходимость, но скорее потребность использовать стремление к объективности как опору в моменты наиболее сильных противоречий в познании. Когда появлялось время, чтобы проверить то, что я намечал, - я никогда не доводил этого до конца.

       В церкви мы с женщиной опустились на колени перед небольшим алтарем на левой стороне, там, где мы были раньше. И в следующее мгновение я поднялся в хорошо освещенной церкви моего дня.

       Я не мог четко сформулировать свои мысли, но хотел задать ей непростой вопрос. Я хотел спросить, каким образом кто-либо может обладать энергией в такой степени, чтобы создать визуальный образ каждой детали целого города.

      Улыбаясь, женщина ответила на мой невысказанный вопрос. Она сказала, что у нее очень хорошо получается воспроизведение визуального образа, потому что после того, как она занималась этим на протяжении всей своей обычной жизни, у нее было еще много-много жизней, чтобы совершенствоваться.

       Она добавила, что город, в котором я побывал, и церковь, в которой мы говорили, были примерами ее недавних опытов в создании зрительных образов. Церковь была той самой церковью, где был пономарем Себастьян. Она поставила перед собой задачу запомнить мельчайшие детали каждого угла этой церкви и этого города - просто для тренировки, безо всякой на то жизненной необходимости.

      Она завершила свою речь последней, самой беспокоящей мыслью:

     - Поскольку ты кое-что знаешь об этом городе, - хотя ты никогда не пытался создать его мысленный образ, - сказала она, - сейчас ты помогаешь мне создать его. Держу пари, ты не поверишь мне, если я скажу, что этот город, на который ты смотришь сейчас, не существует в реальности, вне моего и твоего воображения.

      Она пристально посмотрела на меня и рассмеялась над охватившей меня паникой, настолько сильной, что я едва смог осознать, о чем она говорит.

     - Мы все еще в сновидении? - спросил я изумленно.

      - Да, - ответила она. Но этот сон более реален, чем другие, потому что мне помогаешь ты. Невозможно это объяснить, можно только констатировать, что это происходит. Как и все остальное.

      Она широким жестом обвела город вокруг нас.

     - Нет способа объяснить, как это происходит, но это происходит. Помни всегда то, что я сказала тебе: это тайна направленного намерения во втором внимании.

     - Давай выйдем на площадь этого сна, - сказала она. - Но мне, наверное, следует немного переодеться, и ты почувствуешь себя свободнее.

      Я смотрел непонимающим взглядом, наблюдая, как она искусно меняет свой внешний вид. Она производила простые земные действия. Она сняла длинную юбку, под ней оказалась еще одна современного покроя. Затем она свернула в узел косу и сменила обувь, надев туфли на каблучках, которые носила с собой в маленьком узелке. Она перевернула двустороннюю черную шаль на бежевую сторону.

     Теперь она выглядела как типичная мексиканка из средних слоев, приехавшая в этот город.

     Она взяла мою руку с женской уверенностью и направилась на площадь.

    - Что случилось с твоим языком? - сказала она по-английски. - Его съела кошка?

     Я был полностью поглощен немыслимой вероятностью того, что я все еще в сновидении. Более того, я начинал понимать, что если бы это было правдой, я рисковал никогда не проснуться.

      Бесстрастным тоном, которого я за собой и не подозревал, я сказал:

    - До этого момента я не замечал, что ты уже говорила со мной по-английски. Где ты выучила его?

    - В том мире. Я говорю на многих языках.

     Она остановилась и внимательно посмотрела на меня.

    - У меня было много времени, чтобы выучить их. Поскольку мы собираемся проводить вместе много времени, я как-нибудь обучу тебя своему собственному языку.

     Она усмехнулась, не обращая внимания на мой расстроенный вид.

Я застыл на месте.

     - Мы собираемся провести вместе много времени? - спросил я, выдавая свои чувства.

     - Конечно, - ответила она веселым тоном. - Ты так великодушно собирался отдать мне даром свою энергию. Ты же сам сказал это, не так ли?

Я был сражен.

    - В чем же дело? - спросила женщина, снова переходя на испанский. - Не говори мне, что ты сожалеешь о своем обещании. Мы маги. Слишком поздно менять свое решение. Ты не боишься, правда?

     Я был более чем напуган, но если бы я задался вопросом, что именно ужасало меня, то не нашел бы ответа.

     Я наверняка не боялся быть рядом с бросившей вызов смерти в другом сне, потерять свое осознание или даже жизнь. Боялся ли я дьявола? - спрашивал я себя. Но эта мысль не выдерживала критики.

     В результате всех этих лет жизни мага я без тени сомнения был уверен в том, что во вселенной существует только энергия; дьявол - это только результат человеческого воображения, находящегося во власти точки сборки в ее обычной позиции. Логически рассуждая, мне нечего было бояться.

    Контакт с бросившей вызов смерти в невероятной степени сместил мою точку сборки, и у меня не хватало смелости сохранять ее положение. Результатом этого явилось неопределенное, но потрясшее меня ощущение ужаса, что я не смогу проснуться.

     - Нет проблем, - сказал я. - Давай продолжим нашу прогулку во сне.

Она взяла меня под руку и мы молча вошли в парк.

     Как странно, думал я: только мгновение назад я шел с доном Хуаном от парка к церкви в состоянии самого ужасающего естественного страха. Сейчас я иду назад из церкви в парк с объектом моего страха и мне еще более страшно, чем когда-либо, и страх этот еще сильнее и беспощаднее.

     Чтобы отогнать от себя свое беспокойство, я начал оглядываться вокруг. Если бы это было сновидением, - во что мне так хотелось верить, - то была бы возможность доказать или опровергнуть это. Я указывал пальцем на все. Тщетно. Я даже прихватил пару человек, которых, как оказалось, я сильно напугал. Я ощущал их целиком. Они были столь же реальны, как все, что я считаю реальным, только не излучали энергию. Ничто в этом городе не излучало энергии. Все казалось реальным и нормальным, хотя это было сновидение.

      Я обернулся к женщине, прижимавшейся к моей руке, и спросил ее об этом.

     - Мы спим, - сказала она своим резким голосом и засмеялась.

     - Но как могут люди и вещи вокруг нас быть столь реальными, трехмерными?

     - Тайна направленного намерения во втором внимании! - воскликнула она с благоговением. - Эти люди там столь реальны, что у них даже есть мысли.

       Это было последним ударом. Я не хотел больше ни о чем спрашивать. Я хотел предаться этому сновидению. Сильный удар по моей руке заставил меня на мгновение очнуться. Мы дошли до площади. Женщина остановилась и заставила меня сесть на скамью. Когда я садился, я не чувствовал под собой скамьи. Меня закружило. Я почувствовал, что поднимаюсь вверх. Промелькнул парк, словно я бросил на него взгляд сверху.

      - Вот оно! - закричал я.

      Мне казалось, что я умираю. Вращение подъема превратилось во вращение падения в темноту.

 Полет на крыльях намерения

       Сделай усилие, нагваль, - заставлял меня женский голос. - Не проваливайся. Поверхность, поверхность. Используй технику своего сновидения.

      Мой разум начал работать. Я подумал, что это был голос англоязычного человека, и еще подумал, что если бы я использовал технику своего сновидения, мне необходимо было бы найти точку отсчета, чтобы сконцентрировать свою энергию.

     Открой глаза, - сказал голос. - Открывай их немедленно. Уцепись за любую вещь, которую ты сразу же увидишь.

      Я сделал огромное усилие и открыл глаза. Я увидел деревья и голубое небо. Был день! Надо мной склонилось расплывчатое пятно лица. Но я не мог сфокусировать свой взгляд. Мне показалось, что на меня смотрела женщина из церкви.

     - Используй мое лицо, - сказал голос.

Это был знакомый голос, но я не мог идентифицировать его.

     - Пусть мое лицо будет для тебя отправной точкой, затем посмотри на все остальное, - продолжал голос.

      Мой слух и мое зрение были абсолютно ясными. Я всмотрелся в лицо женщины, затем в деревья в парке, в железную скамейку, в людей, которые проходили мимо, и снова в ее лицо.

      Несмотря на то, что ее лицо все время менялось, я продолжал всматриваться в него. Я начал пробовать уменьшать до минимума контроль над собой.

      Но когда моя возможность воспринимать действительность улучшилась, я осознал, что на скамейке сидела женщина, держа мою голову у себя на коленях. И это была не женщина в церкви, это была Кэрол Тиггс!

       - Что ты здесь делаешь? - выдохнул я.

        Мой испуг и удивление были такими сильными, что я попытался вскочить и убежать, но тело совершенно не подчинялось приказам мозга. Последовали жуткие минуты, когда я отчаянно, но бесполезно пытался встать.

        Мир вокруг меня был настолько ясным, что мне трудно было поверить, что я все еще в сновидении, тем не менее ослабленный контроль над способностью двигаться заставил меня заподозрить, что это действительно было сновидение.

         Кроме того, появление Кэрол было слишком неожиданным, оно никак не вытекало из логики предшествующих событий.

        Я осторожно попытался заставить себя встать, как я это делал во сне сотни раз, но ничего не получилось.

        Сейчас от меня как никогда требовался объективный подход к происходящему. Одним глазом, насколько позволяло поле зрения, я начал тщательно осматривать все вокруг. Я повторил то же самое другим глазом.

       Затем я сопоставил образы, уведенные каждым глазом, чтобы получить подтверждение, что я действительно нахожусь в реальности повседневной жизни.

     После этого я стал изучать Кэрол. И в этот момент я заметил, что могу двигать руками. Парализована была только нижняя часть моего тела. Я дотронулся до лица и рук Кэрол; я обнял ее. Это было настоящее тело, и я поверил, что это действительно была Кэрол Тиггс.     Мое облегчение было невероятным, потому что на мгновение у меня появилось жуткое подозрение, что это была бросившая вызов смерти маскирующаяся под образ Кэрол.

       Кэрол очень заботливо помогла мне сесть на скамейке. Я лежал на спине - одна половина на скамейке, другая - на земле. Затем я заметил, что что-то было не в порядке. На мне были поношенные голубые джинсы и старые коричневые кожаные ботинки. На мне была также джинсовая курточка и рубашка из грубой ткани.

     - Подожди минутку, - сказал я Кэрол. - Посмотри на меня! Разве это моя одежда? Разве это я?

       Кэрол засмеялась и тряхнула меня за плечи. Она всегда так делала, чтобы показать свое дружеское расположение, и становилась при этом похожей на мальчишку.

     - Я смотрю на твою распрекрасную физиономию, - сказала она своим забавным сильным фальцетом. - О Господи, кто же еще это может быть?

    - Какого черта я одет в эти Левисы и ботинки? - настаивал я. - У меня таких нет.

    - Это моя одежда, - сказала она. - Я нашла тебя обнаженным!

    - Где? Когда?

    - Около церкви, примерно час назад. Я пришла сюда на площадь искать тебя. У меня с собой была эта одежда, как раз к месту.

     Я сказал ей, что я ужасно смущен тем, что разгуливал без одежды.

     - Странно, но вокруг никого не было, - заверила она меня, но я почувствовал, что она сказала это только чтобы подбодрить меня. Это подтверждала и ее лукавая улыбка.

     - Должно быть, всю прошлую ночь, а может и дольше, я общался с бросившей вызов смерти, - сказал я. - Какой сегодня день?

     - Не волнуйся о датах, - сказала она, смеясь. - Когда ты сосредоточишься, ты сам посчитаешь дни.

     - Не шути со мной, Кэрол Тиггс. Какой сегодня день? - Мой голос звучал грубо и, казалось, принадлежал кому-то другому.

     - Сегодня день после большого праздника, - сказала она и дружески похлопала меня по плечу. - Мы все искали тебя со вчерашней ночи.

    - Но что я здесь делаю?

    - Я перенесла тебя через площадь в гостиницу. Я не могла нести тебя к дому нагваля; несколько минут назад ты выбежал из комнаты, и вот здесь мы снова встретились.

    - Но почему ты не попросила помощи у нагваля?

   - Потому что это касается только меня и тебя. Мы вдвоем должны разрешить эту проблему.

    - Что я сказал, когда ты нашла меня?

    - Ты сказал, что ты так глубоко и так надолго погружался во второе внимание, что еще не пришел в себя. Все, что ты хотел, - это спать.

    - Когда я потерял контроль над своими движениями?

    - Только минуту назад. Ты обретешь его. Ты сам знаешь, что это совершенно нормально. Когда ты входишь во второе внимание и получаешь значительный заряд энергии, то теряешь контроль над речью или движениями.

     - А когда ты перестала шепелявить, Кэрол?

Я застал ее врасплох. Она уставилась на меня и рассмеялась.

     - Я долго работала над этим, - заверила она меня. - Я понимала, что это может вызывать сильное раздражение, - слышать, как шепелявит взрослая женщина. Кроме того, ты это просто терпеть не мог.

     Согласиться с тем, что мне не нравилась ее шепелявая речь, было нетрудно. И дон Хуан, и я пытались вылечить ее, но пришли к выводу, что она вовсе не была заинтересована в излечении. Ее шепелявость привлекала к ней внимание других, и дон Хуан считал, что ей это нравится и она не собирается от него избавляться. Мне было очень странно и приятно слышать, что она не шепелявит. Это доказывало, что она способна радикально измениться. В этом ни дон Хуан, ни я никогда не были уверены.

      - Что еще говорил нагваль, когда он послал тебя за мной? - спросил я.

      - Он сказал, что у тебя была схватка с бросившим вызов смерти.

      Доверительным тоном я поведал Кэрол, что бросившим вызов смерти была женщина.   Она небрежно заметила, что знала об этом.

     - Как ты можешь знать об этом? - закричал я. - Никто никогда не знал об этом, кроме дона Хуана. Он сказал об этом тебе сам?

     - Конечно, - ответила она, не обращая внимания на мой крик. - Ты упустил из виду, что я тоже встретила женщину в церкви. Я встретила ее еще до того, как с ней встретился ты. В церкви мы довольно долго и дружелюбно беседовали с ней.

       Я поверил, что Кэрол говорила мне правду. Ее описание было очень похоже на то, как это сделал бы дон Хуан. Он, по всей вероятности, мог послать Кэрол как разведчика, чтобы выяснить что и как.

     - Когда ты видела бросившую вызов смерти? - спросил я.

     - Пару недель назад, - ответила она многозначительным тоном. - Это не было для меня большим событием. У меня не было энергии, чтобы дать ей, а может, не было того достаточного количества энергии, которое этой женщине была необходимо.

    - Тогда зачем ты виделась с ней? Неужели встреча с женщиной-нагвалем тоже является соглашением между бросившей вызов смерти и магами?

     - Я виделась с ней, потому что нагваль сказал, что ты и я взаимозаменяемы, - и только по этой причине. Наши энергетические тела много раз сливались. Разве ты не помнишь? Мы с этой женщиной разговаривали о том, с какой легкостью мы сливаемся. Я была с ней три или четыре часа, пока не пришел нагваль и не забрал меня.

     - Ты все время была в церкви? - спросил я, потому что мне с трудом верилось, что они стояли там на коленях в течение трех или четырех часов, говоря только о слиянии наших энергетических тел.

    - Она взяла меня в другой аспект своей сущности, - заключила Кэрол после минутного раздумья. - Она позволила мне увидеть, как она избегает своих захватчиков.

      Затем Кэрол рассказала самую интригующую историю. Она сказала, что, судя по тому, что показала ей женщина в церкви, каждый древний маг неизбежно становился жертвой неорганических существ.

       Неорганические существа, захватив их, передавали им силу, чтобы они могли быть посредниками между нашим миром и их реальностью, которую люди называют адом.

      Бросивший вызов смерти был, как и остальные, с неизбежностью захвачен в сети неорганических существ.

     Кэрол утверждала, что ему, по всей вероятности, пришлось провести тысячи лет в плену, пока не появилась возможность трансформировать себя в женщину. Он четко увидел, что покинуть этот мир можно только таким способом.

     Неорганические существа рассматривают женское начало как вечное. Они верят, что женское начало настолько гибкое и многообразное, что женские особи не попадают в ловушки и их трудно взять в плен. Трансформация мага была такой полной и такой детальной, что он был извергнут из реальности неорганических существ.

    - Она говорила тебе, что неорганические существа все еще преследуют ее? - спросил я.

    - Безусловно, они следят за ней, - заверила меня Кэрол. - Женщина сказала мне, что она должна охранять себя от преследователей каждую минуту своей жизни.

     Кэрол сказала мне, что женщина в церкви была в курсе моего столкновения с неорганическими существами, знала она также и о голубом лазутчике.

     - Она знает о тебе и обо мне все, - продолжала Кэрол. - И не потому, что я ей что-то рассказала, а потому, что она - часть нашей жизни, нашего происхождения. Она говорила, что всегда следила за всеми нами, особенно за тобой и мной.

      Немного спустя я почувствовал себя лучше и даже стал понемногу обретать контроль над движениями.

    - Как тебе нравится моя одежда? - неожиданно спросила Кэрол. - Одета ли я как надо? Я тебе нравлюсь?

    - Почему ты так волнуешься о своей внешности? Это никогда не волновало тебя раньше. Ты что, хочешь поразить кого-нибудь?

    - Конечно, я хочу поразить тебя, - сказала она.

    - Но сейчас не время, - запротестовал я. - Сейчас имеет значение не твоя внешность, а бросившая вызов смерти.

    - Ты удивишься, насколько важна моя внешность, - засмеялась она. - Моя внешность - вопрос жизни и смерти для нас обоих.

     - О чем ты говоришь? Все это напоминает то, как нагваль устраивал мне встречу с бросившей вызов смерти. Я чуть не свихнулся от его загадочных намеков.

    - Оказались ли его загадочные намеки уместными? - спросила Кэрол очень серьезно.

    - В известной степени - да, - согласился я.

    - То же и моя внешность. Скажи мне, как ты меня находишь? Привлекательной, непривлекательной, средней, отвратительной?

      Я подумал немного и сделал определенные выводы. Я находил, что она очень привлекательная. Мне это казалось очень странным. Я никогда сознательно не думал о ее внешности.

     - Я нахожу, что ты чертовски хороша, - сказал я. - На самом деле, ты ошеломительно хороша.

      - Тогда это, должно быть, правильно выбранная внешность, - вздохнула она.

      Я старался понять, что она хотела этим сказать, но она заговорила снова.

      Как ты провел время с бросившей вызов смерти? - спросила Кэрол.

      Я подробно рассказал ей о моей встрече, особенно о первом сновидении. Я сказал о своем впечатлении, что бросившая вызов смерти показала мне этот самый город, но в другом времени - в прошлом.

      - Но это невозможно, - сказала она. - Во вселенной нет ни прошлого, ни будущего. Есть только настоящее мгновение.

     - Я знаю, что это было прошлое, - сказал я. - Это была та же церковь, но другой город.

      - Подумай немного, - настаивала она. - Во вселенной есть только энергия. А у энергии есть только здесь и сейчас, бесконечное и всегда присутствующее здесь-и-сейчас.

     - Тогда что же случилось со мной, как ты думаешь, Кэрол?

     - С помощью бросившей вызов смерти ты пересек четвертые врата сновидения, - сказала она.

    - Женщина в церкви взяла тебя в свой сон, в свое намерение. Она взяла тебя в то, как она видит этот город. Вероятно, она визуализировала его в прошлом, и эта визуализация осталась невредимой. Как и ее визуализация современного города.

     - Что еще делала с тобой та женщина? Я рассказал Кэрол Второе сновидение. Сновидение о городе каков он есть сейчас.

    - Ну вот, - сказала она. - Женщина взяла тебя не только в свое прошлое намерение, но и помогла тебе пройти через четвертые врата, заставляя твое энергетическое тело пропутешествовать в другое место, которое существует сегодня, но в ее намерении.

       Кэрол сделала паузу и затем спросила меня, объяснила ли мне женщина в церкви, как намереваться во второе внимание.

      Я помню, что она говорила об этом, но не объясняла, что значит на самом деле намерение ко второму вниманию. Кэрол обратилась к концепции, о которой никогда не упоминал Дон Хуан.

    - Откуда у тебя эти новые идеи? - спросил я, откровенно любуясь ею.

      Уклончивым тоном Кэрол заверила меня, что многое об этих странных запутанных вещах объяснила ей женщина в церкви.

    - Сейчас мы погружены во второе внимание, - продолжала она. - Женщина в церкви ввела нас в сновидение, тебя - здесь, а меня - в Таксоне. А затем мы снова заснули в нашем сне. Но ты не помнишь этой части, а я помню.

      Секрет сдвоенной позиции. Вспомни, что сказала тебе женщина; второй сон начинается во втором внимании - это единственный путь переступить четвертые врата сновидения.

     После длинной паузы, во время которой я не смог сказать ни слова, она произнесла:

    - Я думаю, что женщина в церкви в действительности сделала тебе подарок, хотя ты и не хотел его получать.

      Ее подарком было то, что она присоединила свою энергию к нашей, чтобы передвигаться туда и назад в здесь-и-сейчас энергии вселенной.

Я еще раз отметил, что Дон Хуан никогда не говорил мне ничего подобного.

     - Возможно он не знает, - сказала Кэрол примирительно, ничуть не обижаясь на дона Хуана.

      Когда я смог идти, она проводила меня через площадь в единственную в городе гостиницу. Она убедила меня, что у меня еще недостаточно энергии, чтобы идти в дом к Дон Хуану, но что все там знают, где мы находимся.

     - Как они могли узнать, где мы? - спросил я.

     - Нагваль - старый хитрый маг, - ответила она, смеясь. - Это он сказал мне, что если я найду тебя энергетически ослабленным, то мне следует отвести тебя в гостиницу, а не рисковать, таща на буксире через весь город.

     - Я никогда не говорил тебе, что не принял подарок бросившей вызов смерти, - сказал я, повернувшись к Кэрол. - Откуда ты знаешь, что я не принял его?

     - Но ты сказал мне об этом сам, - запротестовала она, садясь рядом со мной. - Ты так гордился этим. Это было первое, что ты сказал мне, когда я тебя нашла.

      Как ни странно, это был единственный ответ, который не удовлетворил меня. То, о чем она сообщила, не выглядело как мое утверждение.

     - Я думаю, что ты неправильно меня поняла, - сказал я. - Я просто не хотел принимать ничего, что отклонило бы меня от моей цели.

     - Ты хочешь сказать, что не чувствуешь гордости за свой отказ?

     - Нет. Я ничего не чувствую. Я не способен больше что-либо чувствовать, кроме страха.

      Я вытянул ноги и положил голову на подушку. Я почувствовал, что если бы я закрыл глаза или прекратил говорить, я бы тут же заснул.

      Я рассказал Кэрол, как я спорил с доном Хуаном в начале моего знакомства с ним, о его убедительных мотивах следовать по пути воина.

     Он говорил, что страх поддерживает его, чтобы идти прямо и что больше всего он боится утратить нагваль, абстрактное, дух.

     - По сравнению с утратой нагваля смерть - это ничто, - говорил он с искренней страстью в голосе. - Мой страх потерять нагваль - это единственная реальная вещь, которая у меня есть, потому что без этого я буду хуже, чем мертвец.

      Я рассказал Кэрол, как я тут же возразил дону Хуану, горло заявив, что поскольку мне неизвестен страх, то если бы мне пришлось выбирать такой путь, - силой, подвигающей меня на это, для меня была бы любовь.

      Дон Хуан заявил, что когда приходит критический момент, то единственным стоящим состоянием для воина является страх.

      - Я позволю себе не согласиться, - сказала она мягко. - Страх ничего не значит по сравнению с любовью. Страх заставляет двигаться как попало, любовь заставляет двигаться разумно.

     - Что ты говоришь, Кэрол Тиггс? Разве маги сейчас любят?

       Она не ответила. Она легла рядом со мной и положила голову ко мне на плечо. Мы оставались там, в этой странной неприветливой комнате долгое время в полной тишине.

     - Я чувствую, что чувствуешь ты, - вдруг сказала Кэрол. - Теперь постарайся почувствовать, что чувствую я. Ты можешь это. Но давай сделаем это во тьме. Кэрол протянула вверх руку и щелкнула выключателем над кроватью. Одним движением я сел прямо. Толчок страха пронзил меня как удар электрическим током. Как только Кэрол выключила свет, в комнате наступила ночь. С огромным беспокойством я спросил ее об этом.

      - Ты еще не в себе, - сказала она подбадривающе. - У тебя был грандиозных размеров припадок. Войдя так глубоко во второе внимание, ты как бы немного не в порядке. Конечно сейчас день, но твои глаза не могут еще привыкнуть к тусклому свету в номере.

      Более или менее убежденный, я снова лег. Кэрол продолжала говорить, но я не слушал. Я чувствовал простыни. Это были настоящие простыни. Я пробежался руками по кровати. Это была кровать! Я наклонился и дотронулся пальцами до холодного пола. Я встал с кровати и проверил каждый уголок в номере и ванной. Все было обычным, естественным. Я сказал Кэрол, что когда она выключила свет, у меня появилась абсолютная уверенность, что я сплю.

      - Сделай перерыв, - сказала она. - Прекрати этот бред, иди в кровать и отдохни.

      Я открыл занавеси на окне и посмотрел на улицу. Был день, но когда я закрыл их, в номере была ночь. Кэрол умоляла меня лечь в постель. Она боялась, что я убегу на улицу, как сделал это раньше. В этом она была права. Я вернулся в постель, не заметив, что ни одной секунды я не потратил на то, чтобы указать на что-нибудь мизинцем. Как будто бы это стерлось из моей памяти.

      Темнота в номере этой гостиницы была необычной. Она навевала на меня чувство мира и гармонии. Она также принесла мне чувство глубокой грусти, тоски по человеческому теплу, по обществу. Я чувствовал себя более чем разбитым. Ничего подобного со мной никогда не было. Я лежал в постели, пытаясь вспомнить, была ли эта тоска чем-то таким, что я уже знал. Нет. Тоска, с которой я был знаком, была не по человеческому обществу; тогда это было чем-то абстрактным, скорее что-то вроде грусти о том, что я не сделал чего-то неопределенного.

      - Я распадаюсь на части, - сказал я Кэрол. - Я сейчас расплачусь по людям.

      Я думал, что она посчитает мое заявление смешным. Я и представил его как шутку. Но она ничего не сказала; казалось она согласилась со мной. Она вздохнула. Мое состояние было невероятно нестабильным, я полностью отдался эмоциям. Я повернулся к ней в темноте и прошептал что-то такое, что в обычное время было бы для меня совершенным вздором.

       - Я обожаю тебя, - сказал я.

       Такие разговоры среди магов дона Хуана были немыслимы. Кэрол Тиггс была женщиной-нагвалем. Между нами двумя не было необходимости проявлять любовь. На самом деле мы даже не знали, что чувствуем друг к другу. Дон Хуан учил нас, что у магов не было необходимости и времени для таких чувств.

      Кэрол улыбнулась мне и обняла. И я настолько переполнился любовью к ней, что даже заплакал.

      - Твое энергетическое тело движется вперед на светящихся энергетических волокнах вселенной, - прошептала она мне на ухо. - Нас несет подарок намерения бросившего вызов смерти.

       У меня было достаточно энергии, чтобы понять, о чем она говорит. Я даже спросил ее, понимает ли она сама, что все это значит. Она успокоила меня и прошептала на ухо:

     - Я понимаю: подарок бросившего вызов смерти для тебя был крыльями намерения. И с ними ты и я сновидим себя в другом времени. Во времени которое еще придёт.

В моем мозге зазвонил будильник.

     - Ты не Кэрол! - закричал я. - Ты бросившая вызов смерти, замаскированная под Кэрол. Я знал это!

      Ничуть не взволнованная моим обвинением, Кэрол засмеялась.

     - Не неси чепухи, - сказала она. - Ты собираешься пропустить урок. Я знала, что рано или поздно ты поддашься своему индульгированию. Поверь мне, я Кэрол. Но мы делаем то, чем не занимались раньше: мы собираем намерение во втором внимании, как делали маги древности.

      Она не вполне убедила меня, но у меня не было больше энергии, чтобы отстаивать свои доводы, потому что я начал погружаться во что-то вроде водоворота своего сновидения. Я едва слышал голос Кэрол, который шептал мне на ухо:

     - Мы сновидим нас самих. Сновидь мне свое намерение! Намеревай меня в будущее! Сконцентрируй намерение меня в будущее!

       С огромным усилием я сформулировал выплывшую из глубины мысль:

     - Останься здесь со мной навсегда, - произнесенное мною звучало, как замедленная запись на пластинке. Она ответила что-то непонятное. Я хотел засмеяться, но меня закружил вихрь.

       Когда я проснулся, в гостиничном номере никого не было. Я не представлял, как долго я спал. Я совершенно растерялся, не найдя Кэрол рядом с собой. Быстро одевшись, я спустился в фойе поискать ее. Оттуда я медленно отправился к дому дона Хуана, продолжая искать Кэрол. Я был уверен, что найду ее там, что она меня ждет. Дон Хуан принял меня так, как будто я вернулся из лап смерти. Он и его компаньоны были в сильном возбуждении, с любопытством меня осматривая.

       - Где ты был? - требовательно спросил дон Хуан.

       Я не мог понять причины всей этой суеты. Я сказал ему, что провел ночь с Кэрол в гостинице у площади, потому что у меня не было энергии вернуться из церкви к нему домой, - но ведь они и сами об этом знали.

     - Мы ничего об этом не знали, - сказал он.

     - Кэрол Тиггс вообще с нами не было, - сказал он. - А тебя не было девять дней.

      Только моя усталость спасла меня от шока при подобном заявлении. Тон его голоса и уверенность, которую продемонстрировали другие, доказывали, что все это серьезно. Но я был настолько ошеломлен, что ничего не мог сказать.

        Дон Хуан попросил меня рассказать им подробно, что произошло между мной и бросившей вызов смерти. Я был удивлен, что так много помнил и смог рассказать, несмотря на усталость. Напряжение было снято, когда я рассказал, как сильно смеялась женщина над моим бессмысленным криком в ее сновидении, о моем намерении видеть.

      - Способ указывать мизинцем работает даже лучше, - сказал я дону Хуану без всякой попытки обвинения.

       Дон Хуан спросил, была ли у женщины еще какая-нибудь реакция на мой бессмысленный крик, кроме смеха. Я не помнил ничего, кроме ее веселья и ее слов о том, как он ее не любит.

     - Нельзя сказать, что я не любил ее, - запротестовал Дон Хуан. - Я просто не люблю методы принуждения старых магов.

     - Невозможно представить, что ты был во втором внимании девять дней, - продолжал дон Хуан. - Девять дней - это секунда для бросившего вызов смерти, но вечность для нас.

Прежде чем я смог что-то возразить, или объяснить или сказать что-нибудь, он остановил меня.

     - Если ты до сих пор не можешь вспомнить всего, чему я тебя обучал во втором внимании, - подумай, насколько труднее должно быть вспоминание того, чему учил тебя бросивший вызов смерти.

      Я только учил тебя менять уровни осознания; бросивший вызов смерти заставлял тебя менять вселенные.

      Дон Хуан сказал, что с этого момента я должен забыть, что было во втором внимании между женщиной в церкви и моим энергетическим телом. Мое общение с Кэрол Тиггс в гостинице было чем-то вроде айсберга.

      Дон Хуан утверждал, что он ничего не знал о моих сновидениях с женщиной в церкви. Сон в гостинице, в городе, сон с Кэрол Тиггс были для него лихими проделками сновидений старых магов, которые только засоряют воображение людей.

       Он развел руками и наконец улыбнулся, как обычно.

     - Мы можем только сделать вывод, что женщина в церкви показала тебе, как это делать, - сказал он медленно, с расстановкой.

      - Для тебя это будет серьезной задачей - найти смысл в бессмысленном действии. Это было мастерское передвижение по шахматной доске, выполненное бросившим вызов смерти в образе женщины в церкви.

       Она использовала твое и Кэрол энергетические тела, чтобы подняться, освободиться от своих мертвых якорей. Она поймала тебя на твоем предложении отдать ей свободную энергию.

      Дон Хуан объяснял, что бросивший вызов смерти и женщина в церкви были разным проявлением одной и той же энергии; женщина в церкви была более сильной и сложной из двоих. Используя энергетическое тело Кэрол Тиггс и проделки старых магов, она создала Кэрол Тиггс в гостинице. Дон Хуан добавил, что Кэрол и женщина могли прийти во время встречи к некоему энергетическому соглашению.

     Казалось, что какая-то мысль вдруг осенила дона Хуана.

       - Все наши размышления бесполезны, - сказал тихо дон Хуан ровным голосом. - Я уверен, что нет больше Кэрол Тиггс. Нет никакой женщины в церкви; обе слились и улетели на крыльях намерения, я уверен, - в будущее.

       Причина, почему Кэрол Тиггс из гостиницы так волновалась о своей внешности, заключается в том, что она была женщиной из церкви, заставляя тебя думать, что она Кэрол Тиггс другого плана, более сильная. Разве ты не помнишь, что она говорила? - "Сновидь свое намерение на меня. Намеревай меня в будущее".

        - Что это значит, дон Хуан? - спросил я.

        - Это значит, что бросивший вызов смерти видел свой путь вовне. Она поймала тебя на прогулке. Твоя судьба - ее судьба.

      - Что ты имеешь в виду, дон Хуан?

      - Я имею в виду, что если ты обретешь свободу, она тоже обретет ее.

      - Как она сделает это?

      - Через Кэрол Тиггс. Но не волнуйся о Кэрол.

Он сказал это до того, как я смог выразить свое понимание.

     - Она способна и на тот маневр, и на многое другое.

     - Подарок бросившего вызов смерти состоит из безграничных возможностей сновидения. Одно из них было твоим сном о Кэрол Тиггс в другом времени, в другом мире; в мире более просторном, безграничном: в мире, где невозможное становится реальным.

      Дело в том, что ты не просто сможешь пользоваться этими возможностями, но и в один прекрасный день сможешь понять их.

       Я почувствовал себя обязанным направить его прямо к главному: я был уверен что он смертельно ошибается.

      - В гостинице я был с настоящей Кэрол Тиггс, - сказал я. - В какой-то момент мне самому показалось, что это был бросивший вызов смерти, но после внимательного осмотра я отверг это подозрение. Это была Кэрол. Каким-то непонятным, странным образом она была в гостинице, как, впрочем, и я сам.

      - Конечно это была Кэрол. - согласился дон Хуан. - Но не та Кэрол, которую мы знаем. Это была Кэрол сновидения.

      Я говорил тебе - Кэрол, сделанная из чистого намерения. Ты помог женщине в церкви осуществить это сновидение. Ее мастерство заключалось в том, чтобы сделать этот сон в высшей степени реальным: искусство старых магов, самая опасная вещь. Я говорил тебе, что ты получишь в сновидении королевский урок, не так ли?

     - Как ты думаешь, что случилось с Кэрол Тиггс? - спросил я.

      - Кэрол Тиггс ушла, - ответил он. - Но однажды ты найдешь новую Кэрол Тиггс, ту, из сновидения в гостинице.

     - Что ты имеешь в виду, говоря, что она ушла?

     - Она ушла из мира, - ответил он.

     - Но куда же она ушла, как ты думаешь, дон Хуан?

   -Туда же, куда ушли древние маги. Я сказал тебе, что подарок бросившего вызов смерти заключался в безграничных возможностях сновидения. Ты не хотел ничего конкретного, поэтому женщина в церкви дала тебе абстрактный подарок: возможность летать на крыльях намерения.

 

 

Данную поддборку подготовил Карасев Константин  - участник проекта GO-RA с 1991 года.

Поделиться: