Развивая внимание, память, мышление, вы развиваете интуицию!
Проект «Go-Ra»
Изучение факторов, влияющих на качество решений, принимаемых
в условиях неопределенности.

КЛАУСТРОФОБИЯ

Север. Утро. Начало рабочего дня.
Сегодня, впрочем, как и всегда, предстоит идти под землю, в шахту.
Наша радиометрическая группа, сидит в кандейке и пьёт чай. Ждём, своего любимого начальника. Золотой человек, Александр Николаевич.
Дверь открывается. Он молча входит. Садится рядом на стул, закуривает. При этом, не обращая внимания на налитый ему, дымящийся чай. Смотрит, куда-то в сторону. Видно, собираясь сказать, что-то, очень важное. Мы все притихли, ждём.

- Значит так. Анатолий Алексеевич, пожалуйста, внимательно! Сегодня только на тебя, вся наша надежда. Дело, вот в чём.

К нам, как снег на голову, прислали инспектора из Москвы. До этого, на нас туда, была кем-то послана, очень грамотная телега. Инспектор, имеет очень крутые полномочия. К тому же, оказался, довольно злым мужиком. Никого не слушает. Никакие доводы на него, не действуют. Перешерстил все отделы, уже навёл здесь шороху. Одним словом, на данный момент, ситуация создалась патовая.
Он готовит какую-то, не побоюсь этого слова – очень поганую для всех нас, бумагу.
Что, все мы тут на Севере, в шахте, зажрались. Деньги, задарма гребём лопатой. Что, пора у нас, резко сокращать численность, при увеличении объёма добычи руды. Ему, мягко пытались объяснить, что это, совсем не так. Документы, показывали. Но всё бесполезно.
У него уже, сложилось мнение, которое если он озвучит ТАМ! Может иметь для нас, катастрофические последствия. Как, для работяг, так и ИТР. Люди, просто в панике.
- Поймите, я не шучу.
Хорошо, что кто-то, придумал и смог организовать в самый последний момент, этот его поход под землю.
По слухам, он в шахтах никогда не бывал. Сначала, планировали показать ему обзорную. Но он сам был против этого. Сказал, что не допустит никаких показух. Сообщил, что для окончательного своего вывода, готов отработать целую смену помощником, под землёй.
- Мы, почему-то, сразу подумали про тебя. Сначала, предлагали мастера участка, но сошлись, на тебе.
А что? Пусть, поможет в работе, с твоим прибором. В самом деле, не в крепильщики же его ставить!
- Ты, как никто, шахту знаешь. Был во всех её углах. Знаешь где чисто, а где напротив. Где стоят телефоны. Как быстро подняться, если что на поверхность. Представляешь, где есть, какие трудности. Как лучше, построить маршрут.
В общем, у тебя сегодня, «Карт-бланш». Неограниченные полномочия…
Нужно под землёй, измотать его до крайности. Так, чтобы он, еле ноги свои волочил. Главное - больше физической работы. Води его, где хочешь и сколько хочешь. Где сложно пройти. Загляни в забой. Там грохот, пыль, мрак. Где воздуху свежего мало. Обязательно, поползай с ним, на коленках немного. Колени как есть, без защиты. Тебе то что, привычно. А он, кабинетный червь. Пусть, на собственной шкуре поймёт, за что у нас, люди деньги получают.
По восстающим обязательно, протащи. И не раз. Снизу вверх, да сверху вниз, когда камни из-под ног убегают. Больше трудностей и сложностей. Рассказывай постоянно, о потенциальных проблемах. К примеру - о заколах, готовых в любой момент, на голову свалится. Или то что, можешь после взрыва, под газ попасть. Или, даже под сам взрыв. Как бы невзначай, факты ему. Местный материал. Особенно, если будешь проходить там, где это случилось.
Про то, что электровоз, к стенке может прищемить. И никуда от него, не деться. А не прищемит, так страху натерпишься, пока все вагонетки, перед твоим носом болтаясь, на скорости пролетают.
 Обязательно, только пешком. Анатолий Алексеевич, ты ведь можешь!
Всего–то, ничего. Трудности, физическая работа и, наглядные комментарии.
- А можно, его через вентиляционный уклон, прогнать? Пока он его пройдёт, семь потов слетит.
- Отлично, это будет, в самый раз. Клеть используй, только в самом последнем случае. Пусть, походит пешочком, да по лестницам полазит. И через валуны. Но, просьба большая. Гоняй его там, сколько хочешь, но очень постарайся, без травм. Выведи его на поверхность усталым, но здоровым и живым! Контролируй его действия. Он ведь, человек довольно грузный.
Командовать в кабинетах у него, похоже, получается. Посмотрим, что будет под землёй. Сделай так, чтобы этот поход, он на всю свою жизнь, запомнил...
- Понятно. А работать?
- Делай, как положено. Всё по инструкции. Он мужик, очень грамотный. Постоянно, объясняй ему технологию и всё, что сам знаешь, про добычу. Что, зачем идёт и какими силами добывается. Как конкретно, руда нам достаётся. Сколько в неё сил и пота вложено. Через какие трудности и опасности, люди здесь проходят. Иди и комментируй!
Попробуй наладить с ним, контакт. Хотя это пока, никому не удалось.
- А если, он захочет с людьми говорить. Будет, кого расспрашивать? Он же, наверное, это любит, начальника из себя строить.
- Пускай спрашивает. Только ты с ним, договорись заранее, чтобы он свой чин, не объявлял.
Пусть мужики от души, поматерят все эти порядки и недостатки. Нам от этого, не хуже. А лучше, сам кого ему покажи. Многих ведь знаешь, вот и выбери покалоритней. Они там, точно выражения, не будут выбирать!
А то он, у себя в Москве, думает, что у нас тут, как в метро. Всё чисто, безопасно, везде свет горит. Пусть похлебает грязищи.
- А  могу я его, через старые выработки, провести? Там, метров по семьдесят, а то и больше, пласты висят в воздухе, без опор. И, довольно часто, трещит. Без подготовки, его до хвоста проймёт.
- Если чувствуешь, что безопасно, то можешь и туда. Главное, чтобы он понял разницу, между работой в кабинете и здесь, в шахте. Обязательно, обрушь при нём, несколько заколов. А он, чтобы рядышком был. Пусть увидит, как в любой момент, при наших – то породах, можно получить обрушение сбоку, или того хуже, прямо на голову. Там, где ещё вчера, крепко было, а сегодня – вся кровля висит и при стуке - бунит. Подними закол, дай ему в руки. Пусть, посмотрит на острые, как лезвия ножа, края. Ударь им по доске, да посильнее. Пусть щепки, подальше разлетятся. Лучше конечно, если увидишь где, старую каску. Постарайся пробить её, с одного раза. В общем, больше таких вот, показательных моментов. Говорил он, спокойно и размеренно. При этом, не выпуская папиросу из рук. Почему я так долго?
У нас это, последний шанс. Больше, никаких козырей нет. Теперь, понимая всю ответственность, бери прибор и давай к нему. А по секрету скажу тебе, что веря в твой талант, составили в Управлении, совсем другую бумагу. Где мы не то чтобы белые и пушистые, но вполне себе на коне.
- Не щади себя. Получится удачно, можешь смело сверлить дырку в пиджаке.
Премия, летний отпуск и всё такое. Снова закурил.
Я его таким, ещё не видел. По всему, ситуация, действительно аховая. Похоже, надо упереться с этим дяденькой, на все сто.
Собираюсь. Каска, фонарь, самоспас, вода. Закинул за плечи рюкзак, с квадратным прибором «РРША -1». Прихватил к нему кабель, датчик, аккумулятор.
Ну, теперь я готов!
Присели на дорожку. На меня, смотрят с надеждой несколько пар глаз. Надо оправдывать!
Через пять минут, я уже на месте встречи, у ламповой.
Передо мной, стоял довольно плотный мужчина. На вид, до пятидесяти лет. Он был, уже во всём шахтёрском. Правда, как обычно в первый раз, всё у него, топорщилось. Но здесь это, не главное. Рядом с ним, люди с Управления. Они, увидев меня, разом кивнули и отошли. Видно, каждый в этом деле, получил свои, строгие указания.
Подошел и представился.
- Анатолий Алексеевич. Протянул руку. Поправил кабель на фонаре. Поддёрнул под ремнём, полы куртки.
- Николай Владимирович. Глядя, исподлобья ответил он, протянув в ответ.
- Шахта, место повышенной опасности. Вы, идёте под землю, первый раз. Поэтому, на сегодняшний день, должны слушать меня, во всём.
Он, видимо не ожидал, что придётся кому-то здесь, подчиняться. Тем более, такому молодому человеку.
В задумчивости, что-то обдумывал про себя. Решал. Пауза, заметно затянулась. Мне же, сюсюкать с ним сегодня, было не с руки. У меня, уже сложился план, по которому, буду действовать.
- Хорошо.
- Отлично. Следующий шаг. Вы, сегодня, мой помощник. Детали работы, я объясню по ходу. У нас с Вами, много работы. Идти туда, неблизко. Путь, довольно непростой. Будем идти, пешком. Для начала, поделим груз.
Я протянул ему   батарею, килограмма на четыре и, провод с датчиком. Это, точно застало его врасплох. Но, опять чуть помедлив, он, тем не менее, взял. Помог ему правильно приладить ремешок от аккумулятора. Перекинул кабель, как патроны, у Питерского моряка в семнадцатом и, двинулся на улицу.
- Анатолий, почему туда? Нам ведь, надо под землю?
- Мы и идём под землю, только коротким путём…
На улице, ярко било солнце. Март. Всё вокруг, было в снегу. До входа в вентиляционную шахту, надо идти по поверхности, километра полтора.
Сразу взял, приличный темп. Старался пока, не ввязываться в разговор. Рассказал лишь, о технике безопасности. Повторил, чтобы он, ни в коем случае, не вылезал вперёд меня. Мало ли что.
Дошли. Этот выход, используется нечасто. Людей, как правило, там не бывает. Да они мне сейчас, были и не нужны. Сам ствол, наклонён под углом 17.5 градусов и уходит внутрь, на километры.
Зашли. Справа, покрытая льдом, стена. Лёд, висел абсолютно на всём. Словно, ледовый дворец какой-то. Особенно живописно, висит на кабельных каналах. Того и гляди, на башку свалится. И каска в этом случае, особо не поможет. Справа от рельс, уложены деревянные сходни. На них, слева, деревянные поручни.
Из-за того, что здесь выход из шахты, встречаются тёплый и холодный потоки. Холодный, с улицы, тёплый с шахты. Эта зима была холодная. Поэтому вниз, метров на сто пятьдесят, а то и больше, всё оказалось во льду.
Скользкие наплывы, покрыли добрую часть прохода. Сосульки, различных размеров и диаметров, свисали отовсюду, словно дизайнерские люстры. Некоторые были, толщиной с руку.
Поскользнуться, не представляло, абсолютно никакого труда. Упадёшь и, будешь в лучшем случае на заднице, считать ступеньки, с километр. Это конечно, если ещё повезёт. Я, был тут осенью, ещё до холодов и, никак не представлял, что сейчас такой бардак.
Конечно же, если бы я знал, то не повёл его сюда, даже под расстрелом. За такой ужасный вид шахты, этот инспектор, мог легко уволить инженера по технике безопасности, да и ещё, немало кому, по шапке бы настучал.   
Я, был шокирован увиденным, не менее чем инспектор. Начало не задалось. Хотя…
Тем не менее, надо было, держать марку. Назад, пути нет!
Крепко схватив за перила, призвал его аккуратно спускаться вниз, следом за мной. Идя первым, обходя ледяные надолбы, контролировал ступающего за мной. Нога, так и норовила соскользнуть. Лёд, видно долго капал с сосулек и принимал такие причудливые, шарообразные формы.
Когда мы прошли ледяной участок, он попросил меня остановиться, захотел покурить. Видно нелегко ему дались эти метры. Но я, грозно сообщил ему, что курить в шахте, категорически запрещено по технике безопасности. Это есть, прямое нарушение.
У нас, всё ещё впереди. Нужно потерпеть и, не терять время даром. Пять минут отдышаться и, вперёд, вниз.
Он, уже сейчас был, порядком мокрый. А ведь впереди, ещё столько увлекательного. Из под каски, выглядывали его, слипшиеся волосы. Взгляд, пока, - угрюмый.
После некоторой паузы, которую видно он делал всегда, ещё раз, но уже чуть с дрожью в голосе, попросил меня покурить.
Да какие вопросы. Он сам из тех, кто пишет эти правила. Очередной раз напомнив, что это будет большое нарушение, помог ему присесть на пыльную ступеньку, к грязной стеночке. Опустив глаза, глубоко затягиваясь, он молча курил и думал.
Внизу, что–то гулко ухало, стучало, скрипело и гремело. Весь этот вид мрачной, уходящей куда-то вниз, но привычной для меня, чёрной шахты, видно начал на него давить. Только луч фонаря. Это чувствовалось. Похоже, он совершенно не был к этому готов.
Стены все, и свод, были покрыты чуть ли не сантиметровым слоем, слежавшейся, серой пыли. Только сейчас, в эти минуты, начал понимать он, как со мною влип.
Вокруг него, были лишь я и эта суровая, мрачная шахта.
У меня же на него, были обширные планы.
После армии, я был довольно шустёр. Тем более, перед самым спуском, мне объяснили политику партии, какой должен был сегодня придерживаться. И будьте уверены, я не сверну с выбранного пути!
Он, как-то совсем потерянно, вдруг спросил меня:
- Далеко ли ещё идти, и как это будет сложно?
Чувствую, клиент начинает созревать. Как учили, начал рассказывать ему, в мельчайших подробностях, что конкретно нам предстоит. В деталях.
И про забой, и про то что, будем сейчас ползать метров двести, на коленках. А камни там, ой какие острые. Что ноги потом, ходить отказываются. Про то, что высота забоя, метр тридцать. Выше нельзя - разубоживание. Что электровозы с вагонетками, нас, в том самом месте, могут в любую минуту, по стенке размазать. Привёл, пару случаев, произошедших именно здесь, ранее. Особенно выделил, как, молодую девушку двадцати лет, свисающая с вагонетки доска, зацепила за кабель от фонаря и, протащила, более трёхсот метров, по шпалам и рельсам. По камням, свалившимся с вагонеток...
Про то, что заколы на нашем пути, сваливаются так часто, что порой, чистить их, просто бесполезно.
Бывает, рабочие прошли, убрали. А там уже, новые висят. Про то, что в лаве, куда идём, падают заколы, в десятки метров. И самое большое счастье - если спаслись люди, а инструменты, как правило, уже не достать. Так и отрезают, подводящие шланги.
И случаи, случаи. То, что у девушки той, осталась дочурка, полутора лет. Что года не проходит, без трагедий. Все ведь заняты только одним. План. Выдача руды на гора, а человек в этой системе, далеко не на первом месте. Что дышат люди, забивая свои лёгкие, радиоактивной пылью, которая съедает их потом, всю оставшуюся жизнь, изнутри. Потому что, работать в масках и различных повязках, просто невозможно.
И при таком адском труде, рискуя своей жизнью и здоровьем, получают они, самые крохи. Так ведь нет же, находятся где-то в кабинетах подонки, смеющие ставить под сомнение все эти факты.
Не сомневайтесь, я Вам сегодня, ещё много чего покажу! Покажу шахту, изнутри, а не снаружи!
Видно, попал куда надо. Дёрнул, нужную струну. Он, робко предложил на сегодня, облегчённую программу. Я был неумолим. Нельзя. Извините. Здесь производство. Результаты нашей работы - ждут. За нами стоят, люди.
- Надо идти, сказал я и продолжил спуск. Лицо его было, чуть серым. Словно он, шагнул на эшафот. Ничего похожего, с тем человеком, каким встретил он меня у ламповой, не было и близко. Пройдя вниз ещё метров шестьсот, остановился у деревянной двери, в каменной стене. Дождался его и открыв, уверенно вошёл.
В ноздри ударил, застоялый и влажный воздух.
Мы оказались, как бы внутри огромного зала. Точечный свет от наших фонарей, не достигал боковых стен. Он, словно таял в воздухе. Даже мой фонарь, один из лучших на руднике и тот, не доставал.
Это была, очень старая выработка. Здесь, по большому счёту, людям делать было нечего.
Но сейчас, для моего плана, она была, совсем не лишней. Со времени моего последнего посещения, с год назад, свод её, опустился ещё ниже. От трёх метров, он плавно спускался в центре до метра, а может и того, меньше. Хорошо видимая тропинка, шла как раз, через его, самую нижнюю точку. Даже мне, совсем не доставляло удовольствие, видеть эту сюрреалистическую картину.
Показав рукой куда идти, я углубился по тропинке. Сходу, снял с себя рюкзак с прибором и на коленках, пригибаясь, светя фонарём, полез под сужающийся свод. С удивлением, обнаружил что местами, даже мой прибор, по высоте с трудом проходит, между полом и потолком. Да, больше сюда, ходить не надо!
Николай Владимирович, не желая оставаться здесь один, тоже встал на колени и полез следом за мной.
В замкнутом пространстве, отчётливо был слышен его отборный мат. Перемежающийся, короткими фразами.
- Анатолий, мне, как-то, не по себе. Здесь, очень тесно. Страшно. Душно. Там же, очень узко, я не помещусь! С ума сойти!
Я, проползая впереди, соглашался с ним и, как мог, пытался его подбодрить. Передо мной, буквально через метр, свод резко поднимался вверх. Да мне и самому, не очень нравилось, что взял так круто. Потому что, самые серьёзные трудности, я припас ему, на посошок.
Если он их сегодня все пройдёт, не сомневаюсь, шахтёров будет боготворить, а не материть.
Внезапно к несчастью, ситуация зашла в тупик.
Он, не стесняясь, громко и истошно заорал.
- Всё! Я застрял! Не могу шевелить, ни рукой, ни ногой. Грудная клетка сжимается. Не могу вздохнуть! Спасай меня! Сейчас моё сердце, выпрыгнет наружу!
Я, с удивлением смотрел на него. Чего он орёт. Тут метр проползти и, впереди свобода. Но, апофеозом всего, стало то, что он неудачно тряхнул башкой и, каска вместе с фонарём, слетела у него, куда-то вбок.
Фонарь, при ударе о камни, потух. С этого момента, он орал уже, беспрерывно.
- Я попал в беду! Чувствую себя червём! Спасай меня!
Бросив прибор, который я тянул, схватил его за левую руку и уперевшись ногой в камень, сильно потянул на себя, вперёд. Дядька то тяжёлый.
Но, к своему удивлению, увидел, что он действительно застрял. Как «Винни – пух».
Только мне было, не до смеха. Подвела его комплекция. Необходимо, немедленно его вытаскивать.
Вперёд нельзя. Проверено. Значит, буду тянуть назад.
  
Я, словно мышь, прополз мимо него и схватил уже сзади, за правый, ближний ко мне резиновый сапог. При этом левым, он чуть не звезданул мне по очкам. Но, тем не мене, с места уже стронулся. Видно, попал на какой-то, камушек.
Продолжая упираться изо всех сил, протащил его, не останавливаясь метров пять. Он, при этом, как котёнок, только чуть повизгивал. Здесь было, значительно выше. Перехватив удачно правой рукой за шиворот, проволок его без остановки, прямо к выходу. Там, с трудом усадил на деревянный брус, оказавшийся рядом. Прижал к стенке. Расстегнул ворот. Плеснул на лицо водички из походной фляжки. Надел на его голову, каску. Пошевелил туда - сюда, выключатель. Свет, вновь появился. Он притих, но всё норовил, закатить вверх глаза.

Это, совершенно не входило, в мои планы. Быстро вернулся назад. Забрал прибор и то, что он потерял. Батарею, кабель, сигареты и зажигалку. Всё это молниеносно, притащил к двери. Затем, подхватил его под мышки, вытащил на свежий воздух, усадил на ступеньки. Аккуратно привалив правым плечом к стене. Приготовил воду. Жду, когда он оклемается.
Придя в себя, немало меня, удивив, он вдруг, произнёс скороговоркой, видимо уже заготовленную в полусознательном состоянии фразу.
- Всё! Я подпишу! Подпишу любую бумагу!  Курить, показал он знаком…
Я прикурил сигарету, дал ему. При этом заметил, что у нас по плану, предстоит ещё много чего познавательного.
Чуть покурив, через дежурную паузу, он, глядя мне в глаза, сказал:
- Вниз, Анатолий Алексеевич, ни шага.
Оказывается, у меня проявилась клаустрофобия. Никогда бы не подумал, что именно со мной. Я ведь брат, только что, чуть не умер. Ещё минута, если бы ты меня не вытащил, гарантированный инфаркт. Приеду в Москву, поставлю свечку. Теперь мне не только в забой, в метро не войти!!!
Я, всё понял. Ты меня обучил.

Прошу немедленно звони наверх. Похоже, я был очень и очень неправ. Честно, даже и не подозревал, какие тут, адские условия работы. Когда ты, описывал мне ситуации я, уже и тогда был готов дать добро. Ещё не заходя в эту, проклятую дверь!!!
Зачем ты так быстро пошёл и сразу же полез, в эту страшную щель! Скажи, неужели ты, действительно, не боишься туда ползти? Это же, словно минное поле!
- Боимся, а как иначе. Мы же, тоже люди. Из крови и плоти. Знаем. Убить может! Придавить. Но, куда денешься, я на работе. Всему виной, план.
- Теперь, я на всю жизнь учёный. Извини, но вниз ни шагу. Теперь-то я, абсолютно не сомневаюсь, что ты припас мне, много чего ещё, но искренне поверь. И того что уже было, хватит. Даже с большим избытком. Ясно вижу, что влез я не в своё дело. Поэтому вниз идти, хоть пристрели-не тронусь! Прошу, незамедлительно, звони наверх!!!

Я с удовольствием, подтвержу все эти слова. Подпишу любую бумагу. А тебе за науку, спасибо. У меня сейчас, будто всё перевернулось. С головы, на ноги.
Как Вы здесь, ещё и работаете! В этом аду!
- Да Вы, ещё и не видели ничего. Всё впереди!!! Я покажу!
- Верю! Звони!

Оставив его одного, сидящим на ступеньках, буквально через десять метров, подошёл к шахтному телефону, аккуратно утопленному в стене. Их в шахте, довольно много. На всякий такой, случай. Только надо знать, где.
Набираю номер. Александр Николаевич, с тоской в голосе:
- Ну, и как там дела? Сильно лютует? У меня тут, сплошные звонки.
- Уже перестал. Просится на свежий воздух. Готов подписать, любую характеристику. Говорит, что уже всё сердечно прочувствовал и очень оценил труд шахтёра. Александр Николаевич, да он, ещё практически не видел ничего! Мы только начали! Как быть!
- Давай его к трубке. Побеседуем.
Вернувшись, бережно взял его под локоть и, медленно довёл до телефона.
Очень твёрдым голосом, он словно диктор, повторил всё слово, в слово. Затем, вернул трубку мне.
- Анатолий Алексеевич, ваши ставки, резко пошли вверх. Коньяк, уже открываем. Если честно, после того, что он тут натворил, в Ваш успех кроме меня, мало кто верил. Почему-то думали, что Вы его, где нибудь там, угробите.
- Это, недалеко от истины…
- Немедленно наверх. Подниматься только клетью. Жду с цветами.
Все предупреждены. Сегодняшний день, можно смело объявлять, праздничным.
  
Я, смотрю на впившиеся в меня напротив, умоляющие глаза Николай Владимировича, ожидающего, конца нашего разговора. Как контрольный выстрел, он на всякий случай, положил свою ладонь мне на запястье и чуть его сжал…
Повесив массивную трубку, я объявил вердикт.
- Николай Владимирович, крепитесь, ровно через пятнадцать минут, гарантированно будем наверху, на свежем воздухе.
-Через сколько?
Он думал, что я поведу его обратно в гору, по этой сумасшедшей лестнице, через ледяные катакомбы. Был готов даже на это, но только не вниз.
-Через пятнадцать. Может, чуть меньше…
Сходил, забрал прибор в комплекте. Вернулся. Взял его, за правую руку и потихоньку, как подругу, повёл к клети. По ходу, как ни в чём ни бывало, рассказывал о технологии нанесения бетона на стены. Где, как и почему, расположены подсобные помещения. Какого среднего содержания руда, выходит на фабрику. Каким конкретно образом, она попадает туда. Выйдя из-за угла, увидели опрокид. Рассказал, всё что знал и о нём…

Как только заметили нас, тут же пригласили в клеть. Закрыли дверь. Всё замелькало. Я видел перед собой, уже совсем другое лицо. Шахта его осветила. Через несколько минут, мы уже наверху. Ещё минута, на улице.
Чистый морозный воздух, яркое синее небо, солнце и белый снег вокруг.
Николай Владимирович, не обращая внимания на меня, вытянул руки к солнцу и, произнёс.
- Свобода! Посмотрел я сегодня, страху в лицо!

И уже ко мне,
- Знаешь, я ведь был страшно, просто до смерти испуган. Эмоции мои, спутались в один комок.
А вот сейчас, тревога уже уходит. Осталась лишь физическая и моральная усталость. Но я, прошёл это испытание. Теперь, всё в прошлом. Будто, заново родился. Всё, сяду на диету и буду бегать!
Протянул мне руку. Затем, мы обнялись. Слава богу, он очень быстро приходил в себя.
- Знаешь. Ведь никогда не думал, что может быть так страшно. Верь мне, теперь я, знаю, что такое, труд шахтёра!
Тут, раскрылись настежь двери и его, пригласили внутрь...
 Я, же, уже никому не был нужен. Сделал своё дело, можно теперь, тихо по-английски, уйти со сцены.

Подобрав свои пожитки, направился сдавать фонарь и, снимать жетон.
В кандейке, меня с нетерпением и восторгом, ждало всё моё войско. У всех – улыбки, прекрасное настроение.
Я, устал больше от нервов, но, тем не менее, обещанный коньяк, выпил с ними с удовольствием.
В тот раз, я вплотную встретился с человеком, у которого внезапно, проявилась боязнь замкнутого пространства - клаустрофобия. Очень неприятная вещь. Надеюсь, что Николай Владимирович, смог её преодолеть, хотя сделать это, совсем не просто.

С тех пор, нас больше, не беспокоили никакие инспекторы и, внеплановые проверки.
Во всяком случае, я о них, ничего не слышал.
История эта, довольно быстро забылась. Жизнь потекла, по своему размеренному ритму.

P.S. Я получил всё, что мне обещали. Премию, в три оклада и очень нужный мне тогда, летний отпуск…  

Кольский - Питер



Поделиться: