Развивая внимание, память, мышление, вы развиваете интуицию!
Проект «Go-Ra»
Изучение факторов, влияющих на качество решений, принимаемых
в условиях неопределенности.

"Разговор у костра" (- Иди ты, я прикрою).

Должен сказать, что мне по жизни, везло с правильными людьми. Как-то так получалось, но с самого детства, встречались достаточно умные, трудолюбивые и, как правило, простые люди. Этот рассказ, об одной из таких, случайных встреч. Ещё  когда мы были в Алдане, на центральной базе геологов, то неоднократно слышали о каком-то уникуме, Сибирских лесов. Мол, мужик этот, крайне выдающийся экземпляр. Былинный, русский богатырь. Здоровый, как лось. Ростом будет, не менее двух метров. А может даже больше. Силищи в нём упрятано, немеряно. Правда охотится он всегда, только один. Почему – никому неведомо…

Много он,  правильного зверя бьёт. Много чего видел, на этом белом свете. Про тайгу, большие секреты знает.  Характером суров и  чрезвычайно молчалив. Слово из него, тисками не вытянешь. Тайну, не выдаст. Очень правильный человек. Работу свою, делает  он исправно. Как махнёт своим чудо топором, дерева как не бывало. К примеру, ствол лиственницы, где-то сантиметров в 15 – 20 махом  перешибает! В общем, один  целого десятка, стоит! Не дай бог, с таким вечером в лесу, повстречаться. Народная молва, всегда впереди человека и его дел, бежит…

Интересно нам с Ваней, было слушать этот местный колорит. То про медведей, то про мужика этого. И надо ж было такому случиться. Наш отряд, заброшенный в тайгу на всё лето, был полностью автономен. Задача перед ним стояла  серьёзная. Государственная и  срочная. Но  специалистов, для её реализации – раз, два и обчёлся. Были,  конечно, правильные ребята, умели они это дело - мачете махать. Могли два плана соорудить. Но были и такие, как мы с  Ваней. Объективно говоря, по началу - без особого блеску.

В отряде, как и положено, каждый, еду готовил  на всех. Отдельной стряпухи у нас,  не было. При этом он же, оставался на целый день, дежурным по лагерю. Мало ли что. Дежурство по очереди, с раннего утра. Ежели ты по неопытности своей, сваришь еду не правильную, невкусную, или даже совсем несъедобную, то  для начала, тебя дружно,  но с чувством обматерят. Так, без злобы, без особых  эмоций.  Понятно, все жрать хотят. Тушёночки себе погрызут, чайком запьют и успокоятся.

Но, если ты  не исправишься в следующий раз, то  могут и в лоб. Хотя  у нас в отряде, всё  было гуманней. Мирно обходилось. Самые молодцы в этом деле - бичи. Как правило, эти люди, видели уже вблизи, изнанку жизни. Поэтому, всегда  разруливали практически любые, возникающие жизненные ситуации. За что мы им, глубоко  были благодарны. Всякое ж, бывало.  Как правило, по жизни они, были  на вторых ролях. Никогда не лезли вперёд.

Очень умно, подгоняли  отставших и уставших. Легко и незаметно, брали на себя, часть их работы. Просчитывали ситуации на пять ходов вперёд и никогда  не выпячивали, своё я. С руками были ребята Я, очень любил наблюдать, за одним из них.  Вот  настоящий мужик!

Ни одного лишнего движения, никаких  отрицательных  эмоций. Само спокойствие, корректность  и мудрость. Если видит, что делается  что не так, просто подходит и делает правильно. Без каких либо слов осуждения, затем, снова в тень. Всё у него, будто делается само собой.  Учишься в таких  условиях, очень быстро.  Такая практика, очень хороша молодым. Сильно помогала  обрести, внутреннюю уверенность.

Вокруг тайга, медведь прокурор. Многие, были оторваны от мамки, от соски. А тут раз,  сразу в тайгу. В самую что ни на есть, жизнь, со всеми её гримасами  и выкрутасами. Строили бичи, любые деревянные конструкции, в момент. Управлялись они с топором, ювелирно. Сапёры, одним словом.

Как правило, приземистые, нос  картошкой. Все как один, с бородкой российского православного человека. В бога они, как и положено, при такой кочевой жизни, очень даже верили. Но опять же, об этом, не распространялись. На дворе был - 1984г, о перестройке, ещё никто  не заикался. У многих из них, были свои семьи и дети где-то на Большой земле, коих они не видели десятилетиями. Тайга для них - дом родной.

Так уж само собой сложилось, но  я,  со своей удочкой и аквариумом, полным чудесной рыбы под горой, был чуть ли не самым желанным поваром. Люди, с особой радостью ждали, когда я заступлю  на дежурство. Мечтали об  ухе и  жареной рыбе, с картошкой. Должен признать, что я на этом фоне, немножко приборзел.  

Жара тогда стояла для меня, несусветная. Каждый день за сорок, а то и сорок пять. Ходить  в тайгу в такое пекло, да ещё и рубить деревья – тоска полная. Признаюсь, я Северный человек, очень плохо такой солнцепёк, переношу. Мне бы, лёгкий минус - вот тогда, было бы нормально. Поэтому, в очередной раз, взяв  утречком свою чудо удочку, спустился к озеру. Как обычно, неспешно наловил  ведро рыбы и,  накормив с утра работяг, отправил их всех с лёгким сердцем в лес  на работы.  Сам же, не спеша стал готовиться, к обеду. Вернее к вечеру. Народ,  как правило, возвращался часам к  пяти, шести, не раньше. У каждого была, своя работа. Пока дойдёшь до места. Пока, сама работа. Обратно топать…

У меня же, всё накатано. Клёв в любое время - только отпускай. Золотое озеро! Снова почищенная картошка. Как правило, днём можно было пару часиков, спокойно придавить. Времени на всё на это, вполне хватало. В  лагере  у нас, была большая  хозяйственная палатка. Ветерок в ней гулял, почти всегда. Упал и спишь как младенец, без задних  ног. А что? Основные работы на вечер, заранее сделаны. Дрова готовы, посуда помыта, рыба и картошка,  почищены  и лежат в правильном месте, в  тенёчке с холодной водичкой... 

Чуток  вздремнул. Солнце опять палит, как бешенное. Терпенья нет никакого. Хорошо, что у меня есть палатка, а как там ребята управляются – жуть. Гостей, я никаких сегодня не ждал. Правда, был слушок, что на соседнюю партию вышел косолапый.  Там ему совсем были не рады. Но разошлись  вроде бы, полюбовно.

Проснувшись, пошёл для начала сполоснуться в озерке. Метнулся пару раз голышом с мостика. Красота. Обсыхаешь на солнышке с ветерком, за минуту. А теперь, пора работать. Первым делом – это костёр. Дров в тайге навалом. Костёр потрескивает, уже  через минуту.  Дрова сухие, жару много. Ведро с водой, уже висит над огнём.  Рядом  с костром, стоит другое, тоже  с водой. На всякий случай. Много пожаров, нынче  вокруг…

Даже птицы от жары,  лениво поют. Только ветра шум, слышится в кронах деревьев. А где-то сейчас, лежит белый  снег. Стрельнуло, внушительная головёшка откатилась, разбрызгивая искры, во все стороны. Быстро наклонился её поправить. Внезапно из  леса, прервав моё уединение, на огромной скорости вылетел огромный и лохматый чёрный пес. Он мчался на меня, прямо сквозь кусты. Надо признать, его оскалившаяся морда,  мне сразу не приглянулась. Особенно  белые клыки и капающая слюна. При каждом гавканье, она разлеталась на  мелкие  брызги, по ходу его движения. Чем – то  этот  пёс, смахивал  на собаку Баскервиллей.

Машинально бросился к палке, другой рукой схватил  ближайшее горящее полено, приготовился к  отражению этой внезапной атаки.  Но тут в мои планы, вмешалась ещё одна собака. Сколько же Вас там? Откуда берётесь? Похоже, день перестаёт быть томным. Эта собачка, была значительно меньше первой, какая-то приземистая. Скорость движения, да  и сама она была, не такая уж мощная, как первая. Но двигалась она, на помощь чёрному псу, значит против  меня. Значит их уже двое. Буквально через мгновение, вылетела третья. Ростом и видом,  где-то между ними.

Игра для меня,  приобрела серьёзный интерес. Они сразу, очень бодро, взялись за дело. Чёрный, тот  без разведки, шёл прямо в лоб. Вторая, норовила тихо проскользнуть  мне за спину. Третий прыгал не так активно, но зубы у него, как я заметил, были тоже. Что-то  Вас сегодня, слишком много. А мне и без Вас ребята, было жарко...

Что такое собаки, да ещё когда они нападают стаей, я  знал с самого детства. Минимум пару раз, мне кололи уколы, от  укусов собак. Сколько их  по окраинам нашего посёлка  бесхозных, стаями гоняло в ту пору. Жуть. Фонари  тогда на улицах, не горели. Лампочки в них, регулярно разбивали пульками из рогаток.

Поэтому в темноте, встречи с собаками, происходили значительно чаще, чем это хотелось бы. Берёшь в руку камень и вперёд, сквозь стаю. А куда деваться, надо идти домой.

Или такой случай.

Помню, как-то в июне месяце, с другом моим Коляном, рванули мы на рыбалку. Было тогда ему, неполных 14, ну а мне – не полных 12 лет.

Он увёл у батьки пьяного, мотоцикл «Ковровец». Мы  как большие, рванули с ним  в Каменный Бор  на озеро, за форелью. В шестидесятые годы, был там опустошительный пожар и  буквально всё, выгорело. Остались лишь голые камни и чёрные обгоревшие пни. Поэтому и Каменный Бор.

Вокруг, видно на километры. Ягод и грибов, море. Форели в том озере было немного, так как  озеро неглубокое, но поймать её хотел каждый, тем более мы с Коляном. Приехали, положили набок мотоцикл, закрыли краник с топливом. Пошли с песнями ловить. Перевалили через бугор, потом по тропинке метров 100 и ты на месте. На берегу, росла здоровенная  красивая сосна, с толстыми раскидистыми ветками. Дай ей бог, счастливой и долгой жизни на века...

Так вот.

Только мы подошли к озеру и к плоту, что был там всегда-вылетает с противоположной стороны, большая стая, очень недружественных на вид собак. Штук восемь, девять. И  огибая озеро, захлёбываясь от бешеного лая, бегут на нас, с двух сторон. Никола у меня тогда, был развит  не по годам. Не моргнув глазом, громко матерясь, запрыгнул он на плот. Я  немедленно последовал за ним, мы поплыли рыбачить. Но какая может быть  в такой обстановке, ловля. Как можно ловить рыбу, под  дулами  автоматов?

Так и у нас. Эти собачьи выродки,  рассредоточившись  парами  и тройками  вдоль  всей территории вокруг озера, залегли стали ждать.  Позже к ним, подтянулись и другие зверюшки, в собачьем обличье. Озерцо было в длину, несколько сот и шириной  метров  шестьдесят, семьдесят. Глубина в нём, чуть более метра. Собаки поскуливая, сидели промеж кочек, клацали зубами в облаках комаров и мошек. В ожидании, когда мы выберемся на берег. Ощущения у нас тогда, были крайне неприятными. Конечно я, струхнул малость. А вот Колян, держался большим  молодцом, будто для него такая ситуация, была не впервой.

Может потому, что старше был, а может, хотел казаться  старше. Но у него это, хорошо и достоверно получилось. Чтобы отвлечься, он предложил перекусить. У нас было пожрать, в батькином, рюкзаке брезентовом. Кусочек колбасы за 2.20, хлеб чёрный, полбуханки. Лучок свежий зелёный, со своего огорода, завёрнутый в газету «Правда». Целлофановых пакетов в те времена, ещё не было. Десяток редисок и  банка кильки с овощами, в томатном соусе. Мировая еда, по тем временам!

Было у него, ещё одно сокровище -  нож-складенец. Конечно же,  батькин. Пара  эмалированных тёмно-зелёных кружек, с чуть побитыми боками и дном. Ложек  не брали  совсем. Ни к чему. Ехали мы с ночёвкой, но на этих зубастых как-то  совсем, не рассчитывали. Воду пили, прямо  из озера. Кружкой черпнёшь и все дела. Вода у нас чистейшая, прозрачная. На дне, каждый камушек виден. Каждую песчинку. Пьёшь и напиться не можешь.

Этого добра, там много. Впрочем,  как и камней. Их там  миллионы. Поймали мы с ним, штуки три неплохих для этого озера, форелин. Наживкой был,  конечно же, червяк. Озеро очень красивое. Вот только эти собаки. Время идёт. Уже  подходит глубокий вечер. Надо что-то делать, что-то предпринимать. Может, грести к мотоциклу? Раз так сложились обстоятельства, будем  к дому прорываться?

Командиршей, всей этой собачьей банды, была среднего размера сучка. Чернявая такая. Она  вообще не лаяла. Но за ней, все тамошние псы, дружно ходили по пятам. Конечно, слышали мы ранее, от взрослых, что какие-то собаки, до смерти загрызли грибника. А может, не одного?  Но то, что загрызли, сомнению не подвергалось. Дед один говорил, что  они, злее волков будут. Никого и ничего  не боятся. Особенно человека и  костра. Я то, ещё, мелковат  для этих дел  был. А вот Николай, очень  хорош!  Вот что он удумал…

Говорит мне:

- Делаем так: кричи и маши руками. Привлекай собак, мы тем временем, медленно поплывём   через центр озера, на его противоположный берег. Маши так, чтобы они в это, поверили. Я  сначала не понял, что к чему. Только потом уже дошло. Подплыли на противоположный от сосны берег. Орём как бешеные. Жердями  что гребём по воде, от страха что есть мочи, плюхаем. Брызги летят в разные стороны. Всем своим видом и действием, привлекаем собак  к себе. У островка, собрали много камней.  Подплыли ближе. Бросаем в них камни – дразним. Они аж,  заходятся на берегу, в бессильной злобе и все в кучу собираются. А это нам, только  и надо. Фокус был в следующем. Когда собаки плотно скучковались,  мы  что есть мочи, погребли обратно, к сосне. Туда, где  через бугор,  был наш спаситель мотоцикл.

Пока зверьё опомнилось, пока они наперегонки, с гавканьем оббегали озеро с двух сторон, мы переправились к самому дереву. Насобирали полный рюкзак правильных, с кулак камней. Этого добра, там хватает. Не особо суетясь, подставив валявшиеся брёвнышки, забрались на нижние сучки разлапистой сосны. Рюкзак с камнями, подвесили рядом. Смотрим сверху, что будет дальше. Подождали, когда все собаки по глупости своей, соберутся под  наше дерево и на них сверху, град подготовленных камней. Хоть мы и были молодыми, но что-что, а камни  кидали сильно и точно.

Тем более, сверху вниз. Собаки три, а то и больше, мы полностью  вывели из  строя сразу. Кому  попало по лапе, а кому  и по башке. По спине - это был для них, самый гуманный  вариант. Каждое удачное попадание, озвучивалась воинственным криком. После первого своего фиаско, они обдуманно изменили тактику. Кто мог, отскочил подальше, кто  отполз,  зализывая раны  на безопасном расстоянии. Лишь только иногда, неприятно скалились, с глухим рыком.

Кстати, пригодилась чья - то верёвка, на которой сушили  сети. Колян, лихо срезал её ножичком,  перед тем как забраться на дерево. Впоследствии  выяснилось, что совсем не зря. Мы привязывались  ею, к сосне. Пытались уснуть. Но доложу я Вам. Кто  не сидел, целую ночь на суку, тот меня не поймёт…

К утру, мы оба были выжаты, как лимон. Можно смело сказать, что не спали совсем, а так,  мучились. Утром, мой напарник  предложил действовать следующим образом. Спозаранку, собаки  не отведав нас, устроили  охоту  на куропаток. В лесотундре их в  то время, было ещё достаточно. Для нашей охраны, оставили двух самых хилых и визгливых. Я  порывался их подбить. Несколько камней у меня, ещё осталось. Но друг Колька, мудро сказал:

-Сидим тихо. Прижмись плотнее к дереву, не шевелись. Они,  долго не выдержат и убегут  за бугор поохотиться. А мы тем делом, спустимся  вниз и бегом к  мотоциклу. Откуда он тогда, мог знать  психологию собак? Но  получилось  именно так, как он и предполагал. 

Прошло какое-то время. Наши собаки-охранники, постоянно озираясь, одна за другой скрылись  за бугром. Несколько раз, возвращались на пригорки, откуда мы им  были видны. Вымотали они нам, остатки нервов.Но  наступил момент, когда горизонт  оказался  чист. В одно мгновение мы отвязались, пулей слетели вниз. Бросаемся стремглав  к  мотоциклу.

Пока мы  ещё сидели на суку, с любовью обнявши ствол, Колян  разложил всё по полочкам.

- Толик  наполняешь, не смотря ни на что, полный рюкзак камней, для метания. Я, завожу «Ковровец». На ходу, мы успели ещё  срезать крючки, на удочках.  Это был тогда, большой  дефицит. С поплавком - нет проблем. Пробка от бутылки.

Прибежали к мотоциклу. Я, быстренько наполнил рюкзак камней, боевого, проверенного размера. Мотоцикл, как по заказу завёлся сразу. Должен отметить, вредная была техника. Заводился он, как и впоследствии «Восход», ровно через раз. Непредсказуемо. Но зато по нашей грязи, да по камням - золото, а не машина!!!

В общем, завели сразу, с первого тычка. Сажусь на сиденье, задом наперёд. Есть там такой дурацкий, дерматиновый  ремешок. У меня всегда было такое чувство, когда я за него держался, что он не выдержит и оторвётся в любую секунду. Одним словом - не было у меня к нему, никакого доверия.

Тем не менее, схватил я левой рукой  за этот спасительный ремешок. Николай, резко ударил по газам. И мы полетели. Вернее сказать, поскакали. Там кругом, одни только камни. Как таковой дороги, нет…

Свора, почуяв нутром, что добыча уходит, при  чётком управлении чернявой сучьей матери, мгновенно и грамотно, организовало наш перехват. Они  двумя клиньями, рванули через бугры, кусты и камни, наперерез нам. Что меня поразило  до глубины души, так то, с какой  яростью они нас атаковали.

Представьте себе, такую картину.

Колька за рулём. Я сижу, задом наперёд сзади. На нас, со страшным звериным оскалом, несётся сквозь кусты, перепрыгивая камни напрямик,  целая  собачья стая. Вздыбив шерсть, брызжа слюной и обнажив клыки, готовы с лёгкостью  нас разорвать с Коляном, на мелкие клочья. Их скопилось уже по нашу душу, десятка полтора.

Каждая, желает тебя  укусить. Я вижу их прекрасно, потому что  все они, бегут на меня…

Спасибо ВСЕМ нашим Богам и Ангелам, но на перекрёстке полутроп, мы были  на метр ближе их.      А там уж, включилась моя ручная артиллерия.

Вообще - то  в детстве, я кидал камни, довольно далеко. Часто попадал, куда надо. Всегда на улице. Домой только,  покушать.

Я правша, поэтому первым перепало тем, кто был слева и прямо от меня. Помню, одной  досталось прямо в зубы. Она  подпрыгнула, взвизгнула, закрутилась и остановилась. Всё время,  мотая головой. Очень жаль, что не командирше.  Второму кабелю, в больших рыжих пятнах, досталось славно  по хребту. Пересчитал я ему, все рёбра. Он, подпрыгнул как-то  боком, чуть ли не на метр. Немало других, тоже  получили по заслугам. А нечего  за детьми гоняться…

Самое большое счастье, я испытал  когда наконец-то, досталось предводительнице. Больно вёрткая она была, зараза. Пытался в неё целить. Как только замахнусь, она делает прыжок  в сторону. Но, пристрелявшись, дело пошло. Стал бросать в неё, серией. Первый камень, попал по касательной в нос и сразу же вдобавок, по правой лапе. Она, громко взвизгнула, замотала  мордой  и  легла  на передние лапы…

Сразу же, вся оставшаяся на ногах, ещё вполне представительная свора, разом повернула.

Только один чёрный пёс, в моей  мёртвой зоне, всё хотел  укусить Коляна за ногу, с моей неудобной руки.  Мне до поры, было пока не до него. Он, сопровождал нас, пока я воевал,  с основной бандой.

 Но, Колян чуть притормозил и сходу,  изловчившись очень удачно, пнул ему  батькиным  кирзовым сапогом, под самый зад. 


Мы смеялись от всего чистого ребячьего сердца. Собака чуть остановилась и тут же попала под мой сектор, обстрела. А это очень серьёзно. Я уже был вполне разогрет и снаряды мои, летели точно в цель. Град пущенных камней, мгновенно вывел из строя, их последнюю боевую единицу. Дело было сделано! Мы пацаны, победили целую стаю собак, ведущих себя, как волки!!!

Даже не хочется представлять, что сделали бы они с нами, не будь у нас этого мотоцикла…

Проехав ещё метров пятьдесят от места последней собаки по валунам, мы остановились. Посмотрели, на ещё несколько минут назад, страшное войско.

Сражение закончилось.

Мы им были, уже не интересны. Плотно скучковавшись, они зализывали свои раны и теперь, даже не смотрели на нас.

Я, оставил несколько хороших камней в рюкзаке, на всякий случай. Остальные все, выкинул. Они, очень тяжелые, итак отбили мне все колени.

Уселся уже нормально, лицом вперёд. Игра была сделана! До дома, мы ехали переполненные гордостью и адреналином. Громко и эмоционально, делились впечатлениями. Каждый из нас, был героем.

Концовка.

За то, что мы без спросу, спёрли мотоцикл, Кольке хорошо всыпали. Батька у него, был молчалив, но на расправу, суров. За то, что я ушёл без предупреждения на рыбалку с ночёвкой, всыпали вицей уже мне. А чего предупреждать – ведь всё равно бы, не отпустили!

После нас, под эту стаю, попал ещё кто-то. Похоже, грибники, женщины. В Каменном, всегда было хорошо с ягодами и грибами.

Мужики тогда не выдержали. Собрались всем колхозом и перестреляли всю эту собачью банду. Всех, до одной. Но долго ещё помнили и боялись люди, ехать в одиночку, в Каменный Бор…

А сейчас, я нахожусь в Сибири, у костра. Меня пытаются известным мне способом, вновь взять в кольцо. Вот эти три, довольно резвые собаки. В кармане у меня, нож - складенец. На костре, кипяток в ведре. Кого - то я сейчас, судя по всему почикаю, а кого- то обварю, кипятком. Сонное настроение, слетело вмиг.

Ищу, кто у них тут, главный. В стае, всегда есть главный. Как правило, это она не выделяется фактурой, по отношению к остальным. И точно не тот, кто больше всех гавкает.

По всем признакам, главная здесь была вот эта, средняя по размеру сучка. Та, что выскочила из лесу второй. Она, чуть пряча глаза, норовила зайти ко мне с тыла. Хорошо знаю что такие и, прыгают на спину…

Значит, буду её атаковать, первой! Выжидаю сближение.

У собак, есть одно слабое место-это нос. При защите, бей в него неожиданно и вся их агрессия, уйдёт. Главное при этом, не промахнуться, в зубы собаке, кулаком не попасть. Для этого, я жертвую своей левой рукой. Она является приманкой. Это, очень серьёзная игра.

Собаки, не мудрствуя лукаво, окончательно окружили меня. Начали, истошно гавкая скалиться, при этом, не обращая внимания, на костёр. Чуть не наступая, в него. Это меня, неприятно удивило.

Вот - вот, должна была начаться развязка. Я должен был, бить первым. Вижу цель - нос. Ещё секунда – атакую.

Завершилось это, так же внезапно, как и началось. Из лесу, вышел человека - гора. Он, мгновенно успокоил эту, разбушевавшуюся собачью свору.

 - Нельзя! Ко мне!

Они, вдруг потупив взгляд в землю, стали такими милыми собачками, замахали приветливо мне, своими пушистыми хвостиками…

Какие-то, несколько секунд назад, чуть не набросились на меня, а сейчас, сама нежность и умиление. Какие милые пёсики…

Ну и собаки!!!

Я, положил поленья в костёр. Теперь им, самое место там…

Человек, росточком был метра два, может и больше. Но меня удивило, не это. Просто убил на месте, вид рюкзачища, который возвышался за его плечами. Это был даже, не рюкзак. Это был, переносной дом! Дом, из которого словно труба, торчало вверх огромное топорище. Ничего подобного, я до этой поры не видал. Этого, нельзя было даже себе представить. Топорище было больше и толще простого, минимум вдвое. Про самодельное лезвие, я уж и не говорю…

Человек, вышел к костру. Не суетясь, без моей помощи, снял свой дом - рюкзак. Утёр на лбу пот, рукавом белой, выцветшей энцифалитки. Затем, мощно протянул мне, свою ладонь – лопату и просто сказал:

- Василий.

Я, очарованный таким мужичищем, в ответ скромно произнёс:

- Анатолий.

Было очень интересно, что будет дальше. Кого это, к нашему берегу прибило. Чего только в Сибири нет.

 - Пятая партия? Чуть погодя, спросил он.

- Да, пятая.

- У Вас тут ребята, самый важный и сложный участок. Поэтому, меня направили к Вам, немножко подсобить. Ты это, чего варишь?

- До твоих собачек, хотел сварить свежую уху. Приглашаю, на пробу. Много времени не займёт, если они конечно, с меня штаны не снимут.

- Не обижайся на них.

- О чём разговор, располагайся.

Я, смутно начал догадываться, что это и есть, тот самый супер специалист – умелец по ручной валке леса. Не забывая о главной задаче, накормить вовремя людей я в его манере, не спеша, начал с ним беседовать, о том о, сём. Попутно, продолжил готовить.

Удобно расположившись прямо напротив меня, с той стороны костра, он почему-то, доверившись мне, поведал о себе и своих жизненных похождениях: о людях, собаках, зверье и тайге…

Сам он, как выяснилось, профессиональный охотник на соболя. Живёт этим, уже долгие годы. Дело это, если подходить с умом, очень даже прибыльное. Бьёт соболя, только зимой. Тогда лучший, (выходной) мех, можно денег заработать, большие тысячи.

Впечатлила, схема получения денег. Совсем как в кино. Есть город, в нём есть ресторан, в котором встречаются двое. Он и шикарная дама. Встреча происходит раз в год. В строго определённый день и час. Заказывается лучший коньяк. Он, в костюмчике, она – дама хоть куда. Выпив по рюмочке, перекинувшись парой фраз, они под столом, меняются одинаковыми на вид дипломатами. Он, толкает ей свой, набитый соболями, высшей ручной выделки. Она ему, свой с деньгами, машинной выделки.

Никто ничего, на месте не проверяет. Тем более, пересчитывает. Абсолютное доверие. Как на Руси, в старину. Слово - мерило всех отношений. В случае обмана – контакт, разорвётся. В этом, никто не заинтересован. В итоге, обе стороны, в крупном выигрыше.

Сочи для него, место постоянного отдыха. Южное солнце, море, бабы. Летом, чтобы не посадили за тунеядство, на три месяца, подряжался рубить профиля. Так и к нам, попал.

Сформировалась следующая картина. Я, кашеварю с одной стороны костра, он и три живописные собаки в ногах у него, с другой. Изредка то одна, то другая, шевелила ушами, на звуки в лесу. Или сбрасывала с себя, совсем уж оборзевших кровососов комаров, или оводов.

- Хожу на охоту на лыжах. Между избушками, расстояние в 50 км. Сам так строил. С собой, рюкзак с припасами. Ружьё на соболя, рядом собаки. Ставлю капканы. Тем и живу. Бью зверя в глаз, шкуру не порчу. Выделка, только высший класс.

Говорит Василий обыденно, будто мы с ним давно уж знакомы. Движения, не суетливы и уверены…

- Кстати, как считаешь Анатолий. Какая из моих собак, лучшая? Он кивнул на притихшую троицу.

- Да и так понятно.

Я с уверенностью, показал своей деревянной ложкой в руке, на очень красивого, чёрного зверя, с шикарной блестящей шерстью.

- Хоть сейчас, на любую выставку. Все медали его. Хорош, что там говорить! Он ведь на меня, первым выскочил. Напорист, однако.

Василий, чуть приподнял кепку, погладил ладонью свои чёрные, чуть кудрявые волосы и вдруг произнёс.

- Давно его надо было застрелить – больно много жрёт, зараза.

Я сел на бревно, широко раскрыв рот, от услышанных слов.

- То есть, такого зверя и в расход? Не шутишь? Да он меня один, чуть не сожрал!

- Анатолий, ну подумай, какая от него польза? Сколько я его учил, всё зря. Понимаешь - не в коня корм.

Он смотрел куда - то поверх огня, вдаль, в какую-то точку. Словно вновь визуально проживая сцены, со своим зверем.

- Вот ты думаешь, как собаки ценятся? А я тебе, так скажу. Главное в них – это соболя, чуять. Потому что соболь – это здесь, всё. Понимаешь?!!

При этом, чему то приятно ухмыльнулся.

- Пойми, не белку, которая копейки стоит! На которую ресурсы свои ограниченные тратишь, ползая зимой, по пояс в снегу.

Если, к примеру, собака вывела меня на белку, то сначала, бьёшь эту белку. А потом, собаке всю морду, в кровь разбиваешь этой самой белкой! Чтобы никогда, слышишь, никогда больше на такую мелочь, не сворачивала. И жратвы ей в этот день, даёшь меньше, чем другим. Чтоб понимала!

А вот эта, самая лучшая моя! Золотая!

Он указал на плюгавую сучку, лежащую у его правой ноги. На вид она, была скорее похожа не на лайку, а на классическую дворнягу. Я, с сомнением в голосе, переспросил.

- Вот эта???

Да. И скажу тебе по секрету, что стоит она, нереальных денег!

Такая собака - счастье для охотника. Она - его глаза и уши. Не каждому выпадает такая удача в жизни, чтобы такого пса иметь! А вот этот третий, тоже на вид не красавец - её сыночек. И у него, есть все шансы, быть со временем, похожим на мамку. Он и сейчас уже, как поисковая собака, прекрасен. Думаю, ещё сезон другой, вместе с его мамкой, у меня будет лучшая связка на многие сотни километров, вокруг.

Он говорил это, с видимым удовольствием. А что, молодец, было чем хвастаться. Почёсывая правой открытой ладонью, слева направо по животу. Чуть поджав свою левую ногу и опершись на правый локоть, он был похож на классического охотника на привале, в обрамлении своих зубастых и ушастых, спящих помощников. Только вот, ружья не было - не сезон.

- Нет, а всё же, скажи, ну чем этот то, плох. Который чёрный и красивый!

Не унимался я. Он глубоко вздохнул и выдал.

- Знаешь, он на соболя, совсем безнадёжен, только мешается гад, да жрёт за троих. Видал, какой кабан! Я ведь крупу для них, на себе тащу. А это, вес немалый. Надо налима, щуку, хариуса, заготовить ну и остальной припас. Только вот он, спас меня уже три раза от медведя, хотя это, отдельная история.

Взгляд его при этих словах, сконцентрировался на чёрном псе. Будто он впервые увидел, свою собаку, до того он был пристальным. Как то странно, его рассматривал...

Видно, любовь к другим собакам, раньше перекрывала ему всё. И только сейчас, он осознал, что не соболями, а жизнью своей он обязан этой, нелюбимой им собаке.

- Это, как так. Спас жизнь? Тебе? Да ты сам, кого хочешь, завалишь!

- Так вот, раза три ситуация была для меня совсем хреновая. А вот он, смог остановить тогда, медведя. Один!

Коротко погладил, по голове своего питомца. Тот, с удовольствием принял такую редкую ласку, чуть плотнее прижмурив глаза и пошевелив уши…

- Выскакивает сбоку, становится между мной и медведем. Лает на него жутко. До хрипоты. Медведь, лапами машет, всё поймать его хочет. Мама его в этот момент, сзади на Мишку прыгает. Рвёт ему всю волосню, на загривке. Она собака шустрая и ловкая. Медведь скинуть её с себя, никак не может. Останавливается, начинает крутить на месте. Третий зверь, общий шум создаёт, носится вокруг всей этой шоблы. Тут главное для меня, чтобы они его, сразу остановили. Мне нужно выгадать время, чтобы правильные патроны, вставить в ружье. Ты же сам понимаешь, я ведь на соболя охочусь.

Он сказал это, как бы чуть извиняясь…

- Может и вправду, зря я на него так?

Чуть слышно, с удивлением сказал он. Пёс в ответ, лишь шевелил лохматыми ушами и прикрыл лапами от овода, свой нос. Идиллия, да и только!

Минуты назад он, готов был его убить, а сейчас смотрит на него, как на любимого ребёнка.

- Знаешь, продолжал он, за всю мою охотничью жизнь, у меня было только четыре, правильные лайки. Вот она, будет четвёртая. Он правой ногой, чуть дотронулся до расщеперенной лапы своей любимицы. Ведь чтобы вырастить её такой, как она сейчас, проходит немало лет. И десятки выбракованных собак. Сколько же пустых, никчёмных из них бывает – кошмар. Сколько топить приходится, сколько впустую тратишь времени! Зато если вырастишь, это как золото. Пудов десять намыл. Он, как бы чуть осёкся…

- Две из четырёх, украли. Ссуки...

В его глазах, промелькнула не совсем улёгшаяся грусть.

- Украли ночью. Оба раза, вместе с будкой. Вот, сволочи! Кто то, не из наших. Приезжие.

В уголках глаз, чуть блеснули слёзы.

- Как под копирку. Я напиваюсь по какому-нибудь поводу, а они крадут. Откуда только знают?

Лицо его, стало совсем мрачным, почти каменным.

- Наутро, самому хочется волком выть, от досады.

Он правой рукой, сильно рубанул по воздуху.

- Однажды, даже ножом по руке, себе со злости, полоснул. Резко задрал рукав и показал рубец на левой руке. Неделю ходишь, совсем как пьяный. Будто, брата родного крадут, словно правой руки лишили!

Он вновь закаменел.

- А искать – то, не пробовал?

- Да куда там, бесполезно. Они ведь, под заказ воруют, не для себя же. Сибирь у нас большая.

Будто он их в чём то, даже оправдывал.

- Хорошо своё дело знают, сволочи! В глазах его прыгали угольки.

Пытаясь выправить положение, продолжаю.

- Ну а третья как?

С третьей проще. Третью у меня, медведь разорвал.

Совсем уж, буднично поведал он.       

- Я только визг и слышал. Сам то, был в избе, еду готовил. Для собак. Пока туда-сюда. Бегал за ружьём. Прибежал - уже и нет собаки, совсем. Он её ударил, видно наотмашь, кишки сразу все и повывалились.

Василий начал мне показывать, как именно, вывалились кишки…

- Когда я смог её взять на руки - она уже и мёртвая была. А сезон тогда, только-только начался. Досталось мне. Ох, как досталось! Деньги, смерть как нужны были. Понимаешь, проигрался я тогда крепко, на югах. Долг надо было, срочно отдавать. Время подходило.

Он опять смотрел куда-то мимо меня, вдаль. Глаза, наполненные слезой, не моргали.

- Так вот и схоронил её там же. Камнями, только хорошенько присыпал. Хоть и зима тогда, была.

Жалко! Ох, как жалко собаку! Такая была собака!

Сготовив по всем правилам уху в когда-то жёлтом, а нынче уже, в порядком прокопченном двенадцатилитровом эмалированном ведре, я отставил его в сторону. Снял, параллельно закипевший чайник, с огня. С ладони заварил, индийским слоником. Чуть подержал, до крутка на огне. Поставил чайник, рядом с костром.

Он, всё это время, с интересом и одобрением смотрел за моими действиями. Чуть погодя, налил до краёв большие алюминиевые кружки себе и ему. Кинул туда, по три куска сахара и приготовился слушать продолжение.

Странно, но всё вокруг, было как бы посторонним. Не касалось оно, ни меня, ни его. Не было жары, комаров, оводов. Ничего не отвлекало.

Я весь растворился, словно кусок сахара в этом чае, слушая эту его, исповедь. Она шла, из самой глубины, его большого, мужественного сердца. Прихлебнув пару раз из кружки, вновь затронул его душу.

- Василий, а почему ты один, по тайге бродишь? Я имею ввиду, охотишься? Ведь пообщаться месяцами, ни с кем. Так невольно и по – собачьи заговоришь. Или ещё того хуже, двинуться запросто, можно. Да и с безопасностью, вдвоём то, понадёжней будет?

Он, тоже сделал большой глоток. После некоторой паузы, ответил.

- Я, хорошо знаю здешние места, да и вообще довольно удачный охотник. Всегда есть деньги. Не жаден, поэтому в друзья, постоянно всякие людишки набивались. Но это раньше, а вот теперь точно, до конца своих дней, один буду, охотиться.

Он как будто, что-то самое главное, недоговаривал. Откладывал это, на потом.

- А что так, разве что случилось? Не отставал я.

- Хорошо. Знаешь Анатолий, был у меня неплохой, как мне тогда казалось, знакомый. Случайно познакомились. По пьянке. Здоровый он был, ну почти как я сам. Стрелял отлично, да и вообще, быстро с ним сошлись. Ну вот, как сейчас, я с тобой…

Он вскинул на меня, быстрый взгляд.

- Но так получалось, что на охоту, не ходили. Водку там, карты, женщины и всё такое. А вот на охоту – ни разу. А тут понимаешь, такое дело. Когда снег уже довольно выпал, сосед мой, нашёл свежую берлогу и по – тихому, мне рассказал. Сам - то он не охотник на медведя. Соболь, да. А мне так , всё равно. Медведь, волк, лось, соболь, или ещё что.

Стрельнуло со свистом, в костре. Нагнувшись, он закинул обратно вывалившееся полешко.

Будто подобрал не полено, а слово, которое вывалилось из русла его мыслей… Вновь взял кружку, в свои громадные ручищи и продолжил. Кружка ему была нужна, как связующее звено. Когда она у него в руках, то сразу входил, в нужное состояние.

- Мы значит. Тогда, с этим парнем, пошли на этого медведя. Делов - то. Медведь в берлоге. Да сколько я их. Эх! Идём. Всю дорогу, напарник мой, был очень разговорчив и эмоционален. Говорил, что медведей, перестрелял целый полк, или даже, дивизию. Я просил его успокоиться, сосредоточиться на нашем деле. Да, вот чего-то, у меня тогда зуб коренной, прихватил. Ныло, очень больно. Продуло наверно? Подходим значит к месту, ну к берлоге. Там всё нормально. Снег бугром и лесина лежит. Спрашиваю его, кто пойдёт поднимать косолапого? Он мне:

- Иди ты, я прикрою, всё будет нормально, не боись.

Я и не переживаю. Чего страдать-то? Первый раз, штоль? Парень вроде как, нормальный. И знаю его, не первый день. Только вот на охоте мы с ним... Зарядил пулями ружьё, повесил его рядом, на сук. Он, тоже пули поставил. Только вот чего-то, патрон второй, всё воткнуть никак не мог. Ещё что – то приговаривал, при этом. Я тогда, ещё сильно удивился. Ну вот. Выбрал сухую древину, покрепче. Какая была поблизости и, пошел к берлоге. Год тот, снежный был. Много его, тогда нападало. Без лыж, совсем плохо ходить. Проваливаешься сразу по пояс. Ты же знаешь, внутри берлоги, образуется плотная ледяная корка. Её и надо разбить дрыном. Уже потом, будить косматого. Бывает, долго стучишь. А когда и сразу. Раз на раз, не приходится.

Чувствовалось, что Василий, глубоко занырнул. И мне нужно быть, где-то рядом.

- Медведя значит, поднимешь. Он, когда выскочит из берлоги, то напарник его сразу и того. Дело то, известное. У нас тогда, примерно так и начиналось. Только потом, всё пошло не так. Корка была, очень крепкая. Колотил я по ней, как надо. Сильно бил. И наконец, прошиб её, насквозь. Да вот чуток, не углядел. Следом за бревном, по инерции и полетел. Прямо в берлогу. Разлетелось всё на маленькие кусочки. Будто взрыв какой, случился. Как и положено, оттуда вывалился медведь. Да он и должен был вывалиться! Мы же, за медведем пришли.

Встаёт на задние лапы, ревёт и хочет мною позавтракать. Я в снегу на коленях, жду выстрелы. Их нету. Обернулся назад. Туда, где напарник мой, должен быть. А там - только вертикально торчит из снега, его ружьё. Сбежал гад. Такие вот дела.

Рывком, выдернул свой охотничий нож с пояса. Он у меня, всегда там.

Василий, показал свой здоровенный, охотничий якутский нож, со скошенным лезвием.

– И достойно встретил нападавшего. Заколол его. Правда и он меня тоже достал. Вылезаю из - под него. В снегу весь, в волосах и крови. Своей и, медведя. Сил нет и воздуху мало. Всё пытаюсь на ноги встать. Но случилось непредвиденное. Такое может быть, крайне редко. Сколько живу, только слышал, а вот сам до этого случая, не видал. В одной берлоге был не один, а целых два медведя. Причём второй - крупная медведица. Для начала, она попробовала на прочность, мою правую ногу.

Он задрал свою штанину и показал, очередную кучу шрамов.

- Я пополз к ружьям, но она и не думала отпускать меня. Умирал тогда, несколько раз. Думал – всё уже. Голова кружится, кровь в голове стучит, как кувалда. Не знаю, сколько времени, она меня мяла. Не помню. В общем, когда всё же, дополз до ружья и всадил в неё дуплет, она успела с меня, снять скальп.

Он услужливо повернулся и показал жуткий рубец. Как большой специалист, глубоко со знанием дела, в мельчайших подробностях и строго поэтапно, раскрывая мне все детали пережитого. Будто, проживая событие вновь.

- Знаешь, волосы сзади, были сняты как шапочка для плавания в бассейне. Вся спина, морда, залита кровью, глаза еле видели путь. А рёбер сколько поломала? Досталось всему. Боли я тогда, почти не чувствовал. Словно был во сне. Когда полз, сознание терял, много раз...

Я слушал его, с придыханием. Отчётливо, как вживую, представлял всё, что он тут на меня, вываливал. Будто сам рядом с ним был и видел всё это, своими глазами, со стороны.

Вот они подходят, заряжают. Ружьё на сук. Дрын в руках. Уже летит, навстречу первому. Ружьё в сторону и панический страх. Удивлённые глаза напарника. Борьба в снегу на смерть. Финал: разъярённая медведица, играется с живым ещё, окровавленным телом.

Крики, рычание, вой. Выстрел. Дуплет. Человек, или то, что от него осталось, в болевом шоке на коленях, не верит в своё спасение. Почему победил человек, а не зверь – нам знать, не дано. Такова судьба…

- До деревни, было недалеко. Всего-то, километра три, но идти я не мог. Пришлось ползти по снегу. По следам. Нога моя, порванная, совсем работать не хотела. Сзади неё, только кровавый след. Загребал я тогда снег руками и другой ногой, словно ластами. Выяснилось позже, всё же дополз.

Как дополз, почему не замерз - не знаю. Что-то помню хорошо, что-то урывками. Люди потом, рассказывали. Баб я сильно напугал, своим видом. Кровяной лёд на башке, нога хоть внутренности изучай, кругом клочья мяса, жил. Кость белая, торчит. Башка без скальпа, представляешь? Смешно же. Крови одной, сколько утекло. Люди тогда, почти все были уверены, что не выживу я. Приберёт меня. Деревней всей, поднимали. Поили травами. Мазями, всякими. Спасибо людям!

Подняли. Валялся я всю зиму и весну, вплоть до лета. Но видишь, живой, однако! Зажило на мне, как на собаке…

При этих словах, он уже с улыбкой и большой любовью, потрепал своих хвостатых. На этот раз, не обошёл ни одну.

Как родитель, детей своих трогал и любовался. Искрилась в нём, скрытая любовь к лохматым. А те, полностью доверяли ему и пользовались столь редким случаем… 

Вот она, смычка человека и животного. Один, напрямую зависит, от другого. Непонятно, кто от кого больше.

- Подожди, а что было с этим, твоим напарником. Как он дальше-то?

Понятно, что никакой он не охотник, а трепло. Увидев зверя, наложил в штаны и убежал. Всё-таки, медведь был, не олень.

- Хорошо, прибежал в деревню. Чего же он людей то, на помощь не поднял?

- Знаешь Анатолий, я сам долго и не раз, об этом думал. Когда он прибежал домой, схватил рюкзак, деньги, документы и пропал совсем, куда-то. С концами. Я потом, когда поднялся, пытался его найти. Хотел поговорить. Так по-людски. Узнать, что с ним тогда случилось. Говорили мне люди, что видел его кто-то, в Прибалтике. Да бог с ним. Простил я его, уже.

- А с медведями, что?

- Да ничего. Мужики их разделали, ружья мне принесли, моё и этого. Потом я его, быстро продал.

Всё боялся, что когда больше всего будет нужно, случится осечка. Хотя конечно, красивое было. Понимаешь, не верил я этому ружью. А деньги те, как водится, пропил... Вот, с тех пор никому и не верю, разве что только им, хвостатым. Эти точно не убегут, эти жизнь, за меня свою отдадут! Опять погладил с любовью, всю свою троицу. Движения его были широкими и плавными…

Вдруг сучка, мгновенно вскинула торчком уши и через секунду, уже летела через костёр, прямо на меня. Я буквально в последний момент, резко увернулся. Она, мягко приземлилась и молча потерялась в лесу. Только кустики, заколыхались. Сыночек её, с закрытыми ещё глазами, затявкал и бросился следом за мамой. Последним, замыкая процессию, как гора, как паровоз унесся с кашляющим лаем, чёрный.

- Стоять, стоять, ко мне, ко мне!

Куда там. Они его, уже и не слышали. Вся троица, были охвачена охотничьим азартом. Постояв, молча несколько секунд, Василий изрёк:

- Не, не соболь это, белка. Точно белка, только очень большая. Да ладно, полают немного и сами придут, шкура у них сейчас не та.

Он хотел продолжить разговор. Видно, давно ждало накопившееся, выхода наружу. А теперь, пошло потоком. Я же, очень не хотел терять такую возможность как увидеть, легендарных собак в деле.

- Василий, ну давай посмотрим. Интересно же, кто это, там!

Моя суета, была ему довольно забавна. В знак благодарному слушателю, он благородно уступил. Спокойно поднялся, взял в руки свой чудо, топор с громадной ручкой, закинул его на плечо и мы пошли по следу, в направлении лая. Василий, как положено, шёл впереди. Я предвкушал, зрелище.

Через пять минут, увидели мы следующую картину. На поляне, стояло в окружении лиственниц, высоченное дерево. На нижнем его суку, сидела громадная, очень изящная белка. Можно сказать мини-лиса. В Питере, я таких не видел.

- Смотри что сейчас, будет!

Решение он принял, сразу. Я немедленно получил мастер класс, работы супер специалиста. Деревья у него валились, словно спички. Некоторые, падали с одного раза. Даже как - то нереально, было видеть, эту картину. Жаль, что в те времена, у меня не было видео.

Подошёл к свежесрубленному стволу, с одного удара. На срезе, начала выступать влага. Всё верно. Диаметр был, не менее 15-17 см.

Деревья, были срублены таким образом, что через пять минут, на поляне осталось стоять только одно в самом центре, с белкой, на нижнем суку. Она, всё это время, с интересом смотрела на нас, сверху.

Как мне тогда казалось, я был, не слабак. Но объективно говоря, мне пришлось бы рубить этот лесоповал, чуть ли не полную смену. Ну и мужик, ну и крут! Оглядев вокруг, очень довольный, он воскликнул:

- Анатолий, смотри! Сейчас они её, на лету сожрут!

Подошел к дереву, широко размахнулся и щепки полетели прочь. Работал со страстью, как машина. Дерево было высокое и мощное.

Но здесь тайга, каждый за себя. Белка оказалась, тоже не лыком шита. Она сначала скакала на нижнем суку. Собаки, задрав головы, обещали её съесть.

Более всех, надрывался кабель. Я был в восторге. Захваченный азартом, видел в мыслях, как на лету, в прыжке, собака хватает поперёк белку. И вот, в тот самый момент, когда дерево наконец-то начало падать, белка стремительно взлетела вверх   по стволу. Затем, при падении с верхушки, она сделала огромный финишный прыжок, управляя в полёте, своим громадным хвостом. Никогда не думал, что они могут прыгать, на такие огромные расстояния. Белка в мгновение, оказалась на ближайшем дереве и ушла дальше верхом, восвояси. Собаки остались, с носом.

Для порядка, они гавкнули хором, пару раз и нестройно замолчали.

- Опозорили меня перед человеком. А я ему тут, такое про Вас, плету!

С чувством, выдал он, тираду. Надо было видеть, собачьи глаза. Они говорили:

- Прости хозяин, мы – виноваты. Готовы понести, любое наказание...

В ответ Василий, лишь махнул рукой и, понурив голову, пошёл к костру. Собаки, опустив хвосты, тихо плелись за ним. Я был последним и еле сдерживал в себе смех, замыкая эту живописную колонну.



Они наперебой, тёрлись о его ноги, пытаясь загладить свою вину. Хвосты их, безостановочно ходили в разные стороны.

Ни дать ни взять. Картина - мама, с напроказившими детьми. Мы все, вернулись к костру и, как ни в чём не бывало, продолжили так внезапно прерванный разговор.

Налив доверху ушицы, приступили, к поеданию. Должен сказать, рыба мною пойманная, была с нежным, белым как снег, мясом. Я так и не узнал, как правильно она называется. А жаль. Вкусная рыбка.

-Кстати, а как ты, с рыбалкой? Ловишь рыбу, или только охота? Я, например, рыбалку люблю.

- Знаешь, раз пошла такая пьянка, расскажу как мы тут, сходили на одну рыбалочку.

Он, выкинул ложкой из тарелки, рыбий скелет. Чёрный, поймал его на лету. Только зубы клацнули, как выстрел.

- Анатолий, ты говорил, что слышал обо мне не раз, до нашей с тобой, встречи. Так вот, на одном, очень серьезном заводе, который изготавливает правильную продукцию, директор и главный инженер, решили порыбачить. Отметить, так сказать, какой-то удачно выполненный заказ. Святое дело, в наших краях. Только им был нужен, кто-то из местных, знакомых с лесом и тайгой. Мало ли что. Медведь, лось раненный, да и вообще. Вот кто-то, меня им и посоветовал.

А мне что, мне какая разница. Денег они готовы были отвалить кучу, да и «Буран» новый с запчастями и запасными ремнями, обещали. Пригодится в хозяйстве.

Одним словом – согласился я.

Сказали что у них, есть хорошее место. Изба и всё такое для житья и ловли, в лучшем виде. Всё культурно. Я им говорю, знаю проверенное место, есть много рыбы, изба нормальная, да и значительно ближе!

Они – летим только туда и всё тут. Ну, да бог, с ними.

Срок ловли -10 дней. Собак я, соседу перепоручил. Хороший сосед. Всегда ему, мясо даю. Еды для собак, на пару месяцев, оставил. Щука, налим. Так, на всякий случай…

Приехала с утра ко мне машина, загрузили вещи, отвезла на аэродром. А там, меня уже ждали. Вертолётом раз и на место. Прямо сверху и к избе. В том месте, я никогда не был. Далёкое оно, да и не в мою это, сторону. Захотели здесь - это их дело. Мне почему-то, место сразу не понравилось. Не знаю, почему. Изба хорошая, спору нет, но леса маловато. Так, кустарник один. Стоит правда, на самом берегу реки. Мы брали с собой, двухсотлитровую бочку с крышкой, для засолки рыбы. Вот её то и надо было нам заполнить. Делов-то.

Было там всё: лодка резиновая, ружья, водка, коньяк, жратвы на месяц. Сначала на плёсах, воткнули сети, рыба шла валом. Попадал в основном, средний хариус, изредка - ленок.

Совсем редко - таймень. Дело то, глубокой осенью было. Погода, дрянь. Каждый день, дождь и дождь. Утром дождь, днём дождь. Вечером дождь. Выйдешь ночью отлить - дождь. Достал.

Уху делали, постоянно. Жарили, парили. Засолили, тем не менее, с пол бочки.

И тут рыба почему-то, закончилась. Будто кто выключил её. Совсем нет, ни одной рыбки. Никакой, ни большой, ни маленькой. Пусто. Скатилась видно вниз, по реке. Ну нет, так нет. Делов-то.

А эти двое, любили пострелять по бутылкам. Или по банкам, когда выпьют. А пили они, всё время. Затарились конечно, под завязку. Боялся я за них, думал как бы, себя ненароком, не перестреляли.

Про работу свою, чего-то говорили, да всё время ссорились. Ну а мне что, мне всё равно. Лишь бы, не поубивали друг друга и то ладно. А так, что с них взять. Мужики отдыхают. За этим и приехали…

Время пролетело быстро. До прилёта вертолёта, оставалось всего пару дней. Ну, не оставлять же водку здесь. Не везти же её родимую, назад. Это же касалось и жратвы. А также и патроны.

В общем, стаканы наливались полнее, стреляли они, до изнеможения, как в тире. Сети я из реки вынул, просушил, уложил в мешки, как положено. Увязал всё. Лодку понятно дело, тоже. Все устали отдыхать. Настал день прилёта винтокрылой. Управились точно в срок, по графику.

ВСЁ БЫЛО СЪЕДЕНО И ВЫПИТО.

Все вместе, вытащили на площадку вещи, бочку наполовину с рыбой. Мне рыбы - то много и не надо. Сам поймаю. Я так сразу им и сказал. Возьму, чутка и хватит. Чего там.

А эти, всё не успокоятся, остатние патроны палят, ну как дети. Вроде мужики здоровые, а ума…

Видно, производство их там совсем достало. Что с людьми делается. Зачем палить зря, лучше бы мне отдали.

В общем, вертолёт в тот день, почему-то не прилетел. Пришлось тащить все вещи назад, в избу, из-за дождя. Всё время прислушивались, не слышно ли где шум мотора. Выходили на улицу по многу раз. Но тщетно.

Ни завтра, ни через неделю, железной птицы не было. О нас, почему то все забыли. Связи у нас, не было никакой. Напарники мои, начали сильно паниковать. Стали раздражительны. Часто переходили на крик. Еды у нас, не было совсем. Хлеб давно вышел. Были, правда, совсем никому не нужные, сухари. Их, в отличие от нас, кто-то оставил в шкафу, в избе.

Вот ими и жили.

Я с утра, уходил на охоту, но место это было какое-то, проклятое. Ни дичи тебе, ни птиц, ни рыбы. Всё как нарочно. Однажды, чуть не убил лося. Но почему-то, не попал. Всегда с такого расстояния попадал, а тут нет. Два выстрела и оба, мимо. Чудеса. Второй, правда, вдогонку.

Где-то день на восьмой, подстрелил я довольно крупного зайца. Так они его, за день съели.

Я им говорю - давай разделим на несколько дней. Куда там!

После зайца, была полная тоска. Помнишь, как в «Золотой лихорадке», Чаплин с толстяком в избушке жили. Так точно и мы. Только нас, было трое.

Каждый, спал с ружьем под одеялом и всегда, в одежде. Кто ночью, поссать встал, все сразу за ружья под одеялом и руку на нож. Не спится. Все бока болят. Измаялись мы...

А погода становилась - полный мрак. Дожди, дожди со снегом. И ветер. Деревьев нет. Место открытое. Одни кусты. Температура упала. Мы поняли, что про нас конкретно забыли и спасение утопающих – это наше собственное, горе. Давно уже жрали, свою солёную рыбу. Вымачивали её и жрали. Веришь, нет, так я с той поры Анатолий, рыбу солёную уже есть не могу. Почему-то, сразу рвать тянет…

Однажды главный инженер, вдруг предположил, что где-то вверху, возможно есть метеостанция. Может там и рация есть? Поэтому, возьму с собой рыбы, сухарей и пойду. Если дойду, свяжусь с кем надо, выясню, в чём там дело. Вызову вертолёт. И, сильно заматерился.

Надо же что-то делать. Дали ему рюкзак, кстати мой. У них то, одни сумочки, были. Спички дали, топор малый, остатки солёной рыбы. Сухарей, с горкой положили. Себе меньше, чем ему, оставили.

Ружьё дали, с тремя патронами. По два последних, у нас с директором осталось. И он с утра, ушёл.

Тут для нас, наступила совсем беда. И вспоминать не хочется.

Прошла ещё неделя, как он ушёл. Почему я не пошёл? Вдруг, стал замечать, что директор как-то на меня, странно стал смотреть. Мне эти его взгляды, не нравились. Что-то в них было, животное. Разговаривать с ним, перестали совсем. Да и о чём.

Внутри нашего домика, жила голодная тоска. А на улице - тоска мокрая и холодная.

Не понятно, где и лучше. Каждый день у нас, шёл за десять. Пару раз, был уверен, что он меня, хочет завалить и сожрать. Всячески показывал ему действием, что он не прав, делать так, не надо. Я, медведей брал, ты для меня, тьфу. Уже и сам, начал подумывать. Разные мысли тогда, приходить ко мне стали.

Закончилось эта бодяга, когда мы уже веру в спасение, потеряли. Безразличие какое-то, напало. Силы как физические, так и моральные, упали почти до нуля. Лежали и не вставали.

Я тогда, 30 кило с лишним, потерял.

А вышло, вот что. Такое и придумать нельзя. Прилетел к нам вертолет, с милицией. Мы когда еле-еле, в него забрались, то с удивлением, увидели в нём, разжиревшего нашего напарника – главного инженера.

К сожалению, проза жизни, взяла своё. Инженер, плутал недолго. Сил и запасов ему хватило дойти. В конце концов, предположения его оказались верными. Вышел он к метеодомику. Получилось, что в нём, дежурили и уже несколько месяцев, две довольно миловидные молодые бабёнки.

Они накормили его, обмыли и банально, начали жить шведской семьёй. Параллельно, откармливая. Был он тогда, давно разведён, жил один. А тут, такое счастье привалило. Ну и башку ему, как видно, снесло. Естество, взяло вверх, над мозгами. Он им дрова колол, воду таскал. Помогал, как мог. Радировать никому не стал, про нас, ничего не сказал. Представился им, заблудившимся геологом в отпуске. А бабам голодным, что надо. Живет мужик под боком, ну и, слава богу. Дело своё мужское, тянет исправно, на двоих его, вполне хватает.

И только случайно, во хмелю, как-то проговорился о нас. Видно одна, заревновала к другой и по-тихому, вызвала вертолёт с милицией. Была уверена, что мы с директором, или поели друг друга, или пострелялись. Он им так примерно и говорил. Срок-то, прошёл какой!

Веришь, мы хотели его там, прямо в вертолёте придушить. Да жаль, не дали нам. Я то что. Только исхудал. С мужиками, было хуже. Главный инженер, как мне потом говорили, повесился от жизни такой.

Директора, уволили с завода, за прогулы. И ещё за что-то. Чуть под суд, не отдали. Он от этого, глубоко запил.

Вот такая, у нас рыбалка, получилась. А ты говоришь, удочка…

Из леса между деревьев, с работы, гуськом, подходили уставшие ребята. Они, душевно здоровались с Василием и, наскоро покушав, тихо укладывались спать.

Он в это время, покормил своих собак, переговорил наскоро с народом и бригадиром. Получил место в палатке. Как правило, вечерами у нас у костра, было очень шумно.

Разговоры, обсуждения. Планы. Но чудно…

Тогда нас с Василием, никто не потревожил. Мы же, не могли прерваться и выговориться. И еще полную ночь, без перекура до самого утра, делились своими случаями и, рассказами.

Несколько часов назад, я почти не знал ничего об этом человеке. Сейчас, мы были крепко связаны с ним, нашими общими воспоминаниями. Когда, наконец – то, мы успокоились, то он сказал следующее:

- Анатолий, я вообще-то, довольно мрачный и молчаливый тип. Никогда ещё до этого, в своей жизни, никому не открывал свою душу нараспашку так, как только что, тебе. Знаешь, очень рад этому. Спасибо тебе, что выслушал и особое спасибо, за твои рассказы.

Он протянул мне, свою широкую шершавую ладонь. Я с благодарностью, пожал её и тоже сказал немало добрых слов, в ответ. Выговорившись, и освободившись от информации, которая была у нас внутри, мы оба, вдвойне обогатились.

Обменялись адресами и телефонами. Он, дал мне слово, что обязательно приедет ко мне, на Кольский. Я пригласил его на рыбалку и на охоту.

Но, увы, этого не случилось. Жизнь меня закрутила, завертела. К сожалению, уже, будучи в Питере, я понял, что потерял его каракули, с адресом.

Очень жаль. Редкостный, целостный, прекрасный и много повидавший трудолюбивый человек.

Он один, для меня, вместил в себе, всю необъятную и такую прекрасную Сибирь!

Порой, мне очень не хватает, посидеть с ним, у костра…

С тех пор, накопилось немало того, что я, с удовольствием поведал бы ему, как своему близкому другу.

Эх, как хочется иногда посидеть, душевно поговорить, вдохнуть дым таёжного костра…

 

1984-2012

Сибирь - г. Петербург

 





Поделиться: